Читаем Русские в Сараево. Малоизвестные страницы печальной войны полностью

– Этот философский спор может стать бесконечным! Короче, вы, русские, ищете тут у нас справедливости, а справедливость ваша на стороне сербов. Я правильно понимаю?

– В принципе, правильно. Наши предки уже не раз вступались за сербов.

– И сербы этим беззастенчиво пользовались! А теперь большая мамка-Россия им ничем помочь не может, вот они и ноют! Как они говорят: «На небе – Бог, а на земле – Россия!» Вы заставили их поверить в свою мощь и покровительство! А теперь бросили.

– Поэтому мне и стыдно за свое правительство, но не стыдно ни за Россию, ни за себя.

– Разве не государство отправило вас воевать?

– Нет. Оно против нашего участия в войне. Захватившие власть сейчас предают всех своих союзников, в том числе и сербов.

– Зачем же вам это нужно? Семьи погибших моджахедов получат солидную компенсацию, семьи убитых хорватов будут получать пенсию, ставшие инвалидами также будут обеспечены государством, а вас-то что ждет? Со своей инвалидностью вы останетесь один на один в своей стране, убьют – ваши семьи ничего не получат. А произойти может всякое. Арестуют – получите срок за наемничество! Но это вы меня удивляете, что являетесь такими странными наемниками, большинство из которых почти ничего не получает. Но убедить трибуналы, что вы добровольцы, а не обычные «псы войны», у вас не получится! Они не захотят этого слушать. Им нужны именно наемники. Для обвинений. А ведь надо еще выжить на войне! Я давно хотел бы поговорить с кем-нибудь из ваших, потому что я с уважением отношусь к русской культуре, с удивлением взираю на ваших добровольцев, столь непохожих на других воюющих солдат.

– У нас тоже всякие попадаются. Но в большинстве своем едут воевать за идею. Да и сам видишь, что здесь на жизнь не заработаешь! Моя небольшая докторская зарплата в России будет даже побольше того, что я могу получить здесь!

– Так ты работаешь? Да еще и врачом? Не тот ли ты русский доктор, который лечит и своих, и врагов? А еще ходит в разведку?

– Да, это я. Я приезжаю сюда во время своего отпуска.

– Нет, вы, русские, – ненормальные! Все-таки вы удивительные люди. Фанатики-исламисты воспитываются с детства, но вы-то не похожи на религиозных фанатиков!

– Мы всякие! Многие добровольцы уже повоевали в Афганистане, Абхазии, Приднестровье, Осетии. Война для них – образ жизни, но они воюют не просто так, а защищая обиженных, защищая интересы великой России. Православие я принял вполне осознанно. Я воюю за православную Русь, включающую в себя великоросов, малороссов и белорусов.

– То есть вы – великоросские шовинисты?

– Почему шовинисты? Просто – русские. Патриоты!

– Кто-то сказал, что патриотизм – прибежище негодяев!

– Эту фразу перевирают или говорят, не зная или не понимая подтекста. Ее сказал один английский джентльмен в XVIII веке. И звучит она так: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев!» Смысл ее таков, что, когда какой-нибудь негодяй пролетит по всем показателям, он постарается прикинуться патриотом, на самом деле таким совсем не являясь, а искусно маскируясь. Меня недавно в России объявили чуть ли не главным фашистом, потому что я провел турнир по русским единоборствам. Слово «русский» напугало! Не удивлюсь, если через несколько лет те, кто сейчас меня во всем этом обвиняет, будут изображать из себя суперпатриотов и кричать о любви к родине и делать разные «патриотические» проекты, для того чтобы, как у нас говорят, полученные на патриотическое воспитание «бабки распилить».

– Судя по всему, у тебя не такая простая биография. Не экстремист ли ты? Нацист или расист?

– Что за глупости! Я врач, и мне совершенно безразлично, какого цвета кожи мой пациент или какой национальности. Я здесь спасал от смерти и сербов, и мусульман, и хорватов.

– Про твою врачебную деятельность я уже слышал. Но ты защищаешь сербов, которые убивают мусульман!

– Сволочей везде хватает, но хорваты и мусульмане зверствуют не меньше! Но почему-то так называемое «мировое сообщество» обвиняет во всем сербов. А я видел убитых и покалеченных хорватами и мусульманами сербских женщин и детей. С одного моего знакомого срезали с тела кожу и завязали ее в мешок над головой! А беременной сербке вспороли живот, чтобы она не родила, как они сказали, еще одного сербского солдата.

– Это не наши! – смутился собеседник. – Это моджахеды Изитбеговича!

– А вы-то чем лучше, если служите у него?

– К счастью для меня и для тебя, русский, я не из отрядов этого псевдомусульманина Изитбеговича, а из Сил обороны Западной Босны, которыми командует Фикрет Абдич. А у него свои счеты с вояками Изитбеговича! Изитбегович со своими приспешниками извратил само понимание Корана. Мусульманство – религия не такая агрессивная, как ее пытаются преподнести. Мы предпочитаем защищаться, а не нападать. Еще раз скажу, что тебе повезло. Мы вместе с сербами уже воевали против Изитбеговича и усташей.

– Да если бы я знал, что вы из Автономной Западной Боснии! Ваш полковник Делич при помощи сербов на город Цезин наступал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер
Если кто меня слышит. Легенда крепости Бадабер

В романе впервые представлена подробно выстроенная художественная версия малоизвестного, одновременно символического события последних лет советской эпохи — восстания наших и афганских военнопленных в апреле 1985 года в пакистанской крепости Бадабер. Впервые в отечественной беллетристике приоткрыт занавес таинственности над самой закрытой из советских спецслужб — Главным Разведывательным Управлением Генерального Штаба ВС СССР. Впервые рассказано об уникальном вузе страны, в советское время называвшемся Военным институтом иностранных языков. Впервые авторская версия описываемых событий исходит от профессиональных востоковедов-практиков, предложивших, в том числе, краткую «художественную энциклопедию» десятилетней афганской войны. Творческий союз писателя Андрея Константинова и журналиста Бориса Подопригоры впервые обрёл полноценное литературное значение после их совместного дебюта — военного романа «Рота». Только теперь правда участника чеченской войны дополнена правдой о войне афганской. Впервые военный роман побуждает осмыслить современные истоки нашего национального достоинства. «Если кто меня слышит» звучит как призыв его сохранить.

Андрей Константинов , Борис Александрович Подопригора , Борис Подопригора

Проза / Проза о войне / Военная проза