Читаем Оккультный рейх полностью

Как мы уже отмечали, в эзотерической подготовке медиума важную роль играет визуализация. При этом всё, что может помочь последней, сразу идёт в ход. Много веков назад, когда ведьма хотела, например, на расстоянии причинить вред какому-нибудь врагу, она обычно создавала его образ в виде куклы. Было известно, что чем больше кукла походит на реального человека, тем более действенным должно оказаться колдовство. Сделав куклу, ведьма, приведя себя в состояние наивысшего эмоционального возбуждения, наводила на неё «порчу». Излюбленным способом было исколоть её булавками. Тем не менее, настоящее колдовство совершалось не руками ведьмы, а в её уме. Кукла просто служила подсобным средством для ясной визуализации врага; иголки лишь помогали представить его гибель. На определённой стадии магической операции из бессознательного ума ведьмы к уму её жертвы протягивались необычные отростки. Жертва начинала (на психологическом уровне) испытывать боль…

Ранее мы уже видели тот же самый механизм, только применённый в куда более крупных масштабах. Это было в последние дни войны, когда Гитлер, прячась у себя в бункере, с помощью продолжительных визуализаций пытался вызвать победу. Оккультисты считают, что подобная же техника могла использоваться и чтобы установить телепатическую связь с другим человеком. Не обучал ли ей Гитлер полного благоговейного восторга Гиммлера? Фотография гораздо лучше помогает визуализации, чем кукла.

Гиммлер, то ли от рождения, то ли благодаря соответствующей подготовке, обладал способностями медиума. Он хвастался своему массажисту, что может вызывать духов и беседовать с ними. И не только может, но и на самом деле вызывает. И, как все чёрные маги, он считал, что получает от них руководство. Однако у его способностей были свои рамки. В противоположность современным спиритам, которые обычно вступают в контакт с ограниченным числом умерших сравнительно недавно родственников, он мог вызывать только духов людей, умерших в отдалённом прошлом. Для любого, кто знаком с оккультизмом, это кажется само по себе странным и наводит на мысль, что Гиммлер, как и Гитлер, был скорее не прирождённым медиумом, а магом, прошедшим специальное обучение. Показательно уже само то, что он говорил о вызывании духов. Медиум-спирит пассивен. Будь Гиммлер таким медиумом, он мог бы только ждать, когда духи вступят с ним в контакт.

Когда отмечалось тысячелетие со дня смерти короля Генриха I, Гиммлер посетил его гробницу в Кведлинбурге и во время поминальной церемонии отдал над могилой нацистский салют. Это было приветствие старому другу, ибо Гиммлера часто посещал дух короля, время от времени давая ценные советы. В один прекрасный день Гиммлер решил, что сам является новым воплощением короля. При этом он никогда не удосуживался объяснить, как призрак может посещать своё же воплощение.

Именно этот человек в 1929 г. решил превратить СС — военизированное формирование, главной целью которого была охрана Гитлера, — в элитарный магический орден.

Гиммлер сделался главой СС (сокращённое от немецкого «Schutzstaffel») через четыре года после основания организации. Создал её сам Гитлер, который в апреле 1925 г. потребовал от Юлиуса Шрека свести под единое командование охрану новой штаб-квартиры нацистской партии. Вначале в организации было всего восемь человек, но она росла. Даже в тот ранний период у неё был определённый налёт элитарности: её правила гласили, что в качестве кандидатов на вступление не рассматриваются заядлые пьяницы, сплетники и прочие ненадежные элементы. К 1927 г. правила намного ужесточились. Был сделан особый упор на поведение и одежду. Малейший проступок влёк за собой штраф или даже временное исключение. Члены общества посещали политические собрания только для индоктринации — любые дискуссии были им запрещены.

Генрих Гиммлер получил должность рейхсфюрера СС в январе 1929 г. При всех своих странностях он был серьёзным человеком, умелым администратором, который не упускал даже самые незначительные детали. Через некоторое время после того, как он въехал в штаб-квартиру СС в Мюнхене (которая тогда представляла собой всего лишь пристройку к штаб-квартире партии), на глаза ему случайно попалась докладная записка, составленная в 1923 г. местным партийным лидером. В записке предлагалось сформировать внутри Национал-социалистической партии особый орден.

В этом предложении было нечто, что глубоко запало Гиммлеру на ум. Гиммлер не был творческой личностью. Для этого ему недоставало воображения. Последнее обстоятельство лучше, чем что-либо другое, объясняет, почему он стал таким чудовищем. Он мог одним росчерком пера обречь на смерть тысячи, а затем и миллионы, потому что был не способен представить реальность, стоящую за сухими цифрами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза
Москва при Романовых. К 400-летию царской династии Романовых
Москва при Романовых. К 400-летию царской династии Романовых

Впервые за последние сто лет выходит книга, посвященная такой важной теме в истории России, как «Москва и Романовы». Влияние царей и императоров из династии Романовых на развитие Москвы трудно переоценить. В то же время не менее решающую роль сыграла Первопрестольная и в судьбе самих Романовых, став для них, по сути, родовой вотчиной. Здесь родился и венчался на царство первый царь династии – Михаил Федорович, затем его сын Алексей Михайлович, а следом и его венценосные потомки – Федор, Петр, Елизавета, Александр… Все самодержцы Романовы короновались в Москве, а ряд из них нашли здесь свое последнее пристанище.Читатель узнает интереснейшие исторические подробности: как проходило избрание на царство Михаила Федоровича, за что Петр I лишил Москву столичного статуса, как отразилась на Москве просвещенная эпоха Екатерины II, какова была политика Александра I по отношению к Москве в 1812 году, как Николай I пытался затушить оппозиционность Москвы и какими глазами смотрело на город его Третье отделение, как отмечалось 300-летие дома Романовых и т. д.В книге повествуется и о знаковых московских зданиях и достопримечательностях, связанных с династией Романовых, а таковых немало: Успенский собор, Новоспасский монастырь, боярские палаты на Варварке, Триумфальная арка, Храм Христа Спасителя, Московский университет, Большой театр, Благородное собрание, Английский клуб, Николаевский вокзал, Музей изящных искусств имени Александра III, Манеж и многое другое…Книга написана на основе изучения большого числа исторических источников и снабжена именным указателем.Автор – известный писатель и историк Александр Васькин.

Александр Анатольевич Васькин

Биографии и Мемуары / Культурология / Скульптура и архитектура / История / Техника / Архитектура
Взаимопомощь как фактор эволюции
Взаимопомощь как фактор эволюции

Труд известного теоретика и организатора анархизма Петра Алексеевича Кропоткина. После 1917 года печатался лишь фрагментарно в нескольких сборниках, в частности, в книге "Анархия".В области биологии идеи Кропоткина о взаимопомощи как факторе эволюции, об отсутствии внутривидовой борьбы представляли собой развитие одного из важных направлений дарвинизма. Свое учение о взаимной помощи и поддержке, об отсутствии внутривидовой борьбы Кропоткин перенес и на общественную жизнь. Наряду с этим он признавал, что как биологическая, так и социальная жизнь проникнута началом борьбы. Но социальная борьба плодотворна и прогрессивна только тогда, когда она помогает возникновению новых форм, основанных на принципах справедливости и солидарности. Сформулированный ученым закон взаимной помощи лег в основу его этического учения, которое он развил в своем незавершенном труде "Этика".

Петр Алексеевич Кропоткин

Культурология / Биология, биофизика, биохимия / Политика / Биология / Образование и наука