— Это неприятно? — я напрягаюсь ещё сильнее, — Блин! Маш! Да поговори со мной. Я осознаю, что иногда меня срывает в жесть.
— Тссс! — шутливо прикладывает палец к моим губам. Я машинально его целую, — Ты — невероятный. Думаю, что благодаря тебе, больше не смогу никогда и ни с кем так кончать… — хихикает.
— Маша! — подавляя в себе приступ оглушающей ревности, ловлю губы девушки в поцелуй, — Ты нахера меня провоцируешь? Лупишь. Я и так вскрыт и раздавлен этими чертовыми чувствами к тебе!
— Прости… — прячет лицо на моем плече и прижимается губами, — Я тебя тоже очень люблю. — добавляет робко.
Стиснув друг друга, как самое ценное, мы замираем в объятиях не несколько минут.
— Пора вставать… — аккуратно отпускаю Машу, — Я — в душ.
Нежно целую в макушку и встаю с кровати. Чувствую, что девушка следит за мной взглядом.
— Ну? — вопросительно тяну, оборачиваясь.
— А можно? — чуть смущаясь, — Я тебе завтрак приготовлю?
— Да… — киваю, — Нужно.
— Тогда приходи после душа на кухню, — она, завернувшись в простыню, встаёт с кровати и идёт к шкафу.
— Руки! — рявкаю резко.
Маша вздрагивает и оборачивается, разжимая пальцы. С вызовом смотрит мне в глаза, пока ткань падает к ее ногам.
— Больше не прикрывайся от меня!
Член безотказно реагирует и наливается. Маша облизывает его жадным взглядом.
— Хорошо, — со хитрой улыбкой краснеет, а я спасаюсь от очередного приступа желания бегством в душ.
Врубаю ледяную тропику и упираюсь руками в стенки душной кабины. Спокойно, Буров, ты можешь сколько угодно ехать от бабы крышей, но встречу в восемь никто не отменял.
Выйдя из душа, ощущаю лёгкий запах чего-то жареного. Быстро одеваюсь и выхожу из комнаты. У меня в жизни было слишком мало ощущений, которые понятны и привычны обычным людям. Проснуться утром от запаха готовящейся еды — одно из них. Желудок реагирует урчанием. Я уже примерно понимаю, что увижу на кухне, и от этого понимания сердце тяжело стучит об рёбра.
Маша в моей футболке стоит возле плиты. Рядом с ней на столешнице стоит большое блюдо с оладьями.
— Садись за стол, — она оборачивается и кивает, — С чем будешь? Есть сгущенка и варенье.
— Варенье… — опускаюсь на стул.
— Чай или кофе? — Маша замирает с двумя кружками в руках.
— Чай… — качаю головой.
А дальше мы как-то умудряемся позавтракать, не сместив друг друга в неприятные или болезненные темы. Очень тепло, очень вкусно. Я, будто пьяный. Меня практически трясёт от передоза эндорфинов. Как сейчас общаться с людьми, если я обожравшийся сметаны котяра?
Целую Машу в коридоре.
— Тебе позвонят из салона, скажешь свои размеры. Они пришлют платья.
— Я бы хотела сама… — она слабо протестует.
— Остальные будут «сама», обещаю, — последний раз целую ее губы и выхожу из дома.
У меня есть причина скрывать от Маши цену сегодняшних покупок. Это ее годовая зарплата. Она к такому не готова. Будет париться.
— Доброе утро! — возле машины меня встречает Алексей.
— Доброе, — киваю и сажусь на заднее сидение.
— В офис?
— Да.
Парень, видя мой задумчивый вид, с разговорами не лезет. И я, расслабляясь, откидываюсь на спинку кресла. Чувствую, что улыбаюсь. Зараза! То холод с ней, то до тла.
В кармане вибрирует телефон, и я машинально отвечаю на звонок.
— Слушаю!
— Миша, доброе утро! — слышу в трубке голос Валерия, — Слушай. Ребята вчера поймали выход на платежный сервис с твоего домашнего компа. Сессия заблокировалась автоматически, но я решил глянуть что-как.
— Ну? — реагирую агрессивно, понимая, что сейчас услышу что-то не очень приятное.
— Выход был зарегистрирован в тот момент, когда в кабинете была Маша.
— Больше ничего не выяснять, — режу ответом, — Я дальше сам.
Сбрасываю звонок и пытаюсь утихомирить свою паранойю. Ты должен просто ее спросить, что она хотела купить, и все решится.
Всю дорогу до офиса веду с собой мысленный диалог. Мне очень хочется вернуться в своё утреннее состояние счастья, но нихрена не выходит.
Тачки тормозят возле гостиницы. Встряхиваюсь. Ну и хер с ним. Взбодрило хоть немного, а то так можно и цветы начать выращивать. Возвращаясь в своё привычное циничное состояние, выхожу из машины…
Глава 25. Параллельный мир 2
Марья
.Миша просил меня быть готовой к восьми. Но вот уже пятнадцать минут я никак не могу сделать выбор между двумя платьями. Оба — невероятно красивые. Мне откровенно страшно представить их цену. В голове навязчиво пульсирует мысль: «Что же это за клуб такой, где на себе принято носить чью-то месячную зарплату?»
Присаживаюсь на кровать и скольжу пальцами по тонкому красному шёлку первого платья. Оно в пол с открытой спиной. Второе платье короткое. Корсет расшит кружевом и стеклярусом. И в обоих я чувствую себя абсолютно голой. Незащищенной. Примеряю их ещё раз по очереди и отдаю предпочтение в пользу короткого просто потому, что оно плотнее. Шелковое слишком явно обрисовывает фигуру. А если смотреть сбоку, то вообще заметен маленький нижний животик, который уже никак не втянуть.
Надеваю туфли и крашу перед зеркалом губы.