Первый же выстрел был просто отличным! Тварь только подняла голову над водой, только пригляделась к нам — как ядро влепилось ей по челюсти… Рёв дологнисского монстра, наверно, можно было за несколько километров услышать. Голова исчезла в волнах, а потом в том самом месте, куда она нырнула, вода вскипела пузырями. Итак, погоня началась.
Мы даже чуть ход специально сбавили, чтобы дологнисская тварюга нас побыстрее догнала. И она сделала для этого всё, буквально через полчаса появившись в двадцати метрах от нас.
— Гребите! Гребите! — взволнованно заорал Медоед. — Не дайте ей «Топориков» коснуться!!! Сломает!!!
Первое же появление головы над водой было встречено дружным залпом ружей — по огромным, как блюдца, глазам. Мы все немного промахнулись, зато побитая рожа дологнисской зверюги стала ещё и окровавленной. В одном месте даже кусок кожи сорвало… Это её, надо сказать не остановило, и опасная зверюга решила нас, подлецов таких, жестоко покарать.
Шея всё поднималась и поднималась, унося голову выше и выше, а потом из-под воды показалась грудь твари. И вот эта грудная клетка была шириной метров шесть! Такой исполин и корабль, мне кажется, запросто мог проглотить. Передние лапы с огромными пальцами, заканчивающимися когтями и соединёнными перепонками, работали прямо как колесо парохода, взбивая обильную морскую пену.
Грохнул долгожданный залп из пушек. Сначала снаряды, а затем — в места их попадания — ещё и картечь. И да, снаряды сделали своё дело — разодрали плотную шкуру, так что картечь вошла глубоко. Однако и это не остановило нашего врага. В последнем усилии дологнисская тварь метнулась вперёд, рывком приближаясь к корме.
И в этот момент мимо меня с утробным рёвом пролетел Медоед со своим топориком… И прыгнул прямо на раненое чудовище.
— Это, сука, мой корабль!!! Чтоб ты сдох!!! — наш безбашенный уголовник попал именно в то место, куда ударили снаряды. После чего вцепился в шкуру рукой, подтянулся и принялся, как сумасшедший, рубить врага. — Сожрать меня хочешь?!
Тварь выгнула шею и попыталась достать юркого человечка. Однако тот увернулся, а потом, спасаясь от зубов с криком: «Да я тебя сейчас сам сожру!», сделал то, что я от него не ожидал — залез прямо под кожу. В том месте, где скрылся Медоед, образовался постоянно дёргающийся бугорок, а чудовище заревело, вскинулось над водой, теряя скорость, и принялось биться в попытках избавиться от подкожного паразита. Судя по красному цвету, крови там сейчас проливалось просто море…
Я раздражённо смахнул комментарии. Через секунду дологнисский маньяк, не один день преследовавший нас, скрылся под водой. В том месте, где он исчез, вскипали пузыри, а морская пена была алой от крови. Я много раз видел подобное в фильмах ужасов, когда акула съедала человека, но чтобы такое было на месте, где человек пытается съесть акулу… Вот такого я ещё не видел.
— Что-то мне подсказывает, что нашего безбашенного капитана надо встречать у точки возрождения… — задумчиво заметил Котов.
— Ага, — кивнул Кирилл. — Вряд ли он нас кролем догонит.
Я бросил взгляд на удаляющееся алое пятно и вздохнул.
— На его месте должен был быть я! — скорбно изрёк Нагибатор. — Это был, сука, мой подвиг!
— Да куда тебе? — расхохотался Толстый.
— Ты бы под кожу не пролез! — добавился Вислый.
— Застрял бы и лишился бы всего самого важного в тебе! — не унимался Толстый.
— Того, что ниже пояса! — пояснил Вислый.
Но лишённый подвига Нагибатор только грустно смотрел на то место, где он бы смог прославиться. А Мадна огрызалась на ржущих близнецов и пыталась утешить гиганта, поглаживая его по широкой спине.
Спустя десять минут яйцо в трюме раскрылось, выпуская на волю нашего бравого капитана. Он обвёл встречающих хмурым взглядом и проговорил: