Это было забавно. Он посылал других на смерть, не задумываясь. Как ту женщина, которая взорвала дом старика Хэстера. Она потеряла все во время вторжения. Мужа, сына, дом. Она умирала с голоду на улицах, когда Дрен нашел ее, опустившуюся. Она сдалась, все равно что уже умерла. Он просто заставил это случиться раньше и заставил ее сделать что-то хорошее, а не просто гнить в переулке. Или так он думал. Теперь это не казалось таким уж умным. Возможно, ему следовало помочь ей начать что-то новое, найти ей то, ради чего стоит жить, вместо того, чтобы дать ей причину умереть.
Теперь настала очередь Дрена, и он обнаружил, что не хочет умирать, — и уж точно не хочет взрывать себя только для того, чтобы добраться до нескольких Черепов. Даже если часовые не нашпигуют его стрелами до того, как он доберется до них, он сможет убить только этих шестерых ублюдков, может быть, немного испортить ограждение. Не таким он представлял себе великий последний акт Дрена из Токстена. Но что будет, то и будет. Настоящий гребаный бардак.
Он сделал несколько глубоких вдохов. Возможно, в конце концов, он был просто трусом. Не большим человеком, каким он себя считал — овцой, а не волком.
Но нет, Дрен не овца. Должен быть другой способ добраться до ублюдков. Проблема в том, что он не мог этот способ найти.
Он развернулся, услышав шум позади себя. Дрен вглядывался в темноту, ожидая увидеть гребаных Черепов, приближающихся к нему. Он почти потянулся за шаром, когда из-за угла появилась небольшая группа людей. Они бежали, низко пригибаясь. Ханран.
Волна облегчения захлестнула его. Ему не придется делать это в одиночку. Возможно, у него все-таки есть шанс выжить.
Он помахал им, давая понять, что он здесь. Ему не нужно было, чтобы они случайно его убили.
Семеро из них заняли позиции вокруг него. Яс, девушка, которая спасла его из Дома Совета, была там с Хасаном и Грисом. Остальных Дрен не узнал, но одна из них была свирепого вида женщиной с кровавой раной, рассекающей ее лицо надвое. Хрен знает, как у нее это получалось, но она выглядела готовой начать войну в одиночку.
Он мог видеть еще больше ханранов дальше позади, занимающих свои позиции. Они привели с собой небольшую армию. Дела пошли на лад.
— Не ожидал увидеть вас здесь, — сказал Дрен приглушенным голосом.
— Все полетело к чертям. Черепа держат королеву там, — сказал Хасан, кивком головы указывая на Дом Совета. — Мы пришли вытащить ее оттуда. — Он сделал паузу, пробежав взглядом по Черепам, выстроенным во внутреннем дворе. — Или попытаться. Чего они все ждут?
— Один из моих парней рассказал Эгрилу, что мы планировали. Пытался меня продать, — ответил Дрен.
— Надеюсь, ты перерезал ему гребаное горло, — сказал Хасан.
— Я здесь. Он нет. — Теперь, когда рядом были остальные, было легко вернуться к роли большого человека. Это была роль, которую он хорошо знал, и она мешала ему думать о реальности ситуации. О том, как он все испортил.
Хасан потер подбородок:
— А как насчет остальных из твоей компании?
Дрен пожал плечами:
— Хрен знает. Я думаю, они все еще верны, но я не замечал, как меня предавал мой лучший друг, так что я не эксперт.
— Что нам делать? — спросила женщина. Дрен видел, как она дрожит, полная ярости, снова и снова сжимает кулаки, пытаясь это скрыть. Девушка выглядела безумной, готовой пойти и убить кого-нибудь.
— Мы ждем. Посмотрим, справится ли команда Дрена, — сказал Хасан. — Если нет, мы прибегнем к запасному плану.
— И это? — спросил Дрен.
— Мы атакуем со всей силой, на какую только способны, и будем надеяться, что один из нас доберется до девочки. У тебя есть с собой бомбы?
— Да. — Дрен кивнул на свою сумку. — Пять.
— По крайней мере, они нанесут некоторый ущерб, — сказал Хасан. — Подготовь их. Надеюсь, твоя команда выполнит свою работу, и их взрывы вытащат Черепа с территории. Если они этого не сделают, мы взорвем ворота со стражниками. Это наверняка заставит их двигаться в нашу сторону. Тогда мы бросим еще две. Если мы ударим по ним, когда они соберутся в кучу, мы можем нанести серьезный урон.
Они все уставились на Дом Совета, погруженные в собственные мысли. В любую минуту мог прозвенеть одиннадцатичасовой колокол, и Дрен узнает, с ним его люди или нет. Его слух напрягся в тишине, ожидая первого звона, молясь, чтобы они его не подвели.
Черепа с другой стороны тоже ждали, неподвижные, в доспехах. Дрен задался вопросом, нервничали ли они или были напуганы. Может быть, они думали, что чертовски непобедимы, и ничего не боялись. С их доспехами, копьями и скимитарами они, вероятно, были правы, думая таким образом. Они достаточно легко завоевали бо́льшую часть мира.
Затем по всему городу прозвенели первые удары колокола. Одиннадцать часов. Секундой позже раздался первый взрыв. Дрен улыбнулся. Это было гребано круто. Началось.
63
Тиннстра
Киесун
Первый взрыв эхом прокатился по городу. За ним быстро последовали другие.