Читаем Праздный дневник полностью

* * *

Предупреждение, наказание,Искупление или что,Или что не имеет названияВ эту жизнь наугад пролито?Что за магма, металл расплавленный,Что за воздух, огня горячей,Это мир, мне как чудо явленный,Только мой и больше ничей.Чей проект это, Боже праведный,Чья затея, какой исход,Этот век, на удачи скаредный,Как на счастье не щедрый год?Чем одаришь и что отнимется,Будет жить невзначай легко?Или жизнь, как кувшин, опрокинется,В землю выльется, как молоко,Растечется, иссякнет, бедная,Растворится, сойдя на нет.Лишь останется чурка медная,Подтверждая земной ответ…10 августа 2007

Встреча

Л. СараскинойН. СолженицынойЭта музыка звучала,Эта музыка текла.Изначально – как попало,А в финале – как могла.Звуки медленно кружили,Ворожили наугад,Целый миг мы долго жилиЭтим миром грешным над.Незнакомы, невесомы,Неизбежны и родны.Позабыв случайно, кто мыВ горнем мире тишины.Позабыв земные страхи,И заботы, и дела.И о том, что минут в прахеНаши скорбные тела.Только дух – судьбы предтеча —Будет нами до конца.И случится снова встречаВ царстве Сына и Отца.14 августа 2007

* * *

Грачиный грай, убогое подворье,Прощальный свет, прощеные слова,И где-то там – мальтийское приморье,И где-то здесь – казенная Москва.Как далеки холмы и буераки,И фризы стен, и арки, и мосты,Как близки вдруг развалины ИтакиИ ватмана с рисунками листы.Зачем нести, что все равно уронишь,Где так конечен каждый материк,И где твой сон по имени Воронеж,Что тяжелее кованых вериг?Опять дожди, и холода, и дымкаНад бездной лет, отправленных в архив.Ни профиля, ни прочерка, ни снимка,А только факт, что веруешь и жив.И вот еще, к насущному в придачу,Любить дано замысловатый быт.И то еще, что очень редко плачуНад вымыслом, который был открыт.25 августа 2007

* * *

У веры – неверы в достаткеИ уйма стыда и греха.Как грустно звучит на трехрядкеМелодия даже стиха.А косы длинны и туманны,А руки нежны и слабы.Есть в имени лишь ИоанныТаинственный смысл ворожбы.Владимирский сад неухожен.По пояс трава-мурава.Мне счастья обломок положен,И в этом природа права.Кузнечики, ночь оглушая,Строфу повторяя и для,Лепечут: какая большаяТвоя неземная земля.25 августа 2007
Перейти на страницу:

Все книги серии Поэтическая библиотека

Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы
Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы

В новую книгу одного из наиболее заметных поэтов русского зарубежья Андрея Грицмана вошли стихотворения и поэмы последних двух десятилетий. Многие из них опубликованы в журналах «Октябрь», «Новый мир», «Арион», «Вестник Европы», других периодических изданиях и антологиях. Андрей Грицман пишет на русском и на английском. Стихи и эссе публикуются в американской, британской и ирландской периодике, переведены на несколько европейских языков. Стихи для него – не литература, не литературный процесс, а «исповедь души», он свободно и естественно рассказывает о своей судьбе на языке искусства. «Поэтому стихи Грицмана иной раз кажутся то дневниковыми записями, то монологами отшельника… Это поэзия вне среды и вне времени» (Марина Гарбер).

Андрей Юрьевич Грицман

Поэзия / Стихи и поэзия
Новые письма счастья
Новые письма счастья

Свои стихотворные фельетоны Дмитрий Быков не спроста назвал письмами счастья. Есть полное впечатление, что он сам испытывает незамутненное блаженство, рифмуя ЧП с ВВП или укладывая в поэтическую строку мадагаскарские имена Ражуелина и Равалуманан. А читатель счастлив от ощущения сиюминутности, почти экспромта, с которым поэт справляется играючи. Игра у поэта идет небезопасная – не потому, что «кровавый режим» закует его в кандалы за зубоскальство. А потому, что от сатирика и юмориста читатель начинает ждать непременно смешного, непременно уморительного. Дмитрий же Быков – большой и серьезный писатель, которого пока хватает на все: и на романы, и на стихи, и на эссе, и на газетные колонки. И, да, на письма счастья – их опять набралось на целую книгу. Серьезнейший, между прочим, жанр.

Дмитрий Львович Быков

Юмористические стихи, басни / Юмор / Юмористические стихи

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот , Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Амо Сагиян , Владимир Григорьевич Адмони , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Мария Сергеевна Петровых , Сильва Капутикян , Эмилия Борисовна Александрова

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное