Читаем Романтическая пудра полностью

В закатную высь, как на плащ альгвазилаРаскрытый над нашей могилою юной –Не знаю я, – чья-то рука водрузилаМедалью чеканною диск желтолунный.Кортежем страстей в черный траур одетыхМы в гробе из лавров доставлены к склепу.Давайте болтать об умерших поэтах.О, Бледная Дама, в ротонде из крепа.Дух тленья, гниенья, как запах красивый,Исходит от ваших печальных нарядов,Я вижу, влюбленный, тире и курсивыВ особенной точности пристальных взглядов.Вы знаете, Дама, – как это безбожно!Убиты мы жизнью седою и хмуройЗа то, что ласкали мы неосторожноУста приоткрытые карикатуры!И вот поселились теперь в монотоннойГостиной на веки, как в траурной раме…Давайте болтать!.. Как валет я червонныйВ любви объяснюсь моей пиковой Даме.

Парфюмерная интродукция

Вы воскресили «Oiselaux de Chypre» в ВашемНаивно-голубом с фонарем будуареИ снова в памяти моей пляшутДухов и ароматов смятые арии.Вы пропитаны запахом; в Ваших браслетахЭкстравагантные флаконы парижских благовоний…Я вспоминаю паруса Клеопатры летом,Когда она выезжала на rendez-vous с Антонием.Аккорды запахов… В правой руке фиалки,А в левой, как басы, тяжелый мускус…Маленькая раздетая! Мы ужасно жалкие.Оглушенные музыкой в будуаре узком.Кружатся в глазах потолок и двери…Огоньки, как котята, прыгают на диванах…О, кочующий магазин парфюмерии!..О, Галлия, бальзамированная Марциалом!..

Сегодня

О, как я влюблен в комфортС каким устроена моя карусель!Моя судьба приводит меня в восторгТем, что я не равен всем,Для которых двусложье «Лафорг»Звук пустой совсем.Ах, для меня больше, чем bi-ba-bo,Ваша детская старость, Rimbaud!Для меня дорого каждое имяИ каждая непереплетенная книга –Как новое зданье, где с остроиголКривляется Дьявол над проспектами людскими.О, новое зданье над людскостью проспекта,А на нем колоссальный электрический прожектор.Я презираю академические зданья,Со знойными вывесками издания!Долой академические пейзажи!О, замурованные в классицизм заживо!О, мертвецы в планометрических экипажах!Маленькая любовница! На Rue de la Vie пойдемПосмотреть, как рушатся новые небоскребыБез злобы.Но их раскрывшиеся животы (почему не утробы?)Выше, чем старый с антресолями дом.О, как судьба моя меня приводит восторг!Я отверг морг! Для меня дорог Лафорг!На огне настоящего я сжигаю прошедшееИ будущее захлебнулось в дыму!..Милая, почему меня зовут сумасшедшим?Не знаю, не пойму!
Перейти на страницу:

Похожие книги

Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Александр Степанович Грин , Ваан Сукиасович Терьян , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза
Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Драматургия / Поэзия / Стихи и поэзия