В Карфагене Эшмун становится владыкой жизни и смерти, а поскольку пунийская держава (в отличие от пустынного Ханаана) была одним из ведущих сельскохозяйственных центров, он становится символом сезонного увядания и пробуждения природы — аграрное божество. В зону ответственности Эшмуна входят забота о здоровье людей и покровительство врачевателям. Столь полезный набор функций ставит его на главенствующую позицию в карфагенском пантеоне.
По сообщениям древних авторов, храм Эшмуна на Бирсе вмещал 50 тысяч человек, и вряд ли это преувеличение: выходит, что храм был лишь немногим меньше нынешнего Собора Святого Петра в Риме, где могут разместиться до 60 тысяч верующих. Карфагенские строительные технологии вполне позволяли возвести подобное сооружение. Изображения Эшмуна совпадали с греческим Асклепием: бородатый мудрец со «змеиным посохом».
Баал-Хаммон
(финикийское b‘lhmn, «Господин Солнца», вариант «Господин Жара». Выводится от древнесемитского «хамма», «солнце», «солнечный жар»). В греко-римском варианте Кронос, в позднейшие римские времена трансформировался в Сатурна.Этого бога колонисты тоже привезли из Финикии. Баал-Хам-мон был невероятно популярен во всей карфагенской империи, его отлично характеризуют главные атрибуты: солнечный диск, хлебный колос, сосновая шишка (символ мужского плодородия) и большие уши. Ничего смешного — «ушастость» Баал-Хаммона означает, что верующие могут обращаться к божеству с просьбами, каковые всегда будут благосклонно выслушаны.
Терракотовая статуя Баал-Хаммона на троне, найденная при раскопках в Тунисе.
Баал-Хаммон путешествует по небесному океану в лодке, напоминающей древнеегипетскую, ночью же спускается «на противоположную сторону», сирень в царство мертвых, которым повелевает так же, как и небом. Любопытно, что здесь, задолго до появления христианства, наблюдается тройственность одной сущности: Баал-Хаммон как солярное божество повелевает небесами, как бог плодовитости властвует над земным материальным миром, а отправляясь в «подземное царство», правит еще и миром потусторонним.
Сохранилось немало изображений и статуэток Баал-Хаммо-на: восседающий на роскошном троне старец в тиаре, одна рука поднята в жесте благословения, во второй посох, украшенный или колосом, или шишкой. Трон его охраняют керубы — фантастические крылатые существа, которые, заметим, много столетий спустя эволюционировали в христианских херувимов.
Культ Баал-Хаммона оказался невероятно стойким: Блаженный Августин в IV веке по Рождеству с сожалением упоминает, что язычники Ливии, потомки пунийцев, доселе поклоняются Сатурну.
Имя Баал-Хаммона более других богов Карфагена связывается с человеческими жертвами. Диодор Сицилийский в сочинении «Историческая библиотека», гл. XX пишет:
Как мы и говорили прежде, любые греческие сплетни о пунийцах следует делить даже не на два, а на десять, что, впрочем, совершенно не отменяет возможности жертвоприношений в чрезвычайных обстоятельствах — равно как в приведенных недавно эпизодах из греческой и римской истории.
Тиннит
(финикийское tnh, так же Тиннит Пене Баал, что может быть переведено как «Лик Баала» или «Украшение Баала». Подразумевается Баал-Хаммон). Римское имя Дея Целестис, «Небесная богиня». Невзирая на центральноазиатское происхождение (родом Тиннит из Месопотамии), это единственная специализированно пунийская богиня, чей культ сформировался в Карфагене и был уникален.К огромному сожалению, с Тиннит доселе связано множество загадок, частичный ответ на которые могут дать только археологические изыскания или новые открытия в области древней литературы.
Что же достоверно известно о Тиннит? За очень важную подсказку следует благодарить, как ни странно, римлян — раз «Це-лестис», «Небесная», да еще и «движущая тучи с ветрами», значит, по крайней мере «место жительства» Тиннит определено.
О ней упоминает историк III века н. э. Геродиан:
«Он (Элагабал) послал за статуей Урании, которую чрезвычайно почитают карфагеняне и обитатели Ливии. Говорят, что ее поставила финикиянка Дидона, когда она, разрезав воловью шкуру, основала древний город Карфаген. Ливийцы называют ее Уранией, финикийцы же именуют Астроархой, желая отождествить ее с луной».