Кирэна выстрадала это счастье. Для них двоих. И никому больше не позволит его разрушить.
ГЛАВА 17
Я падала… и вместе с тем оставалась недвижима. Вокруг клубилось нечто прозрачно-серебристое, лишенное запахов, цветов и звуков. Я словно оглохла и ослепла, да и другие чувства притупились, а мысли исчезли.
Нигде и Никогда. Блаженное безвременье, дарящее забвение.
Увы, долго это не продлилось.
Я ощутила под ногами что-то твердое, и серебряный туман исчез, являя мне реальность. Некогда желанную, сейчас же — выворачивающую наизнанку душу…
Рассветное небо Эйторры сменилось мутно-черным, подсвеченным красным. И на фоне этого неба четко вырисовывался шпиль университета, в котором я проучилась пять лет.
Шпиль дрогнул, накренился и с грохотом рухнул на обледенелую землю. Тело прошила тупая боль. Что-то пронзительно взвизгнуло, ударил по нервам громкий резкий звук, тревожный, до противного знакомый…
Последнее, что я вспомнила, прежде чем окунуться в грязно-алую, как небо моего родного мира, тьму, — полные отчаяния глаза Йонто.
Как выяснилось позже, меня выбросило на проезжей части. Хорошо хоть не на самой оживленной, иначе бы испугом и шишкой на голове я не отделалась. Впрочем, в больницу все равно попала… Пришла в себя я быстро и даже вспомнила номер Светы. Верная подруга примчалась незамедлительно, прихватив нормальную одежду, и помогла мне добраться до дома.
— Оставила без присмотра на сутки! — возмутилась она, едва мы переступили порог моей квартиры. — И что? Ты тут же оказалась в больнице, да еще в таком… виде! Наряд странный, обуви нет, а от самой одни глаза остались, и те — больные! Как это понимать?! Куда ты успела влипнуть, причем без меня?!
Похоже, последнее задело подружку сильнее всего. Приключений ей явно не хватало… Я же была сыта ими по горло. Сейчас мне хотелось не отношения выяснять, а уснуть. И желательно никогда не просыпаться. И…
Что она сказала?..
Головой я все же ощутимо приложилась, и смысл уловила с трудом.
— Когда мы виделись последний раз? — хрипло спросила, опускаясь в кресло.
— Вчера. Когда к гадалке ходили, — ответила Света и подозрительно прищурилась. — Что за вопросы? Совсем голову отшибла? Так нужно было в больничке остаться! Ты…
Подруга говорила что-то еще, но я уже не слышала.
Вчера. С моего исчезновения прошли неполные сутки, тогда как там, в Эйторре, миновал почти месяц.
И прожили мы здесь всего двадцать лет, хотя по меркам того мира все случилось около полтысячи лет назад.
Мысли, колкие и суматошные, бились в больной голове, вызывая дурноту. И дышать становилось все тяжелее…
Время. Время двух миров текло с разной скоростью.
Это открытие лишило последних сил. Я закрыла лицо ладонями, уткнулась в колени… и разрыдалась.
Свете я все рассказала в ту же бесконечно длинную ночь. Удивительно, но она поверила. Сразу, безоговорочно. Не скажу, что мне стало лете — да и существовало ли хоть что-то, способное меня утешить, — но… Я была рада, что есть человек, с которым можно разделить казавшееся неподъемным горе.
Горе заполнило собой весь мир, и я не представляла, каково это — быть счастливой. Без Йонто. Зная, что он тоже ничего не забудет. Как он вообще на такое решился? Как он мог решить все за меня?!
Я злилась. Плакала. Признавала, что сама поступила бы так же… И снова злилась, не в силах смириться с его выбором.
А все тот высший… Он подкинул идею. Он подтолкнул Йонто к этому шагу.
Да, чары действительно исчезли, кровная привязка оборвалась, и я осталась жива… Но зачем мне такая жизнь?
Если бы высший намекнул, о каком выборе речь, я бы ни за что не позволила Йонто… Я бы…
Понятия не имею, что бы я сделала. Но точно бы не сбежала в свой мир, не попытавшись найти другой выход! Пусть даже и зная, что это обречено на провал…
Я даже ответить не успела! Я еще столько всего не успела!
Я не предупредила его об Агрийо. Он не знает, что на самом деле представляет собой тень владетеля… До меня звездочет не доберется, но ведь есть Вэйнара… Что помешает этому безумцу втянуть ее в свою грязную игру?
Если бы я только сразу обо всем рассказала!
Если бы…
Все, что мне осталось, — бессильное сожаление. Острая игла в глубине души. Не дотянуться. Не вытащить.
Теперь я знала, о чем предупреждал грёзник, и горько жалела, что не поняла этого раньше. И цеплялась за последние строчки, словно утопающий за соломинку.
Он верит? Я бы верила. День. Неделю. Месяц. Год.
Сколько бы продержалась моя вера? Сколько продержится его?
Само время против нас.
Неделя здесь. Полгода там.
Я обошла все гадательные салоны в городе. От самых крупных до мелочи, о которых почти никто не знал. Но увы. Той, что когда-то отправила меня в Эйторру, я так и не нашла. Возможно, потому, что ее уже не было в этом мире.
Две недели здесь. Год — там.