-- И я благодарю васъ, сказалъ Готтгольдъ, хватая руку глубоко растроганнаго человка и горячо пожимая ее;-- отъ всего сердца благодарю васъ, потому-что вы дйствовали но вашему убжденію,-- а что же можетъ больше сдлать человкъ? если даже вы и не помшали моей бдной матери умереть отъ разбитаго сердца.
Вольнофъ мрачно глядлъ внизъ; Готтгольдъ продолжалъ съ горькой улыбкой:
-- Конечно, еще лучше умереть такъ, умереть въ молодости, чмъ жить съ разбитымъ сердцемъ, на мученье себ, да не на радость и другимъ, какъ это выпало на долю моего несчастнаго отца. Онъ не могъ примириться даже съ тнью моей матери! Иначе онъ не сказалъ бы съ поблднвшими губами, когда однажды, сильно разсердившись, оттолкнулъ меня отъ себя: "ты весь въ мать!" Нтъ, нтъ, другъ мой, я уважаю вашу мудрость; но мн кажется, надо родиться мудрымъ... научиться этому нельзя.
-- Особенно въ одинъ урокъ, сказалъ Вольнофъ серіознымъ дружескимъ тономъ,-- да и долго же онъ продолжался, слишкомъ долго, если взять во вниманіе состояніе ученика.
Готтгольдъ не соглашался съ этимъ; онъ уврялъ, что чувствуетъ себя отлично, и что онъ достаточно силенъ, чтобы еще долго продолжать бесду, да и тема эта иметъ для него магическій интересъ.
-- Поэтому-то именно и надо ее оставить, возразилъ Вольнофъ,-- а если въ самомъ дл вы не очень утомились, отвтьте-ка мн лучше вопроса на два, относительна вашей несчастной поздки. Признаюсь, я длаю ихъ вамъ почти что по порученію высшаго начальства. По крайней мр, совтникъ юстиціи фонъ-Цаденигъ увряетъ, что безъ вашихъ показаній нельзя сдлать ни шагу въ этомъ несчастномъ дл, и просилъ меня нкоторымъ образомъ внести ихъ въ протоколъ.
Готтгольдъ съ удивленіемъ взглянулъ на него.-- "Въ чемъ дло?"
-- Въ чемъ дло? Да прежде всего въ потерянныхъ деньгахъ, которыя надо же, наконецъ, если можно, возвратить.
-- Бдный Селльенъ! мн отъ души жаль его, сказалъ Готтгольдъ;-- но я не вижу, какимъ образомъ ваши вопросы и мои отвты могутъ способствовать возвращенію потеряннаго.
-- Раскажите все какъ было. Не знаете ли вы, были ли еще эти деньги при Селльен, когда вы узжали изъ Доллана?
-- Это я знаю наврное; когда я гулялъ съ нимъ посл обда, онъ, не догадываясь, что Брандовъ получилъ эти деньги отъ меня, съ удивленіемъ говорилъ мн, что тотъ заплатилъ ему и даже показалъ мн при этомъ пакетъ, который онъ вынулъ изъ боноваго кармана своего сюртука. Тамъ онъ держалъ его весь вечеръ -- и я смотрлъ на это не безъ нкотораго безпокойства. Я все боялся, какъ бы, проигравъ свои деньги, онъ не схватился за эти. Къ счастью, онъ остался въ выигрыш.
-- Такъ стало быть играли? Кто же проигралъ?
-- Брандовъ.
-- И много?
-- Мн кажется, онъ проигралъ пять тысячь талеровъ Редебасу; вдь у другихъ-то, пожалуй, не хватило бы духу спорить такъ долго съ такимъ отчаяннымъ игрокомъ.
-- И само собою разумется не заплатилъ ихъ на мст?
-- Конечно, нтъ; вотъ изъ-за этого-то и вышелъ споръ, кончившійся тмъ, что вс остальные гости разъхались но домамъ въ страшномъ гнв.
-- Вы не вмшивались въ этотъ споръ?
-- Я? нтъ,-- а вотъ разв немножко Селльенъ; по крайней мр это могло подать поводу Брандову къ тмъ дерзостямъ, которыя въ конц концовъ выгнали насъ изъ дому.
-- Выгнали изъ дому? Отлично! сказалъ Вольнофъ, словно онъ вносилъ эти слова въ протоколъ.-- И эти деньги были еще при Селльен, когда вы ухали?
-- Онъ былъ навесел -- и когда я застегивалъ ему пальто, то замтилъ, что пакетъ еще у него.
-- И это пальто было еще застегнуто, когда Лаутербахъ собирался сдлать ему здсь перевязку? Вы сами сдлали намедни это замчаніе, и Лаутербахъ утверждаетъ то же самое. Не пытались ли вы въ кузн снять съ него платье?
-- Нтъ, старый Пребровъ хотлъ было сдлать это; но Селльенъ, пришедшій на минуту въ намять, такъ убдительно просилъ не трогать его, что мы отказались отъ этого, и старались только о томъ, чтобы ему было какъ можно спокойне лежать на сн и на солом въ экипаж, который тмъ временемъ припасли Пребровы.
-- И въ это время пакетъ все еще былъ при немъ?
Готтгольдъ подумалъ.-- Нтъ, сказалъ онъ,-- его при немъ уже не было. Теперь я припоминаю, что сперва старикъ, а потомъ я -- хотли ощупать ему грудь, такъ какъ онъ жаловался на страшную боль въ лвомъ подреберь. Тутъ я долженъ бы былъ замтить пакетъ. Это въ самомъ дл странно.
-- Конечно странно, возразилъ Вольнофъ,-- вдь, наконецъ, не эти же честнйшіе Пребровы, отецъ и сынъ, взяли пакетъ у него изъ кармана, когда несли его съ этого несчастнаго мста въ кузню.
-- Невозможно! вскричалъ Готтгольдъ.
-- А между тмъ почти такъ же невозможно, хотя и въ другомъ смысл, чтобы онъ выронилъ его, во время паденія, изъ кармана застегнутаго сюртука, сверхъ котораго было еще надто пальто, тоже застегнутое.
-- Но кром этого уже ничего нельзя предполагать.
-- Такъ кажется. Но пойдемъ-те нсколько дальше. Такъ Брандовъ положительно произвелъ на васъ такое впечатлніе, какъ будто бы гналъ васъ изъ дому? Не поразило ли васъ это?
-- И нтъ, и да.