«Мультикультурализм», навязываемый и Западу, и нам, в реальности нежизнеспособен, так как почти везде сопровождается откатом в дичайшую архаику. Огромное количество людей хочет говорить как на своем языке на языке великой культуры (каковым несомненно является язык Пушкина и Достоевского), быть интегрированными в большую традицию национальной памяти, они хотят быть своими большому числу людей и ощущать с ними определенное физическое родство и похожесть. Всё это в России означает интеграцию именно в русский этнос.
Альтернативой такой интеграции является не расцвет множества малых милых этносов, а формирование других (нерусских) больших идентичностей и сепаратистских проектов – большекавказского, поволжского проекта «Идель» и т. д. В их рамках будет конструироваться своя национальная память (вполне вероятно – о «русских оккупантах») и создаваться свои большие этносы, которые однажды потребуют себе статуса наций и независимой государственности. Иными словами, искусственное сдерживание интеграции с русскими других народов России – это мина под нашу единую государственность в будущем. Свято место пусто не бывает.
Являются совершенно ложными утверждения о насильственном характере русификации. Напротив, в России русификация является народным естественным спонтанным процессом. Насилием, связанным с применением административного ресурса, попила бюджетов и шантажа, является как раз противодействие и сдерживание такой русификации, навязывание местных культур «титульных народов» русскому большинству тех или иных субъектов федерации.
У нас есть масса случаев, в которых людям отказывают в удовлетворении их законного желания стать русскими. Причем это прямо противоречит 26-й статье Конституции, в которой закреплено право каждого самостоятельно определять свою национальную принадлежность. Людей то принуждают к иной идентичности, то подкупают ею. Заниматься развитием «нацкультур» у нас бесконечно выгодней, чем развитием русской культуры.
Отрицание права быть русским полируется некоей мнимой «обидой народов», которая случится, если не препятствовать русификации. Простите, чья обида, если значительная часть самих этих народов хочет стать русскими? Конечно, не их самих, а криптосепаратистских элит, для которых межнациональные противоречия у нас в стране превратились в дойную корову с бездонным выменем.
Быть русским на самом деле довольно просто. Русская культура чужда вычурности и высокомерия, в хорошем смысле слова «всечеловечна», в ней нет каких-то непонятных и специфичных неприятных непривычному человеку культурных практик, охотно вбирает в себя все здоровые элементы других культур. Это свойство выдающийся русский национальный мыслитель И.Л. Солоневич в своей замечательной книге «Народная монархия» называл «уживчивостью».
Единственное, чего русские, как можно заметить, не терпят – это двойного дна, ситуаций, когда кто-то начинает манипулировать идентичностями, например русской и пингвинской. Когда человек пингвинского происхождения заявляет: «Я как русский человек считаю, что нам нужно немедленно покаяться перед пингвинами и искупить вину» – это и впрямь вызывает нехорошие чувства.
В продолжение этого свойства русская идентичность, конечно, тотальна. Русские охотно принимают всё и вся в свои. Но очень не любят, когда им тыкают в нос, что это «чужое». Если вы будете долго и с нажимом рассказывать русскому о том, что матрешка – это японская кукла, на вас посмотрят с подчеркнутой неприязнью.
Иными словами, русская идентичность выставляет по большому счету лишь одно требование – отказ от манипулирования и размывания этой идентичности. Правда, для некоторых именно это требование становится невыносимым бременем: им хотелось бы сохранять выгодное положение этнического протея – дурачить русских, вытрясая из нас всевозможные выгоды и нанося нам же ущерб.
А что русская идентичность даёт? Мы уже миновали те времена, когда являться русским было в высшей степени немодно, до той степени, что все, кто имел такую возможность, старались выписаться из русских и по паспорту, и по морде.
Сегодня быть русским в общем престижно, даже на Западе это слово вызывает если и не восторг, то опасливый ужас. Быть русским значит принадлежать к большой нации великого исторического значения и исключительных достижений, к грандиозной по сложности и богатству культуре, к творческому порыву, направленному на увеличение нашего своеобразия.
Мы сегодня все, независимо от этнического происхождения, становимся более русскими. Быть русскими сегодня – это не только усвоение, но и созидание. Сегодня мы как этнос и как нация сами охотно открываем и переоткрываем, а в чем-то даже изобретаем себя после столетия общенационального обморока. И у нас впереди еще много работы. Увлекательной работы.
Что такое нация?
Идеальную формулу для определения того, что такое нация, предложил немецкий философ Георг Фридрих Вильгельм Гегель: