Читаем Новая история Арды (СИ) полностью

— Сбежал.

 

Чем светлее становилось, тем быстрее рвался в клочья и стремился скукожиться насланный Врагом туман, всё шире открывая светлым панораму недавнего празднования Самайна…

 

— Чтоб у Врага столько горбов выросло, сколько здесь… у-ух! ухабов… — Морифинвэ прокладывал путь через ночь то ли крепкой бранью, то ли чистым упрямством. Нет, никогда не полюбит он Ирландию: безжизненные пустоши, стылое море… подлую колдовскую изнанку. Эльф в самом начале пути свернул с трассы, решив сократить путь через вересковые пустоши, едва припорошенные снегом, над которыми стелилась белая хмарь, и вскоре сильно пожалел об этом. Стальной конь не желал преодолевать многочисленные каменные ограды пастбищ, и приходилось тратить драгоценное время на открывание и закрывание ворот.

Когда впереди показалась серая полоса шоссе, Карантир от души пнул створку последних врат, сел на мотоцикл и помчался к намеченной цели.

 

Небо на востоке неумолимо светлело. В просветах зыбкой мглы словно из ниоткуда возник холм, над которым исподволь угасало таинственное зарево, так не похожее на праздничные фейерверки. Затормозив, Морифинвэ покинул седло стального коня и бросился вперёд. Случайно задел сапогом какой-то неприятно мягкий предмет.

— Что-то уже сдохло, — скривился нолдо, разглядев у себя под ногами тушку филина с распластанными крыльями. Длинные когти отливали сталью. Огромная лапа вдруг дёрнулась. — Или нет. Что ж, теперь у меня есть подарок одному из братьев…

 

Когда Карантир взбежал на холм, битва уже закончилась. Вкруг почерневшего капища разметало тела. Судя по гнилостному запаху - тёмных тварей, чьи оболочки обычно начинали смердеть сразу после гибели. Из развороченного ракетными ударами каменного круга цепочкой тянулась процессия воинов Света: чем не праздничное шествие, тем более с валар во главе? Какая удача…

— Айя! Добрая встреча! — что было сил выкрикнул нолдо. Бронзовая громада обернулась. Тулкас.

 

Светлые остановились. Майар Оромэ угрожающе оскалили клыки, мгновенно заключив незнакомца в кольцо из глухо рычащих псов.

 

— Добрая. Погоди-ка. Сын Фэанаро? Не ты ли разукрасил наши троны в Круге Судеб? — лицо Астальдо вдруг озарила улыбка, и вала добродушно расхохотался.

— Возможно. Если отмыть, — прищурил один глаз Оромэ, не сразу, но признав младшего брата своего лучшего ученика. Эонвэ молча закатил глаза: конечно, теперь нигде ничто и никогда не обойдётся без возрождённых феанариони.

Тилион отвернулся, мечтательно смотря в небо, куда всё выше поднималась ладья Ариэн…

 

— Карнистир Морифинвэ?

— Он самый, — Карантир устало мазнул ладонью по лицу и, подивившись на жирный чёрный след, оставшийся на ладони, понял: его вполне могли счесть образцовым воином тьмы. Ухмыльнулся ещё шире.

— Как ты здесь оказался?

— Совершенно случайно. И очень прошу захватить с собой обратно, в Аман. Меня там любимая ждёт, — валар переглянулись так понимающе, что Морьо осенило: он на верном пути. Однако нолдо не смог удержаться от вопроса:

— А что это вы тут делаете? Здесь словно сам Враг землю разворотил.

 

Это была не его битва, но Карантир не жалел о задержке. Такое войско… Груды незнакомого оружия…

 

— Дайте угадаю! Была схватка между Светом и Тьмой? Вы развоплотили Врага?

 

Неужели всё закончилось? Странное чувство. Не может быть, чтобы конец Моргота наступил… и без нолдор, и без всего Дома. Да и вид у светлого воинства был не слишком ликующим. На лице Эонвэ застыла кислая гримаса, а Тилион бледностью мог соперничать с мертвецом. Это не процессия победителей, но никто из валар не ответил на вопрос эльфа. Среди трупов, в изобилии усеявших развороченное ракетными ударами капище, падшего айну не наблюдалось.

С небес на землю внезапно слетела Ариэн. После недолгих объятий с Тилионом любопытная майэ повертела головой по сторонам и вслед за Карантиром поинтересовалась:

— А где Мелькор?

 

Неужели и сейчас смолчат? Морифинвэ хотел съязвить по поводу неудачной охоты, но вовремя приказал себе заткнуться. Остаться в Ирландии до Йоля в планы лорда Таргелиона никак не входило. Сейчас не время дерзить Стихиям, пусть они и трижды это заслужили. Помех и так довольно: сошествие Ариэн явно задержало отряд, да и сам эльф весьма некстати попался им на пути. Не дождавшись ответа валар, Карантир не стерпел и выпалил:

— Выгода за выгоду? Я могу вам показать вход в нору Врага…

— Откуда здесь эльда? — сиявшая от радости встречи с Тилионом Ариэн приподняла тонкую бровку, уставившись на чумазого эльфа, и небрежным взмахом руки заставила вспыхнуть огнём трупы тёмных созданий.

 

Эонвэ со всех сторон оглядел внезапно возникшего на поле брани эльфа и, заметив, что Карантир безоружен, тяжко вздохнул: придраться не к чему, единственная зацепка: как он попал в Эндорэ?!

 

— Нелепая случайность, — начисто забыв о гриме, сделанном ему юной колдуньей, Морьо постарался как можно беспечнее улыбнуться. Намалёванный на его лице череп при этом так белозубо оскалился, что крылатый майа невольно отпрянул назад. — Один. Никаких целей нет. Оружия при себе не имею.

 

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лучшее от McSweeney's, том 1
Лучшее от McSweeney's, том 1

«McSweeney's» — ежеквартальный американский литературный альманах, основанный в 1998 г. для публикации альтернативной малой прозы. Поначалу в «McSweeney's» выходили неформатные рассказы, отвергнутые другими изданиями со слишком хорошим вкусом. Однако вскоре из маргинального и малотиражного альманах превратился в престижный и модный, а рассказы, публиковавшиеся в нём, завоевали не одну премию в области литературы. И теперь ведущие писатели США соревнуются друг с другом за честь увидеть свои произведения под его обложкой.В итоговом сборнике «Лучшее от McSweeney's» вы найдете самые яркие, вычурные и удивительные новеллы из первых десяти выпусков альманаха. В книгу вошло 27 рассказов, которые сочинили 27 писателей и перевели 9 переводчиков. Нам и самим любопытно посмотреть, что у них получилось.

Глен Дэвид Голд , Джуди Будниц , Дэвид Фостер Уоллес , К. Квашай-Бойл , Пол Коллинз , Поль ЛаФарг , Рик Муди

Магический реализм / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Рассказ / Современная проза / Эссе / Проза
Том 1. Шатуны. Южинский цикл. Рассказы 60–70-х годов
Том 1. Шатуны. Южинский цикл. Рассказы 60–70-х годов

Юрий Мамлеев — родоначальник жанра метафизического реализма, основатель литературно-философской школы. Сверхзадача метафизика — раскрытие внутренних бездн, которые таятся в душе человека. Самое афористичное определение прозы Мамлеева — Литература конца света.Жизнь довольно кошмарна: она коротка… Настоящая литература обладает эффектом катарсиса, который безусловен в прозе Юрия Мамлеева; ее исход — таинственное очищение, даже если жизнь описана в ней как грязь. Главная цель писателя — сохранить или разбудить духовное начало в человеке, осознав существование великой метафизической тайны Бытия.В 1-й том Собрания сочинений вошли знаменитый роман «Шатуны», не менее знаменитый «Южинский цикл» и нашумевшие рассказы 60–70-х годов.

Юрий Витальевич Мамлеев

Магический реализм