– Не было никаких разговоров! – крикнула Вета. – не было! Ясно вам? Патрик ни в чем не виноват!
– Кто не виноват? – прищурившись, посмотрел на нее Клод.
Вета опомнилась. Мало ли как могут они называть его высочество в узком кругу друзей. Этикет, правила приличия, вежливость.
– Наследный принц, – буркнула она угрюмо.
– А кто вам сказал, что он в чем-то виноват? – удивился чиновник. – Мы с вами пока про его вину не говорили…
Вета поняла, что ее ловят на слове.
– Об этом, – с сожалением проговорила она, – болтает уже несколько недель весь город. А также о том, что идут аресты, а еще – что нас обвиняют в цареубийстве. Не ловите меня на слове, не получится. Говорю в последний раз – это бред все, бред, понятно?!
И она вдруг заплакала.
Ее отпустили в камеру, но на другой день вызвали снова, и все повторилось.
В сущности, они толкли воду в ступе. Доказательств не было, но почему-то никого не выпускали; подсовывали под нос листы со знакомыми подписями. От листов пахло страхом.
Каждую ночь Вета съеживалась в постели и не могла уснуть до рассвета. Ей чудились шаги за дверью, скрип замка, за которым ждала ее раскаленная жаровня, дыба и железные клещи. Она прислушивалась к звукам за стеной, страшась услышать чей-нибудь крик. И только на рассвете ее сбивал с ног тяжелый недосып.
Зарубки на стене над кроватью отмечали дни, потом недели. Ее не вызывали и не выпускали, ей перестали приносить передачи из дому, и Вета не знала, что случилось с родителями. Порой девушке казалось, что она обречена всю жизнь провести в этих стенах, и тогда она металась по маленькой комнате, как зверь в клетке.
Про нее забыли…
* * *
–
Вы слышали, господа? Говорят, лорд Нейл выведен из Государственного Совета…
–
Да что вы? Право же, не знал. Когда?
–
Вчера… я узнал только вечером…
–
В связи с чем же?
–
Говорят… – шепот, осторожные оглядки, – что лорд Нейл причастен к делу принца. Якобы через него его высочество держал тайную связь с королем Йореком…
–
При чем тут король Йорек? Дело о покушении на короля или о сношении с иностранными правителями?
–
А там, похоже, все вместе. За одну ниточку потянули – другие размотались. Ответит теперь принц за все…
–
А я-то считал его высочество честным человеком, – горечь в голосе, неприкрытое сожаление. – Как досадно…
–
Глаза отводил, не иначе. Да как ловко отводил, как умело прикидывался… Я давно говорил, что его высочество – не тот человек, который сумеет управлять страной…
–
Тише, господа, тише…
–
Говорят, король настаивает на смертной казни.
–
Что же будет с троном?
–
Есть еще малолетний Август…
–
Этот седьмая вода на киселе родственник?
–
Седьмая там вода или шестая, а род все равно Дювалей. Хоть и боковая ветвь…
–
Какая там боковая ветвь! Доподлинно известно, что герцогиня Игрейна, жена Его Величества Карла Первого, дочь родила не от мужа, а…
–
Вы им свечку держали? – ехидно.
–
Нет, но об этом все говорят…
–
Как бы ни было, у Августа и у наших наследных высочеств общий прадед.
–
Прадед… А где доказательство чистоты крови Дювалей? Родинка на спине есть у мальчишки?
–
По совести сказать, не знаю… не видел…
–
Вот то-то и оно…
–
И тем не менее, в исключительных обстоятельствах…
–
Даже если и так – мальчик еще мал.
–
Дай Боже здоровья Его Величеству!
–
Совершенно верно, я хотел сказать именно это. Но если вдруг… – боязливый шепот… – то кто-то же должен стать регентом?
–
Тише, господа, тише…
* * *
– … О чем вы, ваше высочество, беседовали с герцогиней Анной фон Тьерри второго мая сего года?
– Право же, затрудняюсь ответить… не помню толком. А какое это имеет значение?
– Взгляните сюда, ваше высочество. Вы узнаете почерк?
– Что это?
– Это мы вас хотим спросить, что это. В ваших бумагах найдено вот это неоконченное письмо, в котором вы предлагаете уступить Элалии северо-восточную провинцию Сьерра в обмен на… что вы хотели взамен, принц?
– Я не писал этого…
– Тем не менее, почерк ваш? Да и сама герцогиня фон Тьерри факта беседы с вами не отрицает.
– Ну и что? Сама по себе беседа еще ни о чем не говорит…
– Сама по себе беседа – да. Но вот содержание… Подтверждаете ли вы, ваше высочество, что вы склоняли правителей Элалии к сотрудничеству? Что вы обещали королю Йореку в обмен на Сьерра?
– О Господи… Да не обещал я ничего! Не было этого! Вопросами внешней политики занимается лорд Гвирен, и вы знаете это. А сотрудничество с Элалией предполагает, прежде всего, обмен мастерами нескольких ремесленных Гильдий, а не… при чем тут вообще территориальные вопросы?
– Вы прекрасно знаете, ваше высочество, что провинция Сьерра – предмет спора Его Величества с королем Йореком уже много лет. Как вы планировали решить эту проблему?
– Еще раз повторяю, вопросами внешней политики я не занимаюсь. Но если вам интересно мое мнение, господа, то вы могли услышать его на Совете. Я настаивал и буду продолжать настаивать на том, что территории, завоеванные Его Величеством Карлом Первым, не подлежат отчуждению ни на каких условиях.
– Вы уверены в этом?
– Разумеется.