Читаем Полуночник Вэйян, или Подстилка из плоти полностью

– Уважаемый господин сянгун![73] Вам, как я вижу, тоскливо одному. Не желаете ли зайти ко мне? У меня, на счастье, оказался жбан вина. Отведайте чарку-другую, если вы, конечно, не побрезгуете!

– О, мне как-то неудобно вас беспокоить! – воскликнул Вэйян. – Ведь мы с вами незнакомы, сударь. Встретились, как говорится, словно «ряска на просторе вод».

– Известно, что ученые мужи лишены предрассудков, а вы, уважаемый сянгун, кажется, придерживаетесь застарелых правил… По чести говоря, я принадлежу к низкому сословию, однако очень люблю завязывать знакомства. Ваш грядущий путь, господин сянгун, величественен и безграничен, и я, ничтожный, вряд ли посмел бы беспокоить вас в другое время. Однако нынче мы случайно оказались вместе в этой захолустной гостинице. Грех не воспользоваться столь неожиданной и редкой встречей. Может быть, вы все-таки соблаговолите посидеть со мной, презрев устоявшиеся обычаи и нравы?

Вэйян принял приглашение соседа. И в самом деле, отчего не потолковать с живым человеком, когда тебя гложет этакая скучища! Новый знакомец посадил Вэйяна, как тот ни противился, на почетное место, а сам примостился сбоку. Он поинтересовался, как зовут сюцая, Вэйян ему ответил.

– А вас как величать, почтенный сударь? – спросил Вэйян.

– Видите ли, я отношусь к грубому сословию, а потому прозвания, увы, не имею, правда, у меня есть кличка – Сай Куньлунь, что значит Соперник Куньлуня.

– О, ваше высокое прозвание звучит так необычно! Скажите, почему вы выбрали себе столь странное имя?

– Если я вам скажу, вы, глядишь, еще испугаетесь или, возможно, сочтете недостойным сидеть со мной рядом и пить вино!

– Ах, полноте! – воскликнул Полуночник. – Я причисляю себя к породе героев-удальцов, меня не испугают ни духи, ни демоны, ни злые наваждения! Меня нисколько не волнует знатность или убогость происхождения человека, его просвещенность или необразованность. Для меня главное – согласие со мной его духа и мыслей!

– В таком случае я, пожалуй, рискну поведать вам свою историю… Должен вам честно признаться, я, ничтожный, принадлежу к разбойному люду. Как говорят в подобных случаях, «взлетаю над крышами и хожу по стенам». Для меня, к примеру, не составит большого труда влезть на башню высотой в тысячу чжанов или пробраться в дом, скрытый со всех сторон высокими стенами. Я могу проникнуть в самые дальние покои и даже подползти к спальному ложу или обчистить дом до нитки, утащить все, что пожелает моя душа, вплоть до постельного белья. И, будьте уверены, сделаю это так чисто, что хозяева не сразу хватятся пропажи и лишь спустя день или два поймут, что у них в доме побывал вор.

Говорят, что в далекие времена жил некий Куньлунь, который, незаметно проскользнув в шатер полководца Го, умыкнул прекрасную даму по имени Хунсяо – Красная шелковинка. Он проделал этот трюк всего лишь раз за всю свою жизнь, а прославился на долгие века. Я же подобных подвигов совершаю сотни. Вот почему меня и прозвали Соперником Куньлуня.

Молодой сюцай посмотрел на собеседника со страхом.

– Если вы, почтенный, давно занимаетесь этим ремеслом и даже приобрели столь громкую известность, значит, вы совершали преступления?

– Если бы я совершал преступления, меня не называли бы героем-удальцом. Еще в древности говорили: «Чтобы схватить вора, надо найти краденое»! Помните? Вот так и я. «А вы нашли у меня уворованное?» – спрошу я властей, и им нечем крыть. Вот почему все, кто живет поблизости, да и жители дальних мест, стараются мне во всем угодить. Они боятся меня, стараются не задевать, не обижать, потому как хорошо знают, что я способен рассчитаться с ними в два счета. – Соперник Куньлуня, помедлив, продолжал: – Надо вам знать, сударь, что мой дух весьма благородный! Верьте или нет, но я соблюдаю пять запретов. Хотите их узнать? Извольте! Сейчас объясню! К примеру, я никогда не краду у тех, кто пребывает в горе или, наоборот, у кого в доме радость. Я никогда не ворую у добрых знакомых, а также обхожу стороной тех, кто был ограблен прежде. И еще одно: не люблю красть у людей, кто не может себя защитить.

– Ах, как это все любопытно! – воскликнул сюцай. – Пожалуйста, расскажите обо всем поподробней!

– Извольте… Известно, что у каждого человека в жизни непременно случается какая-нибудь неприятность: скажем, его охватил недуг, или он несет траур, или на человека вдруг обрушилась неожиданная беда. Одним словом, он в отчаянном положении. Ограбить его в такой момент, значит, как говорится, подлить масла в огонь. Он ни за что не вынесет нового удара. Вот почему я стараюсь не трогать такого человека. А теперь о счастливых событиях – вроде свадьбы, появления на свет дитяти или дней рождения. К ним можно отнести и возведение нового жилища. Ограбить человека, когда тот испытывает необыкновенную радость в своей жизни, это значит так его огорчить, что у него сразу все пойдет прахом. К таким людям я тоже не хожу…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Платон. Избранное
Платон. Избранное

Мировая культура имеет в своем распоряжении некую часть великого Платоновского наследия. Творчество Платона дошло до нас в виде 34 диалогов, 13 писем и сочинения «Определения», при этом часть из них подвергается сомнению рядом исследователей в их принадлежности перу гения. Кроме того, сохранились 25 эпиграмм (кратких изящных стихотворений) и сведения о молодом Аристокле (настоящее имя философа, а имя «Платон» ему, якобы, дал Сократ за могучее телосложение) как успешном сочинителе поэтических произведений разного жанра, в том числе комедий и трагедий, которые он сам сжег после знакомства с Сократом. Но даже то, что мы имеем, поражает своей глубиной погружения в предмет исследования и широчайшим размахом. Он исследует и Космос с его Мировой душой, и нашу Вселенную, и ее сотворение, и нашу Землю, и «первокирпичики» – атомы, и людей с их страстями, слабостями и достоинствами, всего и не перечислить. Много внимания философ уделяет идее (принципу) – прообразу всех предметов и явлений материального мира, а Единое является для него гармоничным сочетанием идеального и материального. Идея блага, стремление постичь ее и воплотить в жизнь людей – сложнейшая и непостижимая в силу несовершенства человеческой души задача, но Платон делает попытку разрешить ее, представив концепцию своего видения совершенного государственного и общественного устройства.

Платон

Средневековая классическая проза / Античная литература / Древние книги