Читаем Риверсайд Драйв полностью

Джим. Ты тут ни при чем.

Барбара. Не знала, что у тебя есть соавтор.

Фред. Я даю идею, а Джим возится с сюжетом и диалогами. Хотя у меня самого тоже сильный диалог. Когда-то я сочинил гениальный слоган для шикарных японских пылесосов…

Джим. Фред…

Фред. «Хороши собой и сосут без звука». Но заказчики не оценили.

Джим. Пойдем, Барбара, я хочу побыть с тобой наедине.

Фред. Он не сумеет поехать на Карибы, Барбара. Он слишком привязан к жене.

Барбара. Джим…

Фред. Он честно собирался наврать Лоле, но в последний момент оказалось, кишка тонка.

Барбара. Не верю.

Джим. Барбара, пожалуйста, постарайся понять…

Барбара. Это правда? Значит, все кончено?

Джим. Барбара, я не смогу. Я понял, что не смогу.

Барбара. Ничего себе! Ты только что уверял, что жить без меня не сможешь, строил планы на будущее, сулил златые горы…

Джим. Тебе казалось. Я вовсе не собирался уходить из семьи.

Барбара. Значит, попользовался мной — и обратно к жене под каблук?

Джим. Я не пользовался тобой. Мы оба отлично понимали, что делаем.

Барбара. Ты думаешь, мной можно играть, как будто я персонаж из твоего сценария?

Джим. Я почувствовал, что мы зашли слишком далеко, что дальше будет хуже, и решил, пока не поздно…

Барбара. Прости, Джим, уже поздно. Я поговорю с Лолой сама.

Джим. Поговоришь с Лолой?

Барбара. Да. Думаю, если с ней поговорю я, она все поймет. (Замолчав, беспомощно озирается.)

Фред(в сторону). Прием!

Барбара. Я не верю, что ты любишь ее больше, чем меня. Мне надо встретиться с ней, и мы все уладим.

Джим(Фреду). Ну, давай, скажи что-нибудь, ты же мой соавтор!

Фред. Я даю идеи, диалоги — твои.

Джим. Мне нужна свежая концепция.

Фред. Слушай, Барбара, — могу я тебя так называть?

Барбара. Я вас впервые вижу, гуляйте отсюда.

Фред. Меня зовут Фредерик ван Далл, и хотя мое имя не знакомо тебе по титрам и рекламе, я являюсь соавтором первого фильма Джима, а также изобретателем радиотелефона и растворимого кофе.

Джим. Фред, ради бога!

Фред.(в сторону). Прием-прием! Перехожу на прием!

Барбара. Но ты же обещал, Джим…

Джим. Никогда. Ни разу. Как раз наоборот…

Фред. Войди в его положение, Барбара. Рохля, в семье кризис, сексуальная неудовлетворенность. И вдруг — очаровательное существо, вроде тебя. Ясное дело, у мальчика едет крыша, фантазия расшалилась, он сходит с пути праведного. Но потом однажды вечером он смотрит на своих домашних и шквал воспоминаний обрушивается на него, его охватывает чувство вины, и в тот же вечер небольшой космический корабль из системы Вега посылает нейтронный луч, который проникает в этот череп…

Джим. Фред, ты же хотел мне помочь…

Барбара. Прости, Джим: все эти ночи, когда мы лежали в объятиях друг друга, ты думал не о Лоле.

Джим. Ты неправильно понимала. Или я. Я совершил ужасную ошибку. Мне хочется ее исправить…

Барбара. Я совершенно растеряна. Мне нужно подумать, как быть. В любом случае, я не собачка, чтобы сидеть, лежать и приносить палку по команде. Ты, наверное, должен мне как-то все это компенсировать…

Джим. В каком смысле?

Барбара. Я решу. Но не надейся, что выйдешь сухим из воды. Знаешь, есть такое выражение: нет любви — давай деньгами.

Джим. Но это же шантаж.

Барбара. Когда ты первый раз привел меня в ту поганую гостиничку, тебе следовало понимать, что придется платить по счетам. Я не прощаюсь. (Уходит.)

Фред. Я знаю, о чем ты думаешь. Как прекрасно все получалось под душем.

Джим. Фред… Фред… Что делать?

Фред. В любом случае, не платить.

Джим. Ты считаешь?

Фред. Она сядет тебе на шею, будет требовать еще и еще, выпьет из тебя всю кровь, и близнецам придется ходить в государственную школу.

Джим. Я должен признаться Лоле. Должен, другого пути нет.

Фред. Почему?

Джим. Пусть лучше она узнает все от меня, чем от коварной мошенницы.

Фред. Думаешь?

Джим. Плюс это помешает меня шантажировать.

Фред. Ты не можешь сказать Лоле, что полгода ходил налево.

Джим. Почему не могу? Я куплю цветы…

Фред. Во всем Ботаническом саду нет столько цветов.

Джим. Тысячи людей заводили романы, а потом понимали, что ошиблись.

Фред. Ты слишком здраво рассуждаешь. Лола ни за что не простит супружеской измены. Измены отравили ей детство.

Джим. Откуда ты знаешь?

Фред. От верблюда.

Джим. Я объясню, что это ничего не значит. Маленькая мужская шалость.

Фред. Гениально. Какая жена устоит? Лола нежно улыбнется и принесет тебе свежую газету.

Джим. А если все отрицать? Мало ли что плетет какая-то истеричка? Кому Лола скорее поверит?

Фред. Прием!

Джим. Все кончено. Мне крышка. Выхода нет. Я буду гореть в аду.

Фред. Одну минутку: кажется, меня вызывают. Пошел сигнал… Чувствую, как лучи проникают в мозг…

Джим. Что мне твои лучи, мне нужна хорошая идея. Ради бога, мы же оба писатели…

Фред. Ужасные помехи.

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Пигмалион. Кандида. Смуглая леди сонетов
Пигмалион. Кандида. Смуглая леди сонетов

В сборник вошли три пьесы Бернарда Шоу. Среди них самая знаменитая – «Пигмалион» (1912), по которой снято множество фильмов и поставлен легендарный бродвейский мюзикл «Моя прекрасная леди». В основе сюжета – древнегреческий миф о том, как скульптор старается оживить созданную им прекрасную статую. А герой пьесы Шоу из простой цветочницы за 6 месяцев пытается сделать утонченную аристократку. «Пигмалион» – это насмешка над поклонниками «голубой крови»… каждая моя пьеса была камнем, который я бросал в окна викторианского благополучия», – говорил Шоу. В 1977 г. по этой пьесе был поставлен фильм-балет с Е. Максимовой и М. Лиепой. «Пигмалион» и сейчас с успехом идет в театрах всего мира.Также в издание включены пьеса «Кандида» (1895) – о том непонятном и загадочном, не поддающемся рациональному объяснению, за что женщина может любить мужчину; и «Смуглая леди сонетов» (1910) – своеобразная инсценировка скрытого сюжета шекспировских сонетов.

Бернард Шоу

Драматургия