Едва успев накинуть на плечи горностаевую мантию, король призвал к себе на службу всех, кто мало-мальски был сведущ в колдовстве. Самого Фафнира королевские гвардейцы тоже в спешке отыскали где-то в лесной глуши, забрав его прямо из объятий лесной нимфы, и доставили во дворец. А король с тех пор не на шутку боялся чересчур длинных рук бывшего помощника, ел и спал исключительно по гороскопу и верил во все приметы зараз. О своем обещании, естественно, поделился только жене, а та посоветовала не ворошить прошлое: авось, все и уляжется, забудется…
Ан нет.
Граф деликатно выждал время, попутно скупив втихаря все долговые расписки двора – и нагрянул с визитом. Вернее, с готовым брачным договором на сто страниц и портретом дочери на выданье. Шах и мат.
– Моя дорогая Агнесс!
Королева недовольно поджала губы. Снова эта вульгарная особа. Разодетая как ожившая витрина, сочетание всех веяний моды разом за последние лет пятьдесят. Не чета своему братцу, который в своем безупречно сшитом камзоле с шелковой вышивкой – черное по черному! – вскружил голову всем красавицам двора.
– В ваших покоях снова чего-то недостает? – на сей раз ей удалось-таки уклониться от смачного поцелуя в обе щеки. Фру Эмма – красивое, хотя, на ее взгляд, несколько безликое имя. Обильно наложенные белила осыпались алебастровой крошкой прямо на королевский бирюзовый бархат.
– Oh, pardonnez-moi! – изобразив крайнее смущение, та принялась отряхивать ткань своим кружевным платком.
– А мы вас везде обыскались. В тронном зале уже все собрались, – и, воспользовавшись ее замешательством при слове
Помимо обыкновения, она не смогла держаться отстраненно: войдя в залу, Агнетта жадно всматривалась в лица склонившихся перед ней придворных. Премьер-министр – ну, этот своей выгоды не упустит, – министр торговли, дворцовый казначей, маршал, министр колоний… Даже сам королевский секретарь здесь, хотя тому больше пристало находиться сейчас возле Его Величества.
Так-так, а ведь дело, кажется, принимает серьезный оборот. Уж не заговор ли они затеяли?
– Прошу вас, – Хокан изысканным жестом указал королеве на трон, даже руку протянул. Нет уж, она как-нибудь обойдется без его помощи.
Серебряной статуи, на которую больше всего походила Майя в своих нарядах, на сей раз не было.
– Переживает за пропажу жениха, – предваряя ее вопрос, поспешил сообщить граф. – Бедняжка так переживает, так извелась… Как отец, я не могу больше оставаться в стороне!
– И что же вы предлагаете?
Старшая фрейлина, как нельзя кстати, шепнула о возвращении стражников из леса. Агнетта с облегчением вздохнула. Возможно, это нелепое собрание закончится, так толком и не начавшись.
– Вы же не станете утверждать, будто мы с королем сидим сложа руки? – повысила она голос. – Королевский лес – необычное место, моим слугам это очень хорошо известно. Верно, Гарн?
– Безусловно, – а парень молодец, даже не поскупился на пару вполне правдоподобных царапин на лице. На униформе живого места не осталось, все чинено-перечинено, правая рука на перевязи. У его соратников видок не лучше. Кое-кто из придворных дам уже побледнел, без чувств откинувшись на руки мужей.
– Мы прочесали лес от западных границ до Моста лорелей, как вы и просили. Нашли только вот это, – обильно сдобренный кровью изодранный лоскут шелка возымел то же действие, как если бы начальник охраны вытащил из мешка окровавленную руку кронцпринца.
Изобразив на лице самый неподдельный ужас, в душе Агнетта ликовала: получилось. Хокан, тем не менее, не поддался общей панике, и ловко перехватил находку прежде, чем она снова скрылась в замызганном ягдташе1
.– Позвольте, – граф, нисколько не брезгуя, помял ткань пальцами, понюхал, даже, как показалось Агнетте, слегка лизнул. И вперил в королеву насмешливый взгляд.
– Не знал, что у принца Свейна среди предков затесались домашние свиньи. Правда, неожиданное известие? – гул придворных и смешки разом смолкли, когда граф с размаху бросил изорванную ткань на пол. Испуганно звякнули хрустальные подвески на люстрах, а в самом зале стало заметно темнее, несмотря на погожий день за окном.
– Хватит с нас этих бабьих сказок, – голос Темного Графа изменился до неузнаваемости. И куда подевалась вся та медоточивая изысканность и услужливость – от его тихого, змеиного шепота у Агнетты мурашки побежали. – Вы кормили сына байками, держали его у своей юбки, а теперь водите за нос весь двор, уверяя, что принца похитили эльфы. Пора вернуть законного наследника на трон! – провозгласил он под одобрительные кивки и поддакивания министров. – Если виноваты эльфы, мы объявим им войну! Спалить колдовской лес дотла!