Читаем Первопроходец полностью

Закрыв глаза, я дослушал мелодию до конца, и, когда в игре выдался небольшой перерыв, зааплодировал вместе с окружающими пони. Услышав необычный звук хлопков, Лира открыла глаза, кивнула мне с улыбкой, а потом заиграла снова. Увы — хоть мне и хотелось остаться до конца этого импровизированного выступления, дела не ждали. Зато дальнейший путь до «Сладкого Уголка» я проделал с улыбкой, забыв о жаре и размышляя о том, что это первый раз с момента моего появления в Эквестрии, когда я слушаю музыку пони. И очень зря, оказывается, я многое терял! Если Лира даёт концерты на постоянной основе, надо будет обязательно прийти и послушать ещё. А ведь я ещё не слышал ни игру Октавии, ни творения Винил.

В кондитерской было на удивление пусто — так что Пинки нашлась не за прилавком, а за одним из столиков рядом с отстранённо жующей тортик Твайлайт.

— Привет, — улыбнулся я и сел рядом с земнопонькой. — Вы-то мне и нужны.

— Привет-привет! — радостно воскликнула она. — А зачем?

— Поболтать, провести время в хорошей компании… — я подмигнул Твай. — Тортик съесть. Шоколадный. Найдётся?

— Оки-доки! Сейчас принесу, — земнопонька, нисколько не смущаясь, перелезла через меня и ускакала в сторону кухни.

Проводив её взглядом, я повернулся к откровенно вялой единорожке.

— Твай, собралась менять наставницу? Луна будет рада.

— С чего ты взял?! — чуть не поперхнулась десертом она. Ну, хоть из своей прострации вышла.

— Ну… режим, как вижу, уже синхронизируешь.

Она слабо улыбнулась.

— Спайк сказал?

— А то по тебе незаметно, что спала ты давно и недолго… Твай, мы же обсуждали это в поезде. От того что ты себя загонишь, пони в кристаллах лучше не станет.

— Не могу я уснуть, — вздохнула она. — В голову лезут мысли о том, что можно было бы всё-таки попробовать… перегрузить вложенное заклинание несколькими точечными воздействиями с одновременной дестабилизацией физической структуры кристалла, или изменить заклинание телепортации так, чтобы оно позволяло переместить только часть объекта, надо только очень точно рассчитать границу воздействия…

— Луна вроде бы говорила, что все безопасные методы вы попробовали, — прервал её я.

— Угу, — она опустила голову. — Это опасно.

Я покачал головой.

— Никакой спешки ведь нет. Расслабься.

— Есть! Там пони, которые надеются на мою помощь!

— Не на конкретно твою, — уточнил я. — А на помощь вообще. Сейчас над этим работаешь ты и Луна, а когда пару кристаллов перевезут в Кантерлот, к этому подключатся и другие маги. Рано или поздно решение будет найдено.

— Поздно — это когда? — грустно спросила единорожка. — Когда у их внуков уже будут свои внуки? Ещё позже?

— Какое вопиющее отсутствие оптимизма, — хмыкнул я. — Но если делать что-то только ради того чтобы занять себя, ничего хорошего из этого не выйдет. Ну, допустим, ты просчитаешь один из своих вариантов. Рискнёшь и убьёшь кого-то. Кому от этого будет лучше? Тебе?

— Нет!

— Вот именно. Так что расслабься. Отдохни, выспись, сделай перерыв — и после этого сможешь взяться за дело со свежими силами. Может, и идеи новые появятся.

— Ты прав, — она глубоко вздохнула. — И Луна права. Просто… как ты говорил? «Комплекс Атланта»?

— Ага, — я улыбнулся и, потянувшись через стол, легонько потрепал её по гриве. — Переключись на что-нибудь другое, хотя бы до тех пор, пока изучение кристаллов не начнут другие маги в Кантерлоте.

— Попытаюсь, — она улыбнулась слегка виновато.

Мда… так, ясно все с ней. Скорее всего, она честно попытается последовать моему совету, но только до тех пор, пока «в голову мысли не полезут». Мне понадобится Спайк.

— А вот и тортик! — Пинки поставила передо мной поднос и вновь перелезла через мои колени на своё место. — Я что-нибудь пропустила?

— Нет-нет, я как раз ждал, пока ты вернёшься. Хотел кое-чего у вас спросить по поводу завтрашней вечеринки.

— Ты обратился к правильным пони, — скорчив серьёзную мордашку, ответила Пинки.

— Это точно, — хихикнула Твайлайт. Кажется, потихоньку приходит в себя… жаль, но это впечатление обманчиво. Когда я с ней утром расставался, она тоже казалась успокоившейся.

— В общем. Я не очень хочу устраивать этот праздник у себя дома, вот и хотел узнать, что вы можете посоветовать. Скажем, арендовать какой-нибудь ресторан или кафешку…

Я осёкся. Пинки смотрела на меня глазами размером с чайные блюдца.

— Нет! Нет-нет-нет-нет! Так нельзя! — возмутилась она, энергично тряся головой. — Тебе же нравится Трикси! Ты сам говорил!

Не понял. Это тут ещё при чём?

— Плохая идея, — подтвердила Твайлайт, отвечая на мой незаданный вопрос. — Это будет нарушением традиции, а мы всё-таки в городке земных пони, относящихся к этому очень серьёзно.

— Очень! — закивала Пинки.

— Традиция вечеринок? — удивился я. — Да, народ, вы не устаёте меня поражать.

— Вечеринка — это нововведение Пинки, — признала Твайлайт. — Но лежащий в её основе праздник приветствия старше Эквестрии и в том или ином виде распространён везде, где живут преимущественно земные пони. Это ритуал знакомства, представления всем нового жителя, видоизменённый и урезанный вариант старых брачных традиций…

Да ну?! Серьёзно?

Перейти на страницу:

Все книги серии My Little Pony: фанфик

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное