— Вовсе нет. Лапки паука еще не утратили полностью гибкость. Если бы это была мумия, они бы осыпались при прикосновении. Этот паук совсем недавно кусался в свое удовольствие. Но либо что-то пошло не так, либо у убийцы сдали нервы, либо паук отыграл свою роль и стал ненужным. Паука прихлопнули и выбросили за батарею, первое подходящее место, которое попалось на глаза. Должно быть, дело все-таки в нервах. — Холмс в раздумье покачал ногой. — Но ты прав. Нам необходима дополнительная информация. Антон, воспользуемся твоими связями и твоей профессиональной памятью. Запоминай, что надо выяснить, причем срочно…
Дверь распахнулась так внезапно, что Ватсон едва не выронил из рук книгу — среди литературы по менеджменту и бизнесу на полке неожиданно оказался труд по психиатрии.
— Мистер Холмс? Свекровь сказала мне, что вы ищете убийцу Степана?! — Молодая темноволосая женщина стремительно приблизилась к Ватсону вплотную. — Что вы пришли меня арестовать и что я доигралась!
— А… мистер Холмс — это он, — Ватсон кивнул на безмятежно сидящего в кресле Холмса с трубкой во рту. — Меня зовут Джон Ватсон. Вы, видимо, Кира. А вас действительно надо арестовать?
— Что за чушь! — возмущенно полыхнула черными глазищами Кира. — Почему вы вообще решили, что Степана убили? Нам сказали, что он умер от инфаркта! Вы верите Раисе? У нее все кругом враги, грабители, негодяи и плебеи. Все, кроме талантливого и великого семейства Армазаровых! Ее послушать, так я подсунула ядовитого паука Степану, чтобы подобраться к его деньгам и их драгоценной квартире!
— Но это не так, — полуутвердительно произнес Холмс, внимательно наблюдая за вдовой Степана.
— Конечно, нет… — Кира опустилась на диван и посмотрела на Холмса тоскливо и безнадежно. — Мне был нужен Степан, а вовсе не его деньги. Я уезжаю отсюда. Вещи сложила. Вернусь домой, в Симферополе уже совсем тепло… А Питер холодный и злой. Без Степана мне тут делать нечего. Я любила мужа, понимаете, мистер Холмс? Я не могла его убить…
— Дело в том, что я знаю, кто убил Степана. Но это касается всех членов семьи. — Холмс убрал трубку в карман и встал. Ватсон изумленно обернулся от книжных полок, забыв положить книгу обратно. — Будьте добры, пригласите сюда Алексу и Раису. Думаю, сейчас самое время.
— Бабуля, зачем нас позвали? — Алекса аккуратно усадила в угол дивана плюшевого медвежонка и села рядом, сложив ладошки на сомкнутых острых коленках. — Здесь папа умер, мне тут не нравится…
— Потерпи, деточка, бабуля разберется. — Раиса Армазарова отцентрировала мордочку хорька на своем плече и развернулась к Ватсону. Холмса она демонстративно игнорировала. — Ну, что вы стоите как платяной шкаф с пустою антресолью? Инсценируете раздумья? Нет, вы все-таки не сын Софочки Ватзо́н. У того, даже когда он ребенком, бывало, спал, глаза были гораздо содержательнее… И не надейтесь, что я заплачу хотя бы рубль за ваш визит! Фарс, а не расследование!
— Мистер Холмс, к чему эта пауза? — Кира напряженно прислонилась к стене, обхватив себя за плечи руками.
— Прошу прощения, дамы! Я должен был выслушать доклад коллеги, он сообщил мне весьма любопытные вещи. Впрочем, они только подтвердили мои догадки, — Холмс кивнул на Антона Гирдяева, вышел на середину комнаты и оглядел присутствующих. — Дело в том, что Степан действительно умер в результате укуса смертельно ядовитого паука, и этот паук все еще в комнате. Он очень опасен! Поэтому всем следует быть предельно осторожными и внимательными…
— Что-о-о? — Раиса вскочила с дивана, и ее голос взлетел до такой высокой ноты, что Гирдяев нервно затоптался у двери. — Трое здоровых лбов целый день топчутся в квартире и до сих пор не изловили паука?! Я вам сразу сказала, что без шлюшки и паука не обошлось! Расследователи… Я до прокурора дойду, так и знайте! Имя Раисы Армазаровой еще что-нибудь да значит!
— Что же вы сразу не сказали? — возмущенно воскликнула Кира и решительно приблизилась к Алексе, словно собираясь заслонить собой. — Разве можно рисковать здоровьем ребенка? Идем, Алекса, нам надо срочно переехать в гостиницу. Я вызову специальную службу, паука уничтожат. Идем скорее, не бойся!
Алекса недоуменно посмотрела на взволнованную Киру, на ее протянутую руку и равнодушно повела плечом. Потом почесала коленку и потянула к себе игрушку.
Толстый труд по психиатрии упал на пол с оглушительным хлопком. Подпрыгнули все, кроме Холмса, столкнувшего книгу со стола.
— Во криворукий чувак! — произнес насмешливый тенор. Алекса грубо сбросила с дивана плюшевого медведя и села удобнее, устойчиво расставив ноги и откинувшись на спинку. Прищуренными глазами она оглядела замерших от изумления взрослых и презрительно скривила губы.
— Лапы убери! — Алекса оттолкнула Киру и словно только сейчас увидела свою одежду. — Какого черта! Опять на мне эта розовая дрянь…
Она стянула через голову пушистую хламидку и, смяв в комок, метким броском отправила в угол.