С медиа такая же история. Если СМИ принадлежат разным владельцам, то они вынуждены ориентироваться на спрос. Поэтому если в каком-то городе наиболее популярная газета — «Веселый погромщик», то на этой территории что-то неблагополучно. Лучше обратить внимание на этот сюжет пораньше.
То же самое — с деятельностью некоммерческих гражданских организаций. Если люди готовы инвестировать свое время и ресурсы в решение проблемы, значит, для них это действительно важно.
Почему эти каналы обратной связи являются и индикаторами, и модераторами? Потому что, указывая на проблему, они одновременно помогают ее решить. Участие в выборах разных уровней абсорбирует общественную энергию. Активисты вовлекаются в легальный политический механизм, а не уходят в подполье. То же самое происходит со СМИ и гражданскими некоммерческими организациями.
Разговоры об ограничении избирательных прав приводят к реализации того сценария, которого они пытаются избежать. В этом опасность демофобической пропаганды, которая очень эффективна. Легенды о кровожадном народе продаются в две стороны. Они преподносятся самим гражданам, так называемому широкому телезрителю. Ему рассказывают об отеческих попечениях власти, которая о нем заботится, а он такой-сякой, неразумный. Это специфический инфантилизм, который процветает в патерналистских политических системах.
Наконец, эта история продается самому́ образованному сословию, на чьих страхах играет власть. Она сама умело подкручивает демонстративные проявления народной ярости. В свою очередь, интеллигенция любит пугаться, потому что в исторических примерах недостатка нет.
Если мы считаем нашего избирателя диким, страшным и совершенно не заслуживающим доверия, то выходом стало бы не отбирать у него все права, а давать ему их понемножку. Например, позволить выбирать власть на местном уровне. Люди смогут попробовать стать избирателями в тех местах, где власть доступна и видна. Местные выборы гораздо важнее федеральных, как в просветительско-воспитательном отношении, так и с точки зрения устойчивости системы. Пирамида, которая стоит на вершине, чрезвычайно неустойчива. Это тоже один из парадоксов авторитаризма, как гибридного, так и основного: он больше всего говорит о стабильности, но одновременно подтачивает ее основу.
Истинная стабильность общественной жизни, мирный переход от одной фазы к другой, пространство компромисса, пространство договоренностей обеспечивается только демократиями. К нынешнему веку до этого дошла уже большая часть стран мира. Историю человечества можно описать как историю инклюзии — постепенного снятия ограничений на избирательные права. Вернуть эти цензы невозможно, поэтому мы обречены иметь дело со всеми гражданами, достигшими 18 лет. Ограничивая их права, делая их псевдоизбирателями, мы не удержим в узде этот воображаемый «народ-гитлер». Более того, чем дальше мы идем по этому пути, тем больше готовим себе именно этот сценарий.
Вот в этом мне видится опасность того кадавра, того неуместно живого мертвеца, которого я попыталась описать.
29.09.2017
ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ЗАКОНОТВОРЧЕСТВО: ПОНЯТЬ И ПОПРАВИТЬ
13 ЗАКОНОВ ПАРЛАМЕНТАРИЗМА
Думская сессия 2013 года, знаменующая 20-летие российского парламентаризма, должна была бы закончиться в пятницу, 20 декабря. Но в связи с обилием законопроектов, которые необходимо принять прямо сейчас, иначе все пропало, пришлось объявлять дополнительное заседание 23 декабря. На нем в третьем чтении будет принят пакет проектов, «защищающий пенсионные накопления граждан» (легализующий изъятие накопительной части пенсий в пользу прохудившегося бюджета), поправки к закону «Об информации», разрешающие внесудебную блокировку сайтов по письму прокурора или его заместителей (новация известного рыцаря законности депутата Лугового).
Закроет сессию спикер Нарышкин традиционной речью, в которой скажет то, что все спикеры говорят в конце каждой сессии. Что по законопроектному валу мы перекрыли результаты предыдущих созывов, а время от вброса свежей чушки в парламентскую печь до снятия с конвейера готового изделия (совершенно не изменившегося) сократилось по сравнению с прошлым годом. Что растет доля инициатив, внесенных президентом и правительством, и это говорит о возросшем доверии и кооперации меж ветвями власти. Что все дискуссионные вопросы прорабатываются парламентариями в тесном контакте с исполнительной властью в ходе так называемого нулевого чтения. Что растет участие общественных организаций и внепарламентских партий в законотворческом процессе — их даже пускают посидеть на балконе в зале пленарных заседаний.
Тем временем на 20-м году работы Думы 43% россиян, по ноябрьскому опросу «Левада-центра», считают, что в ее существовании нет смысла — достаточно было бы указов президента. Чуть меньше — 39% — считают Думу необходимой. Примерно две трети опрошенных относятся отрицательно к работе депутатов за последние два года.