Джельсомино осмотрелся в поисках обладателя этого голоса и увидел котёнка, вернее, какое-то существо, которое издали можно было принять за котёнка. Подойдя поближе, Джельсомино понял, что не ошибся. Это и в самом деле был котёнок, только почему-то ярко-красного цвета и всего на трёх лапках. Но самое удивительное — он был плоский. Не толстый и пушистый, как нормальные котята, а совершенно плоский — всего лишь контур котёнка, вроде тех, что ребята рисуют на стенах.
— Как? Говорящий котёнок? — удивился Джельсомино.
— А что тут такого? Я ведь не совсем обыкновенный котёнок. Я ещё читать и писать умею! И это понятно: ведь мой папа — школьный мел!
— Кто-кто?
— Меня нарисовала на этой стене одна девочка, которая взяла в школе кусочек красного мела. Но она успела нарисовать только три лапки, а потом из-за угла показался полицейский, и девочке пришлось убежать. Так я и остался хромым. И потому решил сам себя назвать Цоппино, что значит «хромоножка». Кроме того, я немного кашляю, потому что стенка была довольно-таки сырая, а мне пришлось провести на ней всю зиму!
Джельсомино взглянул на стену. На ней остался отпечаток Цоппино, точно рисунок оторвали от стены вместе с тонким слоем штукатурки.
— А как же ты оттуда спрыгнул? — удивился Джельсомино.
— Мне помог твой голос! — ответил Цоппино. — Крикни ты малость погромче, ты бы проломил стенку, и тогда пиши пропало. А сейчас я просто счастлив! Какое наслаждение гулять по свету, пусть даже на трёх ногах! У тебя, кстати, их только две, и ты ведь не жалуешься, правда?
— Вроде нет, — согласился Джельсомино. — Пожалуй, двух ног мне даже много. Будь у меня одна-единственная, сидел бы я сейчас дома.
— Однако ты не очень-то весел, как я погляжу, — заметил Цоппино. — Что с тобой стряслось?
Но только Джельсомино собрался рассказать о своих злоключениях, как на улице появился настоящий кот, на четырёх настоящих лапах. Правда, он был, по-видимому, чем-то чрезвычайно озабочен, потому что даже не взглянул на наших друзей.
— Мяу! — крикнул ему Цоппино. На кошачьем языке это значит «Привет!».
Кот остановился. Он казался удивлённым и даже возмущённым.
— Меня зовут Цоппино, а тебя как? — поинтересовался наш знакомый.
Настоящий кот некоторое время раздумывал, стоит отвечать или нет, потом неохотно промямлил:
— Меня зовут Тузик.
— Что он там говорит? — спросил Джельсомино, который, разумеется, не понимал по-кошачьи.
— Он говорит, что его зовут Тузик.
— Но ведь это же собачья кличка!
— Совершенно верно.
— Ничего не понимаю! — признался Джельсомино. — Сначала торговец хотел всучить мне чернила вместо хлеба, теперь появляется кот с собачьей кличкой…
— Дорогой мой, этот кот думает, что он собака, — объяснил Цоппино. — Вот послушай.
И, повернувшись к коту, он вежливо продолжил разговор на кошачьем языке:
— Мяу, Тузик!
— Гав, гав! — вне себя от возмущения ответил кот. — Постыдился бы: кот, а мяукаешь!
— Что поделаешь, я не умею врать, хоть я и нарисованный.
— Ты позоришь всё наше племя! Глаза бы мои на тебя не глядели!.. К тому же вот и дождь собирается, нужно бежать домой за зонтиком. — И он пошёл, то и дело оглядываясь и лая.
— Что он сказал? — спросил Джельсомино.
— Он сказал, что скоро пойдёт дождь.
Джельсомино взглянул на небо. Над крышами домов ослепительно сияло солнце, и даже в подзорную трубу на небе нельзя было отыскать ни одного облачка.
— Надеюсь, тут все грозы похожи на эту, — сказал он. — Я вижу, в этой стране всё наоборот, и у меня такое ощущение, будто и я сам стал ходить на голове.
— Дорогой Джельсомино, ты просто-напросто попал в Страну Лгунов. По законам этой страны здесь все обязаны лгать. И горе тому, кто говорит правду. Стоит произнести хоть одно правдивое слово, и на уплату штрафа уже не хватит собственной шкуры. За целую зиму, что я провёл на этой стене, я увидел немало интересного.
И Цоппино подробно описал Джельсомино Страну Лгунов.
Глава четвёртая,
— Да будет тебе известно, — начал Цоппино…
Но я немного сокращу рассказ котёнка, чтобы не отнимать у вас лишнего времени, и вы узнаете только самое главное.
Итак, задолго до того, как Джельсомино попал в эту страну, там появился хитрый и жестокий пират по прозвищу Джакомоне, что значит Большущий Джакомо. Он был до того огромен и толст, что носил своё тяжёлое имя безо всякого труда. Но был он уже немолод и потому стал подумывать о том, как бы поспокойнее провести старость.
«Молодость прошла, и бороздить моря мне уже надоело, — решил он. — Брошу-ка я своё старое ремесло да поселюсь на каком-нибудь островке. И уж, конечно, не один, а вместе со своими пиратами. Я произведу их в мажордомы, сделаю лакеями, конюхами и управляющими, и они не будут в обиде на своего атамана».