Читаем Мы из Кронштадта. Подотдел коммунхоза по очистке от бродячих морфов - продолжение полностью

И в этом они и с нашим реаниматологом схожи - он тоже говорит кратко и емко. Как давеча вставил мне походя пистон, хорошо еще без свидетелей, заявив, что не надо выписывать капотен пациентам после 40 лет, он на них не работает, потому как сосудики подзасрались уже к этому возрасту и потому давление не снижается практически, а лучше давать моксонидин, у которого несколько иное воздействие и это гипертонию действительно осаживает. Вот и поди ж, а мы того капотена натаскали совсем недавно чертову кучу и даже гордились немножко своим вкладом в здравоохранение.

Странно, что нового лекаря окрестили Скумбрией. Мне он кажется больше похожим на верблюда, выражение лица такое, сверхувнизное.

Так задумываюсь над этим, что чуть не сталкиваюсь в дверях с Буршем. Он тоже закончил работу и не спеша (а он все делает не спеша и основательно, даже бежит как-то неторопливо, если приходится) идет домой.

С собакой сегодня гуляла Надя, да и сестру нашей овчарки тоже выгуляли, потому просто по дороге заглядываем в кафе, пропустить по стаканчику. Засиживаться не будем, но чуточку отдохнуть стоит, тем более погода располагает к посидеть на солнышке, редкая ситуация для нашей местности.

Обмениваемся новостями, доходит и до Скумбрии. Как ни странно, но Бурш не одобряет оба прозвища. Рыбное - потому как сам с Черного моря и свежую скумбрию уважает, а верблюды у него вызывают какие-то хтонические чувства. Оказывается - он с ними знаком лично.

- Верблюд - та еще скотина. И я даже на нем катался. Утром приехали впятером к емкости с водой - а там это животное лежит. И подойти страшно - глядит зло, и не то ворчит, не то хрипит, как поближе подходишь, зубы скалит и башкой вертит, как кобра - на 380 градусов!

- Ты хотел сказать - на 360 градусов? - уточняю я. Бурш буквоед и обычно максимально, по-научному, точен в своих высказываниях.

- Я в курсе сколько в окружности и в водке градусов, не мешай! Поглядел бы на эту жуть вблизи - тоже бы понял, что тут даже геометрией Лобачевского не опишешь! Презрение во взгляде как у лорда, зубищи на манер клавиш рояля, еще и рычит хрипло.

Мы, понятно, топчемся рядом, черт его знает, что ему в башку придет, а он зараза здоровенный, даже лежа. И народу никого вокруг - полдень, только русские дураки работают, а у местных - не знаю как там называют... - начинает вертеть пальцами коллега.

- Сиеста?

- Типа того. Стали звать хоть кого. Тут хозяин наконец появился. Вежливый такой, рубашка чистенькая, клетчатая, только что наглаженная. Видит такое дело, стал своего зверя на ноги ставить. Причем видно, что палкой надо лупить сильно, иначе животина не чует. Ну верблюд сначала задние ноги выпрямил, жопа в небо взмыла, потом передние. Высоченный, сволочь! И тут же в хозяина плюнул. И не как в кино - пузырями с прозрачным шампунем, а чем-то липко-вязким, жвачкой своей переваренной. Прямо на рубашечку клетчатую. Чистенькую и свежевыглаженную. Хозяин ему высказал все, что думал, а потом и говорит:

- Хотите покататься, ребята? Молоток только дайте.

- А вы, конечно на халяву-то и накинулись? - делаю редкую по своей проницательности догадку.

- Конечно! Это ж верблюд, а не трамвай, когда еще выйдет такой случай! Он тогда это животное опять обратно в лежачую позу привел. И мы первые двое залезли между горбов...

- Погодь, а управлять им как, этим кораблем пустыни? Там же штурвала нету?

- Там все проще простого. Одна веревка. И в носовой перегородке дырка, куда вставлен болт с гайкой...

- Как сейчас девушки всякую фигню в носу носят? (Вот уж чего не понимаю в женской моде, так этого. И особенно в нашей насморочной погоде, тем более, что точно знаю - те девы, что поумнее - всякие голливудские дивы к примеру - на публике носят клипсы-серьги, а не дырявят себе нос, так что и в тренде и нос целый).

- В точности. Но там и нос побольше и украшение покруче.

- Септум - внезапно вспоминаю название этого "украшения".

- Что септум? - сбивается с воспоминаний Бурш.

- Называется так это украшение. Девахи и не в курсах, что так в Риме называли кольцо в носу быка. Кольцо в перегородке носа. Оттуда название. Как бугай забыковал и угрожает расправой - хвать его за кольцо и он смирнее ягненка!

- А, так это как девка начала угрожать - ее сразу хоп за кольцо - и она безопасна? - делает собеседник неожиданный вывод. Но тут же спохватывается и возвращается к нашим баранам, то есть - двугорбым верблюдам:

- Как-то не думал, а так вроде идея неплоха. Так про верблюда будете слушать?

- Валяй!

- Так вот - веревка. если надо влево - перекидываешь на левую сторону башки и тянешь. И оно идет туда, куда башка повернулась. Направо - соответственно туда веревку перебросил и потянул. А чтоб остановить - посередке и тянешь башку вверх. Оно дорогу не видит и встает. Залезли мы на него. А там сюрприз - это он с первого взгляда плюшевый, круглый и вроде - потому должен быть мягким везде.

- А нихрена? - удивляюсь я. Тоже был уверен, что эта живность мягкая, как диван. а на нем с кофортом под зонтиком и с кальяном - вольготный бедуин.

Перейти на страницу:

Все книги серии Ночная смена (Берг)

Остров живых
Остров живых

«Обычный зомби медлителен, туповат и опасен только для безоружного и растерявшегося человека, находящегося в ограниченном пространстве. Таких зомби называют «сонные». Отведавший любого мяса становится сообразительнее, быстрее и представляет собой проблему даже для владеющих оружием живых. Называются такие шустрые зомби «проснувшиеся». Но хуже всего те из умертвий, которые смогли добраться до живого, необращенного мяса особи своего вида. Они изменяются даже внешне, приобретая новые возможности, интеллект их возрастает, но все это: мощь, скорость, хитрость – используется только для убийства живых. Получающиеся после морфирования образцы – их называют «некроморфы» – крайне опасны и могут быть нейтрализованы только специальными группами, уполномоченными руководством для такой работы…»Учебник «Основы безопасности жизнедеятельности» (раздел «Зомбология», глава 1)«Но выжившие люди, утратившие человеческое в себе, страшнее любого морфа. Запомните это, дети».

Николай Берг

Фантастика / Боевая фантастика / Постапокалипсис
Остров живых
Остров живых

«Обычный зомби медлителен, туповат и опасен только для безоружного и растерявшегося человека, находящегося в ограниченном пространстве. Таких зомби называют «сонные». Отведавший любого мяса становится сообразительнее, быстрее и представляет собой проблему даже для владеющих оружием живых. Называются такие шустрые зомби «проснувшиеся». Но хуже всего те из умертвий, которые смогли добраться до живого, необращенного мяса особи своего вида. Они изменяются даже внешне, приобретая новые возможности, интеллект их возрастает, но все это: мощь, скорость, хитрость – используется только для убийства живых. Получающиеся после морфирования образцы – их называют «некроморфы» – крайне опасны и могут быть нейтрализованы только специальными группами, уполномоченными руководством для такой работы…»Учебник «Основы безопасности жизнедеятельности» (раздел «Зомбология», глава 1)«Но выжившие люди, утратившие человеческое в себе, страшнее любого морфа. Запомните это, дети».

Николай Берг

Фантастика / Боевая фантастика / Постапокалипсис

Похожие книги