Предчувствия мага не обманули. Дворецкий не сразу, но все же с опаской пожаловался на погрызенную мебель, обувь и даже шторы. Спасала любовь пса к съестному, но Жофрей оказался весьма прожорливым. Дорогу на кухню он выучил наизусть и бегал туда по нескольку раз в день.
— Скажи мне, Эрлин, с чего ты взял, что я привязан к этому чудовищу? — поинтересовался Ред. Он вовсе не собирался никого наказывать, но почему псу так легко все спускают с лап?
— Так как же, — растерялся мужчина, но быстро опомнился и принялся оправдываться. — Ваша невеста когда уходила сказала, что вы в восторге от Жофрея.
— Моя невеста, значит... — Ред удержал лицо, а так хотелось скрипнуть зубами от досады. — Можешь быть свободен, Эрлин.
Вестон даже не удивился, услышав это признание от верного слуги. Алессу нельзя было отнести к тем девушкам, которые соответствуют идеалам семьи и окружения, сидят дома и выезжают на балы, будучи уверенными, что это самое лучшее времяпровождение. Его невеста совершенно другая, живая, с собственной мечтой. И за время поездки Ред в этом убедился.
На якобы «любимого» зверя маг наткнулся, застав того развалившимся на ковре посреди холла. Поняв, что опасность близка и пощады не будет, пес прикинулся спящим. Лорд пообещал себе, что непременно займется воспитанием этого подкидыша, а иначе придется принимать суровые меры, да поможет ему в этом безотказный стазис.
Уставший и разозлившийся маг не стал обедать, рассудив, что успеется. Вызвал поверенного, через которого и передал сообщение о разрыве с невестой. Редманд понимал, что между ними существует множество недомолвок и недопонимание. Только главная проблема виделась в договоре, который Алесса посчитала принуждением. И пусть магу отчаянно не хотелось разрывать с девушкой, но так будет лучше. Для нее в первую очередь.
Алесса хотела свободы. Она ее получила.
О присланной обратно лошади Верховный узнал в тот же день и не удивился. При всем своем недовольстве маг поступок девушки понял, но в душе принять его не смог. Подарок был преподнесён от чистого сердца, а сам Редманд прекрасно видел, как горели глаза Алессы в те минуты, когда она смотрела на эльфийскую лошадку. Он ведь не просил вернуть подарки, не требовал и даже не намекал. К чему демонстрация гордости, когда ему самому эта кобыла снежной масти будет только напоминать Алессу.
Пса Вестон заметил, едва вышел из рабочего кабинета. Судя по гордому виду далматинца, собственной значимостью он уже проникся. Попавшийся на пути ковер подвергся пробы на зуб… И тут случилось то, чего Жофрей никак не ожидал. Пес, пригнувший морду к полу, увидел на горизонте Верховного мага…Застыл, решая, как поступить...
Позорно сбежать Жофрей не успел. Редманд мгновенно наложил на наглого далматинца спасительный стазис. Недовольный маг приблизился к истребителю хозяйского имущества, присел перед ним на корточки. Потянул руку, чтобы почесать за ухом ошалевшего от такого обращения пса. И если сам зверь оставался недвижим, то глаза с подозрением следили за лордом.
— Значит так, — раздраженно протянул Ред, продолжая гладить голову далматинца. — Если считаешь, что тебе все здесь позволено, то ошибаешься. Это мой дом, но пока еще не твой. А будешь гад... вести себя как свинья, то отправишься сторожить коней. Только учти, там тебя посадят на цепь, и ты навсегда лишишься возможности посещать кухню и жить в относительной свободе.
Даже если пес пытался возразить или что-то там сказать в свое оправдание, от него исходило исключительно сопение и ничего больше.
— Надеюсь, мы друг друга поняли. — Редманд поднялся и еще раз взглянул на навязанного питомца. — Копать в саду, грызть кусты, мебель и обувь тоже не разрешаю. Если не нравится, можешь отправляться к Ренате. Она иногда бывает слишком импульсивна и тебя не ждет, но как-нибудь уживетесь.
Лорд щелкнул пальцами и стазиса как не бывало. Недовольный пес вскинулся, ковер выпал из его рта, следом потянулись слюни... Громким лаем Жофрей выражал все свое несогласие с выданными указаниями. Вернувшегося человека за хозяина он не считал. Видимо, инстинкт самосохранения у молодого пса не слишком развит.
— Тогда стой, — Ред пожал плечами и пошел дальше. Раз далматинец не желал прислушиваться к голосу разума, пусть стоит молча. Тепло, комары не кусают, никто не пинает…Красота!
Маг даже не успел поесть, как его вызвали во дворец. Принцу не терпелось узнать о поездке. И если Редманд думал только утром показаться на глаза Энтони, то его планам не суждено было сбыться. У монарха в Ривенриле был свой интерес и Верховный это хорошо понимал. Жаль, что все эти договоры и тайны иногда вредят личной жизни.
Наверное, так даже лучше, что принц прислал вызов. Меньше времени, чтобы копаться в собственных чувствах к бывшей невесте. Впрочем, это никак не спасет от расспросов внимательного Энтони. Одно дело его личный интерес к принцессе Ариэль, другое — знать, почему у Верховного мага Эрландии больше нет невесты.
***
Принц нашелся в своем рабочем кабинете. Писал какие-то письма, но стоило появиться Редманду, как Энтони проворчал: