Читаем Ораторское искусство: смотрите, как надо выступать. Психология в кино. Часть 2 полностью

— Понимаете, мы ведь не против машины, но нужны теоретические предпосылки для ее создания. А сейчас не только расчетов нет, но нет и теории, которая помогла бы нам такие расчеты сделать.

— Вы ведь, кажется, учитель физики.

— Да, был.

— Но инженером-то Вы не стали, товарищ Лопаткин. Поэтому оказались в теоретическом отношении ну совершенно, простите, банкротом. Хотели построить принципиально новую машину на ощупь, так сказать, методом тыка. Но такого у нас в науке не было и не будет.

— Я так и не слышу настоящий критики проекта. Прошу критиковать конкретно, с указкой и мелом в руке.

— Разрешите мне. Я несколько опоздал к началу, но машину знаю хорошо, да и автора тоже. У меня вопрос. Что лучше: пищаль, которая заряжается с дула, или пулемет?

— Пулемет!

— Пулемет!

— Совершенно верно, пулемет. Именно его автор и предлагает. Он хочет устранить орудийную прислугу и дать вместо нее пулеметную ленту, которая обеспечит нам экономию времени и скорострельность. Разве не так, товарищ Лопаткин?

— Так.

— Но Вы рано радуетесь. Говорил человек, который приветствует все новое, в том числе и Вашу идею. А сейчас будет выступать инженер. Вот Ваш ковш-дозатор, очень эффектно. Но если учесть пиростатический напор, скорость вращения и время заливки металла, то к концу трубы материал начнет затвердевать, и мы получим неправильную геометрию изделия.

— Это неверно.

— Ну, не надо так горячиться.

— Я не горячусь, я просто хочу сразу же возразить Вам.

— Ну, возражайте.

— Вы забываете о центробежной силе. О том, что потери тепла в горячей вращающейся форме будут минимальны. И главное, что в результате наклона формы при ее вращении текущий металл будет мгновенно распределяться по всей длине исходя из общеизвестной формулы, где время отвода теплоты перегрева больше времени заполнения.

— А Вы что скажете, Петр Венедиктович?

— А что, собственно, говорить? Дело ясное, что дело темное. Строить эту машину — значит миллионы отвалить на сомнительные эксперименты.

* * *

— Мне бы не хотелось, товарищ Лопаткин, чтобы Вы меня отождествляли с ними, несмотря на то, что я пытался Вас завалить. Но это, знаете, обычный азарт ученого, не более того, как у охотничьей собаки. А Вы не учитель, Вы очень приличный инженер, с Вами опасно спорить.


Крокодил больше длинный, чем зелёный


«Олигарх», Павел Лунгин, 2002 (драма, криминал 16+)

Лектора спасает его товарищ. Действие происходит в позднем СССР.



— Экономика начинает сжиматься и в конце концов окончательно разваливается.

/Очень жидкие аплодисменты/.

— Если я Вас правильно понял, молодой человек, под неэффективной экономикой Вы подразумеваете экономику социализма.

— Видите ли, я, собственно, решал теоретическую задачу. Это математика, а не идеология.

— А Вы не виляйте. Значит, по-Вашему, социалистическая экономика не жизнеспособна? А как же марксизм-ленинизм? Его Вы тоже предлагаете отменить?

* * *

/Звонок телефона/.

МАРК: Алло, Платон?

— Да.

— Бегом сюда, бегом. Витьке харакири делают. Корецкий персоналку шьёт.

— Я сейчас не могу.

МАРК: Давай, спасать надо. Всё, ждём.

— Хорошо, сейчас.

* * *

— Мне надо идти… Всё, надо… Не надо.

* * *

— За будущее страны, за нашу сегодняшнюю жизнь поколения советских людей недоедали, спали в землянках, отдавали свои жизни за идеи, которые Вы топчете ногами. Молодой человек, позвольте задать Вам последний воп…

— Простите, простите, что прерываю Вас, но мне кажется, товарищ Корецкий драматизирует ситуацию и доклад товарища Сысоева. У нас научная дискуссия, и мы делимся идеями, в том числе и спорными.

— Странная у вас логика, знаете.

— Логика не бывает странной: она либо есть, либо нет. И кстати, на уровне логики можно доказать вообще всё, что угодно. Хотите, я Вам докажу, что… Ну, допустим, крокодил… Вот так, по-моему, рисуется. Так… Похоже?

ЗАЛ: Да. Очень.

— Крокодил больше длинный, чем зелёный. Потому что длинный он и сверху, и снизу, а зелёный только сверху.

— Балаган.

— Специально для товарища Корецкого докажу, что крокодил больше зелёный, чем широкий. Смотрите, крокодил зелёный и вдоль, и поперёк, а широкий только поперёк…

ЗАЛ: Браво! Браво!

— Спасибо большое!

* * *

— Платоша…

— Молодцы.


Теперь попросим сказать что-нибудь сержанта Красной Армии!


«Освобождение: Прорыв», Юрий Озеров, 1969 (драма, военный 12+)

Выступление красноармейца перед освобождёнными узниками немецкого концлагеря.



— Товарищи! Все те, кто остался в живых, должны посвятить всю свою жизнь борьбе со злейшим врагом всего человечества — фашизмом!

— Рот-фронт!

— Рот-фронт!

— Рот-фронт!

— Рот-фронт!

— Теперь попросим сказать что-нибудь сержанта Красной Армии!..

— Надо выступить.

— Мне?

— Да-да.

— Ага. Могу.

— Наверх…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Психология недоверия. Как не попасться на крючок мошенников
Психология недоверия. Как не попасться на крючок мошенников

Эта книга — не история мошенничества. И не попытка досконально перечислить все когда-либо существовавшие аферы. Скорее это исследование психологических принципов, лежащих в основе каждой игры на доверии, от самых элементарных до самых запутанных, шаг за шагом, от возникновения замысла до последствий его исполнения. Что заставляет нас верить — и как мошенники этим пользуются? Рано или поздно обманут будет каждый из нас. Каждый станет мишенью мошенника того или иного сорта, несмотря на нашу глубокую уверенность в собственной неуязвимости — или скорее благодаря ей. Специалист по физике элементарных частиц или CEO крупной голливудской студии защищен от аферистов ничуть не больше, чем восьмидесятилетний пенсионер, наивно переводящий все свои сбережения в «выгодные инвестиции», которые никогда не принесут процентов. Искушенный инвестор с Уолл-стрит может попасться на удочку обманщиков так же легко, как новичок на рынке. Главный вопрос — почему? И можете ли вы научиться понимать собственный разум и срываться с крючка до того, как станет слишком поздно?..Мария Конникова

Мария Конникова

Психология и психотерапия