— Посмотрите сюда! — позвал он.
Каргрейвз подошел поближе. Резкое падение давления выворотило кусок стены, который ввалился внутрь помещения. Он представлял собой металлическую панель, а не каменные плиты, которыми были выложены остальные стены. Росс потянул панель, отодвинул ее настолько, что можно было заглянуть за нее, и осветил открывшееся отверстие фонариком. Внутри был еще один коридор, уложенный тщательно отшлифованными и пригнанными каменными плитами. Но здесь плиты не были покрыты герметизирующим лаком.
— Интересно, зачем они вырыли этот коридор, а потом замуровали его? — спросил Росс. — Как вы думаете, может быть, они что-нибудь там спрятали? Атомные бомбы, например?
Каргрейвз изучил аккуратно подогнанные плиты, терявшиеся в черноте бесконечного коридора стен. После долгого молчания он тихо сказал:
— Нет, Росс, это не нацистский склад. Ты открыл жилище селенитов.
17. ПОКА НЕ СГНИЕМ
Росс молчал, не в силах произнести ни слова. Когда к нему, наконец, вернулся дар речи, он воскликнул:
— Вы это вправду? Док, вы уверены?
Каргрейвз кивнул.
— Настолько уверен, насколько это возможно. Я долго не мог понять — как нацистам удалось построить такую мощную базу и почему они выбрали для герметизации такой странный материал — каменные плиты. Это потребовало бы очень больших усилий, особенно если работать в скафандрах. Но я решил отнести все на счет любви немцев ко всему монументальному: у них это называется — «сработано на совесть». Мне сразу надо было повнимательнее присмотреться.
Он заглянул в темный таинственный коридор.
— Несомненно, все это построено не за последние несколько месяцев.
— Давно?
— Давно? Миллион лет — это, по-твоему, как — давно? А десять миллионов? Не знаю: мне трудно представить себе даже тысячу лет. Возможно, нам этого никогда не узнать.
Россу очень хотелось немедленно все осмотреть. Каргрейвз покачал головой.
— Нам нельзя сейчас отвлекаться, Росс. То, что мы обнаружили, — величайшая находка в истории человечества. Но она может и подождать, — он посмотрел на часы. — У нас осталось ровно одиннадцать минут, чтобы покончить с делами и вернуться наверх, а то ребята начнут волноваться.
Он быстрым шагом обошел
Он лежал в скафандре, лицом вниз. Хоть он и не двигался, Каргрейвз приблизился к нему с большой осторожностью. Незнакомец был либо мертв, либо без сознания. Но на его лице не было признаков смерти, а скафандр был надут воздухом. Размышляя, как ему поступить, доктор опустился подле него на колени. На боку лежавшего висел пистолет. Каргрейвз вытащил его и сунул себе за пояс. В перчатках и сквозь плотную ткань скафандра было невозможно прощупать пульс, а шлем мешал прослушать у незнакомца сердце. До конца условленного срока оставалось лишь пять минут, и если доктор хотел что-нибудь сделать, ему следовало поспешить. Он схватил обмякшее тело за пояс и потащил его за собой.
— Что это вы нашли? — спросил Росс.
— Запасаюсь сувенирами. Бежим быстрее! У нас нет времени.
Он берег дыхание для подъема. Перескакивая через шесть ступенек за раз, он втащил наверх шестьдесят фунтов — себя и свой груз. До условленного времени оставалось еще две минуты.
— Бегом к «джипу»! — скомандовал Каргрейвз. — Я не могу тащить его с собой, иначе Морри подумает, что это ловушка. Встретимся около «Вотана»! Вперед!
С этими словами, взвалив свой легкий груз на плечо, доктор галопом побежал к кораблю. Войдя внутрь, он положил тело на пол и снял с мужчины скафандр. Тело было теплым, но мертвенно-неподвижным. Но доктору все же удалось нащупать слабые удары сердца. Когда из воздушного шлюза показались мальчики, он уже делал мужчине искусственное дыхание.
— Эй, — спросил он, — кто меня сменит? Я слабо разбираюсь во всех этих вещах.
— А чего силы зря тратить? — спросил Морри.
Каргрейвз на мгновение остановился и с любопытством взглянул на мальчика.
— Ну, даже не говоря о тех общепринятых правилах, которым тебя тоже вроде бы обучали, живым этот парень может быть куда полезнее, чем мертвым.
Морри пожал плечами.
— Если вы настаиваете… — он опустился на колени, занял место Каргрейвза и
— Ты все рассказал? — спросил доктор Росса.
— Так, вкратце. Сказал, что это место теперь наше, рассказал о найденных развалинах.