- Ну, как же! Галерка, поцелуи!
- Во-первых, не галерка, - первый ряд, я плохо вижу. А во-вторых...
- А во-вторых?!
- А во-вторых, не твое дело.
- Вот как?! Браво! Браво! Зря время не теряешь.
- Боже мой. Вы поглядите на него, включил воображенье.
- Каждый день включаю и ночь.
- Не вредно?
- Вредно. Очень. Плоды сей вредности изложены в поэме.
- На, забери свою поэму. Не стоит и читать.
Женственность
- Ты какой ее видишь?
- Кого?
- Женственность.
- Не знаю. С чего ты вдруг?
- Почему - вдруг? Ты же художник. Не можешь что ли на словах два-три штриха описать?
- Слова - не штрихи...
- А ты представь. Набросок типа. Портрет.
- Портрет...
- Ага, и черно-белый. Ну, напрягись, мне важно, понимаешь?
- Не понимаю, тест что ль какой?
- Да нет! Мне интересно! Интересно, что о лице скажешь.
- О лице?..
- Ага.
- Не, я так не могу, сразу.
- Вот зануда... Представить не можешь? Неужто не встречал таких женщин?
- Встречал - не встречал, не твое дело. А впрочем...
- ...впрочем... что? Ну, что?
- Что, что? Заладил.
- ...
- Ее вздор должен быть исполнен негой. И ротик чуть приоткрыт... Вот тебе два штриха.
- Подожди. Подожди. А красота?.. Красота должна быть?
- Не обязательно. Но в лице женщины должна быть такая нежность, почти неземная.
- Это какая такая?
- Ну, будто смотрит она на тебя, как на единственного и неповторимого, и только тебе душу откроет, и только тебе другом станет, утешением твоим.
- Ух, ты...
- А ты думал, мужик в утешении там, понимании не нуждается?
- ...
- Более чем...
- Знаешь... я, кажется, видел такую женщину.
- Малой ты еще. Небось, во сне приснилось?
- Нет, видел. Видел, правда.
- Ну, видел и видел. Считай, что повезло. Ладно, мы с тобой куда идем?
- Как куда? К Светке.
- Ах да. К Светке. Хе. А Светка-то женственностью не страдает. Хе. Как же ты к Светке с такими-то мыслями пойдешь?
- А что... Светка - не человек?..
- Ладно, романтик, это я так. Винный не пропусти, заправиться бы надо.
Ничего личного
Я сидела в сквере на скамейке. Июль не кокетничал со мной, да и я с ним. Просто сидела и слушала музыку, а потом, отключив звук и не снимая гарнитуры, просматривала фотки с телефона, зная, что друг мой, ветерок, скоро подсядет ко мне, и мы поболтаем. Не получилось. Скамеечку, что была напротив, облюбовали два фотографа. Оказалось, они меня знают, потому как слышу:
- Посмотри, это она сидит.
- Надо же, так молодо выглядит.
- И стильно. Ей все идет, даже такая стрижка.
- Она и с волосами выделялась, но с "Ежиком" совсем другой образ.
- Слишком яркий.
- Ты чего шипишь? Или мне показалось?
- Не показалось. Ей все по фиг. У нее депресняк.
- А тебе-то что?
- Так... сам не знаю. Только вижу перед собой форму без содержания.
- Это она-то без содержания? Творческий кризис - состояние временное.
- Что-то затянулось.
- Может, она тебе отказала?
- Мне? Да я просто слежу за ней. Прикинь. Песни не пишет, картины не рисует, даже в литературе затык. Только небо коптит.
- А то, что сделано - не в счет? И потом, она уже не девочка. Мало ли, какие проблемы...
- Да ладно тебе, на ней пахать еще и пахать. А ей - по фиг. На контакт не идет.
- Так ты все-таки звонил?
- Отстань.
И осведомленный обо мне фотограф резко встал и пошел восвояси. Его приятель сорвался было за ним, но сделав шаг в мою сторону, поздоровался. Я сказала "Здравствуйте" довольно громко, как если бы слушала музыку в параллель, и посмотрела на него будто на ветер. Молодой человек помялся. Неловко улыбнулся и все же поспешил за другом. Странно, но услышанный разговор не задел меня, только подумала - творчество и вправду как товар. И вспомнила Володю Яковлева - для всех он умер, когда перестал рисовать...
Из смс
-перепискиСлова, упавшие в Глухую речку...
Я думала, это случилось со мной сейчас. Но уничтожив все дневники, почти не перечитывая их, чтобы не разорвалось сердце, я удивилась, что это было со мной всегда. Вся моя жизнь постепенно уходила под воду, причем с самого рождения, понимаешь? Тебе понравилась фраза? Я дарю ее тебе вместо картины.
Слова, упавшие в Глухую речку...
В поисках тебя