— Добрый день…
— Гражданка, отойдите.
— Что случилось?
— Прошу Вас…
— Отойдите.
— Так, минуточку, а можно на два слова буквально?
— Идите, товарищи офицеры. Мы вашего друга заберём ненадолго.
— Я тебя никуда не пущу.
— Так, спокойно.
— Успокойся, ты чё.
— Я тебя никуда не пущу!
— А в чём, собственно, дело?
— Что здесь происходит?
— Вы не слышали, что я сказал?
— Не надо на меня орать!
— Идите…
— Что вы делаете?
— Идите!
— Что вы себе позволяете?
— Идите!!!
— Куда вы его увозите?
— Я уверен, в этом быстро разберутся, Катя, успокойся, Катя!
— Помогите! Миша! Миша!!!
«Подземелье драконов»,
— Зачем императрице распускать Совет? Мне, право же, трудно поверить в это.
— Азмат, твоя преданность достойна похвалы. Но императрица выросла и изменилась. Мы все слышали ее слова о несправедливости, царящей в нашей стране. Она еще так молода. Юные говорят от сердца, не от ума. Со временем с нашей помощью она поймет, почему ничто не должно меняться.
— Возможно. Но если ты ошибся, мы все рискуем. Ее безумные идеи пришлись по душе простолюдинам. Ее влияние всё растет. Оглянуться не успеете и она постигнет как управлять своим скипетром. И тогда, я не сомневаюсь, она посягнет на веками существующий порядок!
— И что ты предлагаешь, Профион?
— Я прошу одно: проголосуйте и отберите скипетр у недостойной правления. И всё в Измиере останется неизменным. Отобрать у нее скипетр, этот дамоклов меч и уничтожить угрозу холопской смуты в зародыше!
— А если она будет против?
— Тогда ее намерения станут ясны. И мы просто будем вынуждены пойти на всё, чтобы сохранить силу и единство империи. Что скажете?
* * *
— Как удалось восстановить Совет против меня?
— Он играет на их страхе, на страхе перемен.
— Я знаю, Вилдан. Но я хочу перемен, несущих народу благо. Все мои подданные заслуживают лучшего, будь они мастеровые или маги. Я чувствую это сердцем и душой. И если придется, я умру за то, чтобы люди Измиера были счастливы.
«Пробуждение»,
— Вы слышали о лекарстве «Эль-допа»?
— Что?
— Это синтетический дофамин.
— Да, конечно. Им лечат болезнь Паркинсона. А что?
— Ничего.
* * *
— Пройдет сотня лет, прежде чем современная невропатология позволит нам установить характер повреждений мозга при болезни Паркинсона. Следующий слайд… Но с появлением препарата «Эль-допа» мы впервые можем пообещать пациентам с болезнью Паркинсона нормальную жизнь. Прописывая этот препарат…
— Спасибо, да. Меня очень интересует это лекарство. Я бы хотел знать, Вы не встречали пациентов…?
— Простите, доктор…?
— Доктор Сэйер. Вам приходилось использовать его на больных энцефалитом?
— После окончания доклада, если Вы не против…
— Простите…
— Так вот, прописывая препарат «Эль-допа»…
* * *
— Вы допускаете, что обычный для болезни Паркинсона тремор на предельной стадии может не проявляться как тремор?
— Вы мне говорите?
— Да. Представьте, что обычное при болезни Паркинсона дрожание руки развилось до стадии неподвижности. Предположим, есть пациенты с ускоренно прогрессирующими симптомами: дрожание руки, головы, тик, ускорение речи… Могут ли эти симптомы замкнуться на себе, и в результате обратить человека в камень?
— Я не знаю. Возможно.
— Вы думаете, в этих случаях поможет препарат «Эль-допа»?
— Доктор Сэйер, да?
— Да.
— Я всего лишь химик, доктор. Это Вы врач. Я предоставляю врачам право вредить пациентам.
«Пробуждение»,
— Я бы хотел давать лекарства и остальным.
— Я понимаю как это дорого, но…
— Дорого, говорите… Вы представляете, о какой сумме идет речь?