Время шло, я поглощал мечом кирпичики в ударных темпах, вот только за кирпичиками были другие кирпичики, за ними ещё и ещё. Побоявшись, что проковыряю стену и всё это обрушится и исчезнет, или какая в этом измерении механика, я начал поглощать кирпичи слоями. Сначала один, потом другой, и так далее. Как и прежде я не чувствовал каких-то изменений, но продолжал работу. Не всегда что-то можно почувствовать сразу.
Однажды я докопался до, как мне кажется, последнего слоя. Между кирпичиками прорывались тонкие лучики мягкого света. Проткнув один кирпичик в этом слое, я поглотил его, а из образовавшейся дырки в стене полился мягкий жёлтый свет, с каждым мигом заливая всё вокруг нестерпимым сиянием. Яркая вспышка, мир буквально перевернулся с ног на голову.
Придя в себя после такой резкой вспышки, я не мог не заметить, что вновь лежу на холодной ровной поверхности, до сих пор прикованный. Моя грудь залита кровью, а сверху всё это припорошено изрядной порцией чёрно-серого пепла. Невозможно было не почувствовать разницу между живым телом и той духовной оболочкой — я буквально всем телом чувствовал пульс, и это было самым ярким ощущением. Вторым по яркости — желание сходить по нужде.
Материализовав меч в руке, я несколько минут пытался изловчиться и срезать лезвием мои оковы, при этом не отчекрыжив руку или ногу. С горем пополам мне это удалось, и через пару минут аккуратного разрезания странных, плотно прилежащих цепей на руках и ногах, я был свободен.
Оказывается, я лежал на самом обычном столе. Железном. Рядом валялся труп старика. Из-под него всё ещё вытекала кровь, что было весьма странно. По ощущениям я где-то тусовался не меньше месяца, что очень-очень странно, а тут такие дела. Но это даже к лучшему.
Будучи не в состоянии сдерживать природные позывы, я сделал своё подлое дело в углу комнаты и направился на выход — тут делать всё равно нечего.
Единственная дверь выходила на узкую винтовую каменную лестницу наверх. Аккуратно и тихо поднявшись по ней, я остановился перед очередной дверью и прислушался. Тишина. Толкнул дверь и оказался в довольно простом домике, по обстановке больше похожем на охотничий.
Всё вокруг из дерева, столы, стулья, койка. Здесь было всего три комнаты. Импровизированная кухня с непонятными устройствами. Наверняка что-то магическое. Гостиная с камином, большим ковром, пара удобных самодельных диванов, кресел и столика. Сам я вышел явно в хозяйской спальне. Более тщательный анализ показал, что этот домик не использовался в качестве жилья. Здесь не было ни одного признака жизни. Ни продуктов, ни каких-то инструментов, запасов и прочего. Везде был почти незаметный слой пыли, и только на полу были протоптаны пара дорожек, но это было почти незаметно.
Проверив всё на предмет каких-то интересностей и жестоко с этим обломившись, я полез в последнее неосмотренное место — сундук в хозяйской комнате. Он оказался практически пустой. Какая-то кипа бумаг, судя по печатному тексту — выписки и счета. Какие-то камни, шкатулка, кошелёк с почти двумя сотнями галлеонов и самое важное — мои ножны с палочкой. И почему не избавились? Перепродажа? Возможно.
Приведя себя в относительный порядок, я покинул дом и впал в некоторый ступор. Я стоял чуть ли не посреди парка! Обернувшись, я не увидел ни дома, ни двери. Даже рукой помахал, но наткнулся лишь на пустое пространство. Так недолго подумать, что всё это мне привиделось, но нет.
Прогулявшись по округе и на этот раз не теряя бдительности, я обнаружил, что это не просто парк — это чёртов Бют-Шамон! Вот так и творят маги свои тёмные делишки под самым носом у обычных людей! В отель я отправился пешком… Увлекательная поездочка вышла.
***
С первой же ночи после происшествия с ритуалом мне начали сниться сны. Кошмарные, порой отвратительные. Самые разные действующие лица самых разных мыслимых и немыслимых рас воевали, применяли магию, участвовали в ритуалах и всё бы ничего, но последствия этой магии были ужасны. Пытки, убийства, мучительные смерти. Из жертв делали разных монстров, натравливали на беззащитные деревни и сёла. Этот поток чернухи не прекращался ни на секунду и лишь в редкие моменты сменялся более приятными и безопасными заклинаниями и ритуалами, направленными на созидание, лечение.
Каждую ночь я по нескольку раз просыпался в холодном поту и мог потом весь день ходить как в воду опущенный. Эти сны не забывались, они словно высекались по камню в памяти, и даже если я хотел их забыть, то всё было напрасно. Это неприятно. Очень неприятно.
Пару раз я списывался с Гермионой посредством совы. Найты назвали сову Пират. Дело в том, что она вечно прикрывала один глаз, топорщила перья на голове и вместо уханья выдавала «Юхо-хо-хо», при этом довольно лихо рассекая пешком по столу, кидая в стороны взгляд тем самым одним глазом.