Читаем Невольник (СИ) полностью

И светловолосый докумекивает. Вздыхает, сдаваясь, и осторожно кладет пирожок в пыль в нескольких шагах от Щенка. Тот невольно ведет носом, сглатывая – мясом пахнет… и живот подводит, ощутимо прилипнув к позвоночнику. Но нельзя. Нельзя – хозяин узнает, увидит и все. Еда – только то, что кидает хозяин, чужая еда – боль. Щенок знает, выучил.

– Балин! – раздается в отдалении и светловолосый парень вздрагивает.

– Возьми, – тихо говорит он, и, опустив плечи, уходит прочь быстрым шагом.

Он уходит, а пирожок остается лежать в пыли. Обидно. Больно. Щенок зло смотрит на него… нутро сжимается в болезненный узел, скручивается так, что хочется выть… и Щенок не выдерживает. Отворачивается, утыкается лицом в острые, ободранные и грязные коленки. И терпит. Невыносимый, дурманящий, до боли запах еды. И соленое течет по щекам.

Нельзя.

Он сглатывает соленое, облизывает обветренные губы, полностью потерявшись в растянувшемся ярко-солнечном дне, что каленым солнцем гладит покрытую синяками худую – каждый позвонок-ребро видно – спину. А запах… запах!

И вдруг острая боль, на него обрушивается удар и Щенок взвизгнув от неожиданности, дергается, и скручивается в комок в пыли, закрывая голову руками-спицами.

– Это кто тебя кормит? – зло спрашивает хозяин. – Я запретил жрать с чужих рук!

Хозяин пинком отбрасывает от Щенка пирожок и вновь больно вытягивает хлыстом. Но Щенок лишь крупно вздрагивает, но не слышно и звука.

– Проси прощения, – велит хозяин.

Щенок по пластунски, на четвереньках, подползает быстро и тычется лицом в пыльные сапоги хозяина, и мокрый след от языка полосой по грязной коже.

– Хороший щенок, – голос хозяина усмехается довольно. – Встать!

Щенок послушно встает, а хозяин присаживается на корточки, подцепляет пальцем ошейник, тянет верх, заставляя встать на цыпочки, и крутит перед собой, в раздумье склонив голову к плечу. Стоять на цыпочках неудобно, а грубый ошейник душит-врезается под горло, и руки сами тянутся вверх…

– Лапы опустил… опустил я сказал!

Хозяин раздраженно хватает за волосы, вздергивает в воздух – и от боли в глазах соль и не видно за ней, а из груди рвется визг, – а в следующий миг на него обрушивается оплеуха, и Щенок кувырком падает в пыль, трясясь от боли и прижимая руки к голове. Там, где вырван клок волос, дикая боль…

Хозяин, сплюнув напоследок, уходит прочь, а Щенок, сглатывая соленое, ползком забирается в будку…

– Он был здесь! Говорю тебе, отец!

Голос снаружи, за будкой, подозрительно знаком, и Щенок замирает в будке, вжавшись в заднюю стенку и смотря на вход.

– Балин… – раздается незнакомый, полный досады голос.

– Он наверняка в будке! – горячо уверяет первый голос. – Он же был на цепи!

Перед входом в будку чьи-то ноги. Через миг в будку заглядывает светловолосый парень-гном. Тот самый. Из-за которого наказал хозяин. Щенок тут же оскаливается и рычит – на сей раз громко.

– Вот ты где, – с непонятной радостью выдыхает парень. – Он здесь, отец!

– Балин, это просто собака!

– Нет! Я говорю правду!

Слышится ругань, и слышится звук смачного подзатыльника – слышится, но не видно. Но Щенок догадывается, что светловолосому досталось. А через мгновение рывок за цепь, и Щенок, задыхаясь, корчится в воздухе, повиснув на цепи. На цепи, которую держит гном, окаменевший от неожиданности.

– Ты задушишь его! – вскрикивает светловолосый парень, и когда полузадушенный Щенок очухивается, то обнаруживает себя в его руках. И тут же вцепляется в руку, прокусывая до крови.

Светловолосый ойкает, дергается, ослабляя хватку, но прежде чем Щенок успевает удрать, забиться обратно в будку, на него падает ткань – тяжелый плащ, – и вскоре он спеленут так, что не дернуться.

– Дикий, – хмуро говорит старший гном. – Балин, боюсь, это уже не гном.

– Отец, пожалуйста! Он просто запуган! С ним обращались как с животным! Он оправится!

– Ты ЭТО хочешь на первое совершеннолетие? Тратить деньги на того, кто…

– Да, я хочу! Так нельзя, отец! Это просто ребенок!

– Сам будешь за него отвечать, – сдается старший гном. – Мы даже не знаем из какого он Рода… у морийцев кровь дурная.

– Я буду звать его Двалин, как брата, – дрожит голос светловолосого над головой.

Гном замирает перед светловолосым, чернеет, и Щенок чует плохое, дергается, извивается в плаще.

– Не смей…

– Двалин ушел в Чертоги, но он был бы рад! Ты знаешь, он верил, что каждый гном остается гномом, что бы не случилось! Что все гномы братья! Он бы не оставил его!

Тот Двалин бы не оставил…

Щенок, – нет, уже Пес, – встает и спокойно подходит к костру, под взглядом Балина, что напряженно следит за ним. Он знает этот взгляд. Долгие годы Балин смотрел на него так – Щенок не сразу умер в нем, и раз за разом вырывался наружу с ненавистью к миру, с рыком и желанием вцепиться в горло. Что-то в нем осталось от того щенка…

Двалин ловит взгляд брата и усмехается. Подходит спокойно и бросает в руки Глоина мешочек с монетами – все свои деньги.

– Не потратишься, – роняет он. Перехватывает удобней топор, опасно близко от Глоина, и легко закидывает за спину в перевязь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное