Читаем Размытая картина мира полностью

А черта времени рассыплет в пепел кости.


Кто знает, может не напрасно

Себя растрачивал, дарил и отдавал

Я знаю только то, что я остался

Без смысла, без причин, без права на ошибку.


По воле рока плаваю на льдине

Что тает подо мною каждый миг,

Оставшись сам с собою знаю,

Что проигравших не щадя

Раскраивают на куски.


Воспоминания увы не увядают,

Дают надежду жить, давая спрос,

Но время беспощадно душит память

Взамен не предлагая ничего.


В себя не верить проще чем понять,

Тем временем уже готов итог,

Вся жизнь это протяжная тоска,

А смерть мучительный и долгий эпилог.

Темнота наступает в городе


Смейся девочка, если весело,

Пока темнота не наступит в глазах

Плач если катятся слезы.

Не держи силой душу, пусти ее дальше

Плясать без твоей мясной оболочки.


В мыслях ты тонешь изо дня в день

Не стараясь себя из болота вытащить,

Тебя окружает толпа маргиналов

Ты не против стать точно такой же,

Не думать о будущем жить вместе с толпами

Точно таких же «свободных».


По ночному проспекту

Одна в тишине

Ты ходишь кругами,

Тебя ничего не тревожит

Ты стала камнем,

А сердце в титановый сплав обернула.


Ты в любом случае встретишь мальчика или девочку,

Вы будете вместе смотреть на рассвет

С крыш заброшенных многоэтажек,

По радио будет любовная лирика

Вы словно дети будете пить вино.


И будете вместе так долго,

Насколько долго будете

Друг другу улыбаться.

Въезд не занимать!


Здесь продаются мертвые души,

Норма порядочностям соблюдена,

Прошлое словно пчелиный улей ворошим не думая,

Для чего создается ощущение сна.


На детских площадках резвятся еще не порочные души,

До момента взросления в обществе

Стиль существования индивидуален,

Для каждого выделяющегося, которые все на одно лицо.


Многие готовые отказаться от себя

В пользу рефлексии в будущем,

Ничего не тая от себя, с каждым днем все больше обманываясь,

В сладких речах на чужих устах обмазываясь.


Проводится проверка по факту гибели в собственной голове,

Оставляя себя на суд общественности,

Выдвигал свои мысли на бумаге а позже в уши знакомых.


Нельзя терять бдительность,

Меня заберет делориан

Чтоб не повторить ошибок прошлого.

Популяризация творчества — трудоемкий процесс


Всегда найдутся люди кому такое дело не по нраву,

Нет места для творчества в клетке сомнений и критики,

Не все могут пройти сквозь призму озарений

И негативных мнений.


Гнетущие мысли не дадут остаться без творчества,

Написал много строчек обособив себя от людей.

Ведь люди такие какими себя сотворили,

Множество алчных, тупых и озлобленных,

Жертвы стечения обстоятельств

От внешнего мира увы обособленных.


Экзестенциальная вера дает передышку

И время продлить бичевание,

Кто ты есть без своих демонов

Что дают тебе повод остаться в тени беспристрастия?


Абстрагируйся от непонятливых,

Возведи баррикады и будь на порядок выше.

Критика даст тебе волю к стремлению,

Но все равно, твой внутренний голос,

Кроме тебя больше никто не услышит.


Революция сердец


Они разукрашены в цвета хаки,

Не сдерживают своих эмоций и чувств –

Самое время для панической атаки.


Ты живешь на своем острове.

Сдерживая потоки негативных эмоций,

Постепенно тлеешь,

Но ты этого не понимаешь.


Давят сомнения. Сам себя презирая,

Никого не виню.

Остался с собой незнакомым,

Слышу, как бродят соседи,


Но не слышу себя и не вижу проблемы,

Стараюсь отрыть для себя же себя,

К доктору срочно — тут что — то не так:

Не знаю, как все свои чувства сдержать.


В глубину ада унесу переживания с собой,

Рев изнутри заставил оцепенеть:

Затаилась где — то там боль.

Сердце каменеет внутри,


Свежие шрамы рубцуются,

Оставляя напоминание:

Не подходить к краю

И не подниматься на верхние этажи.


Мой ветер не стих,

Мотыляя меня по пространству.

Бурю эмоций и негодования уже не унять,

Несчастье придет, а счастье легко отнять.

Монументально засев в ваших головах


Не давая шанса вернуться назад,

Я буду читать свои произведения

Стиснув зубы и сжав кулак.


Время стремительно мчится вперед,

Не давая расслабиться и осесть,

Научился держать свою буйную голову

В холодном состоянии алкогольного опьянения.


Мы не знаем, что ждет нас завтра,

Живем прошлым и это не приговор,

Будущее неизвестно,

Настоящее стремительно проносится мимо,

А прошлое с нами, где бы ты не был,


Речь идет впереди осознания,

Холодные пальцы напомнят о том, что ты чуть ли не труп,

Когда — то настигнет нас суть и мы

Окажемся на дороге, ведущей на юг

Настоятельно требуя наполнить вином сосуд.


Неспешно тронется поезд,

Закурив из окна в тамбуре

Задумаешься кто никто, а кто друг

Ляжешь и молча будешь курить и думать,

А надо ли?


Проще жить, когда суть не в цели,

Когда суть состоит в пути,

Неторопливо себя разбираешь

Оставаясь все тем же внутри,

Продвигаешь свои идеалы

Не даешь себя скинуть, со своего же пьедестала.

Панельки и хрущевки


Символ русской безысходности.

Пугающе горит свет в окнах людей,

Что когда — то потухли и живут извне.


В шкафу пара галстуков для праздников,

Перерасчет ценностей, у которых истек срок годности,

Не имея причин для гордости

Ищешь пристанище там,

Где Герасим еще не топил Муму.


Перейти на страницу:

Похожие книги

100 жемчужин европейской лирики
100 жемчужин европейской лирики

«100 жемчужин европейской лирики» – это уникальная книга. Она включает в себя сто поэтических шедевров, посвященных неувядающей теме любви.Все стихотворения, представленные в книге, родились из-под пера гениальных европейских поэтов, творивших с середины XIII до начала XX века. Читатель познакомится с бессмертной лирикой Данте, Петрарки и Микеланджело, величавыми строками Шекспира и Шиллера, нежными и трогательными миниатюрами Гейне, мрачноватыми творениями Байрона и искрящимися радостью сонетами Мицкевича, малоизвестными изящными стихотворениями Андерсена и множеством других замечательных произведений в переводе классиков русской словесности.Книга порадует ценителей прекрасного и поможет читателям, желающим признаться в любви, обрести решимость, силу и вдохновение для этого непростого шага.

авторов Коллектив , Антология

Поэзия / Лирика / Стихи и поэзия
Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Драматургия / Поэзия / Стихи и поэзия
Полет Жирафа
Полет Жирафа

Феликс Кривин — давно признанный мастер сатирической миниатюры. Настолько признанный, что в современной «Антологии Сатиры и Юмора России XX века» ему отведён 18-й том (Москва, 2005). Почему не первый (или хотя бы третий!) — проблема хронологии. (Не подумайте невзначай, что помешала злосчастная пятая графа в анкете!).Наш человек пробился даже в Москве. Даже при том, что сатириков не любят повсеместно. Даже таких гуманных, как наш. Даже на расстоянии. А живёт он от Москвы далековато — в Израиле, но издавать свои книги предпочитает на исторической родине — в Ужгороде, где у него репутация сатирика № 1.На берегу Ужа (речка) он произрастал как юморист, оттачивая своё мастерство, позаимствованное у древнего Эзопа-баснописца. Отсюда по редакциям журналов и газет бывшего Советского Союза пулял свои сатиры — короткие и ещё короче, в стихах и прозе, юморные и саркастические, слегка грустные и смешные до слёз — но всегда мудрые и поучительные. Здесь к нему пришла заслуженная слава и всесоюзная популярность. И не только! Его читали на польском, словацком, хорватском, венгерском, немецком, английском, болгарском, финском, эстонском, латышском, армянском, испанском, чешском языках. А ещё на иврите, хинди, пенджаби, на тамильском и даже на экзотическом эсперанто! И это тот случай, когда славы было так много, что она, словно дрожжевое тесто, покинула пределы кабинета автора по улице Льва Толстого и заполонила собою весь Ужгород, наградив его репутацией одного из форпостов юмора.

Феликс Давидович Кривин

Поэзия / Проза / Юмор / Юмористическая проза / Современная проза