— Нет. Знаю только, что если вспомню старую жизнь — сдохну. Такова моя плата за воскрешение.
— Ты сам ее выбрал, — на всякий случай напомнил я, почувствовав на шее мимолетное прикосновение жестких усиков.
— Да, — неохотно согласился Нич, быстро отворачиваясь. — Но лучше забыть о том, кем я был, чем безвозвратно утратить накопленные знания. И пусть они довольно отрывочны, но это лучше, чем ничего.
Я тихо вздохнул.
— Может, ты и прав: уговор есть уговор. Ты выбрал свой путь, я — свой. И мы оба понадеялись, что вместе у нас получится что-то стоящее.
— Вместе? — отчего-то насторожился таракан.
Я собрался было съехидничать, но он вдруг встрепенулся, занял стойку, как пес на охоте, и вдруг заорал мне в самое ухо:
— СТО-О-ОЙ!
Хорошо, что он мелкий и писклявый, иначе этот вопль услышали бы не только граф со своими людьми, но и запертые в склепе фамильные призраки Невзунов. А так я всего лишь частично оглох на одно ухо, подпрыгнул на месте от неожиданности и инстинктивно замер, лихорадочно раздумывая, к чему именно должен морально подготовиться. То ли к внезапной смерти, то ли к радостной вести о мучительной гибели своих врагов.
От смертельной ошибки некроманта порой отделяет один-единственный шаг, поэтому я застыл, как примороженный, опасно балансируя на одной ноге и стараясь даже не дышать.
— Стой, Гираш, — напряженным голосом повторил Нич, медленно поводя мордой по сторонам. — Кажется, я что-то почуял.
— Что? — беззвучно спросил я, стараясь не шевелиться.
— Тут что-то есть, — задумчиво сказал «фамилиар», словно не видя моих бесплодных попыток удержать равновесие. — Думаю, что это следы магии. Да, вот здесь… где-то совсем рядом… да перестань ты прыгать на одной ноге! К стене подойди, говорю!
Я нахмурился, но препираться с Ничем по поводу его тона сейчас было просто смешно. Тем более, он не шутил и не играл в свои обычные игры. А был, как никогда, серьезен и напряжен. Исключительно поэтому я не стал спорить и, поставив, наконец, вторую ногу на ступеньку, осторожно шагнул к тому месту, куда указывал таракан.
— Да, — повторил Нич, почти ткнувшись мордой в холодный камень и торопливо ощупав его длинными усиками. — Там действительно что-то есть… очень глубоко внутри… ты не знаешь, у этой башни имеется другой выход?
— Без понятия. По крайней мере, мы с графом его не нашли.
— А он должен быть, — все так же задумчиво протянул таракан и, приподнявшись на задней паре лапок, внимательно осмотрелся. — Так. Вон там торчит подставка под факел. Дерни за нее. Сейчас же!
Гм. Интересно, и как мне на это реагировать? Мгновение назад он требовал, сейчас уже приказывает… а что будет дальше? Считать ли мне, что он перешел границы дозволенного или еще рано? И не пора ли напомнить старому хрычу о том, кто здесь хозяин?
Пристально посмотрев на серьезного до предела Нича, я недобро прищурился, ожидая подвоха. Но таракан выразительно молчал, всем видом показывая, что не замышляет никакой пакости.
Убедившись, что подвоха от него не будет, я аккуратно шагнул влево и, протянув руку, ухватился за простейшую металлическую конструкцию. Точно такую же, за которую недавно дернул граф Экхимос и которая каким-то чудом удержалась на стене после того, как в замке порезвились пикси.
Хм.
И почему я сам до этого не додумался?
Один только минус был у этой затеи — мой карликовый рост, который при сравнительно небольшом весе не позволял так же легко привести в действие скрытый механизм, как это получилось у нашего графа.
Чтобы заставить его заработать, мне пришлось не просто ухватиться за ручку, а еще и подпрыгнуть, повиснув на ней всем телом. Даже дрыгнуться пару раз для надежности, изображая повисшую на крючке пиявку. Только после этого ручка неохотно поддалась и, негромко скрипнув, медленно опустилась.
В тот же миг в стене что-то приглушенно заворчало, затем загрохотало, зазвенело невидимыми цепями. Наконец, звучно щелкнуло, словно отпущенная на свободу пружина, и в стене прямо передо мной образовалась приличная по размерам дыра, через которую виднелись круто уходящие вниз каменные ступени.
При виде них я перевел дух и самодовольно ухмыльнулся (говорил же, что не в подвале дело!), однако мой триумф был немедленно испорчен, потому что проклятая ручка именно в этот момент решила, что ей хватит висеть без дела, и самым гнусным образом отвалилась.
Причем если бы она это сделала после того, как я спрыгнул или отошел в сторону, я был бы ей очень благодарен (нет ручки — нет и угрозы внезапного закрытия двери), однако эта зараза как специально метилась! Мало того, что я не успел разжать пальцы, так она еще и треснула меня по темечку! В результате, шлепнувшись с довольно приличной высоты, я крепко приложился копчиком. После чего схлопотал увесистой железкой по голове и, пересчитав всех звездочек с неба, бесчувственной куклой ухнул прямо в разверзшуюся в стене дыру.