Читаем Словарь любовника полностью

О-о-о, да… О-о-о, да…Работа меня досталаО-о-о, да… О-о-о, да…Но ведь надо платить ипотекуО-о-о, да… О-о-о, да…Мама с папой меня никогда не любилиО-о-о, да… О-о-о, да…Все чувства во мне давно уже сдохлиО-о-о, да… О-о-о, да…Зато я знаю, зачем я здесь, в этом миреО-о-о, да… О-о-о, да…Чтобы мыть твою грязную посудуО-о-о, да… О-о-о, даБудь осторожнее со своими желаниямиО-о-о, да… О-о-о, да…Все свое дерьмо я прячу в глубине душиО-о-о, да… О-о-о, да…Сколько несчастных людейО-о-о, да… О-о-о, да…Попалось в мои сетиО-о-о, да… О-о-о, да…Но вот что я тебе скажуО-о-о, да… О-о-о, да…Тебе придется перерисовать карту мира…О-о-о, да… О-о-о, да…Я — маленькая, но очень гордая странаО-о-о, да… О-о-о, да…Этот девиз начертан на моем флагеО-о-о, да… О-о-о, да…А впрочем, хреновый мир достался нам с тобойО-о-о, да… О-о-о, да…Так что лучше давай — смеши меня дальше


Ты замолкаешь, открываешь глаза и смотришь на меня. Я аплодирую.

— Хватит зря ладони отбивать, — говоришь ты. — Давай лучше помассируй пяточки уставшей звезде блюза.

Ты не спрашиваешь, каким был бы мой гимн. Но это, наверное, и к лучшему: все равно я не знаю, что сказать в ответ.


antiperspirant, n

антиперспирант, сущ.


— Ничего хорошего не вижу в том, чтобы пахнуть пекарским порошком, — заявляю я.

— Содой, — поправляешь ты. — Пищевой.

— Есть такой рецепт пирога: всего поровну. Так вот, если мне приспичит испечь такое чудо, я могу взять по фунту масла, муки, сахара и засунуть все это дело тебе под мышку. Соды там уже как раз столько же.

— Слушай, с чего мы об этом заговорили? Напомни, как мы вообще эту тему затронули.

— Ты больше не чувствуешь запаха пышной сдобы, которую сыплешь себе под мышки. Ты к соде адаптировался и больше на нее не реагируешь. А у меня такое ощущение, что я сплю с бакалейной лавкой.

— Хорошо, — отвечаешь ты.

Я интересуюсь:

— Что — хорошо?

— Прошу отметить: я вступаю на путь соглашательства и полумер — исключительно ради мира и гармонии в наших отношениях. Через десять минут состоится торжественное сожжение моего дезодоранта. Надеюсь, эта хрень горючая.

— Сделай одолжение, — говорю, — я эту гадость терпеть не могу. Честное слово.

— А я терпеть не могу волосы у тебя на пальцах ног.

— Буду носить носки, — обещаю я. — Все время. Не буду снимать их даже в душе.

— Просто имей в виду, — говоришь ты. — Когда-нибудь ты попросишь меня отказаться от чего-то, что мне действительно дорого, и, боюсь, добром дело не кончится.


antsy, adj.

нервный, прил.


Никогда, клянусь, никогда больше не поведу тебя в оперу!


arcane, adj.

сокровенный, прил.


Джоанна первой обратила на это внимание. Дело было так: мы заглянули к ней в гости, и она стала рассказывать, что в доме через дорогу живет женщина, занимающаяся йогой. Так вот, эту соседку отлично видно из окон Джоанны. По ее словам, все эти упражнения очень странно выглядят, если наблюдать со стороны.

— Интересно, а что еще, помимо йоги, происходит в жизни мисс Торсо? — спрашиваешь ты.

А я в ответ:

— Наверное, об этом лучше спросить у пианиста.

Джоанна посмотрела на нас и заявила:

— Я давно за вами замечала: любите вы оба загадками говорить. Но если раньше вас и по отдельности было не понять, то теперь вы за свои ребусы вдвоем взялись.

Принято считать, что супруги, прожившие много лет вместе, становятся похожими друг на друга. Мне в это не верится. А вот думать и шутить они начинают практически одинаково. Да и говорят очень похоже, — в этом я почему-то не сомневаюсь.


ardent, adj.

жаркий, прил.


Сразу после секса, когда все еще жарко и тяжело дышишь, когда близость еще не разорвана, но уже можешь думать… ощущение такое, словно мир сжался до звука одной натянутой струны. Эта нота способна на многое: она может породить во мне мысль, но — только одну — о тебе. Иногда желание — это воздух, иногда оно становится жидкостью. А в те мгновения, когда все остальное — воздух и жидкость, желание обретает плотность и массу, а твое тело — магнит, притягивающий к себе эту тяжесть.


arduous, adj.

неутомимый, прил.


Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-бестселлер

Нежность волков
Нежность волков

Впервые на русском — дебютный роман, ставший лауреатом нескольких престижных наград (в том числе премии Costa — бывшей Уитбредовской). Роман, поразивший читателей по обе стороны Атлантики достоверностью и глубиной описаний канадской природы и ушедшего быта, притом что автор, английская сценаристка, никогда не покидала пределов Британии, страдая агорафобией. Роман, переведенный на 23 языка и ставший бестселлером во многих странах мира.Крохотный городок Дав-Ривер, стоящий на одноименной («Голубиной») реке, потрясен убийством француза-охотника Лорана Жаме; в то же время пропадает один из его немногих друзей, семнадцатилетний Фрэнсис. По следам Фрэнсиса отправляется группа дознавателей из ближайшей фактории пушной Компании Гудзонова залива, а затем и его мать. Любовь ее окажется сильней и крепчающих морозов, и людской жестокости, и страха перед неведомым.

Стеф Пенни

Современная русская и зарубежная проза
Никто не выживет в одиночку
Никто не выживет в одиночку

Летний римский вечер. На террасе ресторана мужчина и женщина. Их связывает многое: любовь, всепоглощающее ощущение счастья, дом, маленькие сыновья, которым нужны они оба. Их многое разделяет: раздражение, длинный список взаимных упреков, глухая ненависть. Они развелись несколько недель назад. Угли семейного костра еще дымятся.Маргарет Мадзантини в своей новой книге «Никто не выживет в одиночку», мгновенно ставшей бестселлером, блестяще воссоздает сценарий извечной трагедии любви и нелюбви. Перед нами обычная история обычных мужчины и женщины. Но в чем они ошиблись? В чем причина болезни? И возможно ли возрождение?..«И опять все сначала. Именно так складываются отношения в семье, говорит Маргарет Мадзантини о своем следующем романе, где все неподдельно: откровенность, желчь, грубость. Потому что ей хотелось бы задеть читателей за живое».GraziaСемейный кризис, описанный с фотографической точностью.La Stampa«Точный, гиперреалистический портрет семейной пары».Il Messaggero

Маргарет Мадзантини

Современные любовные романы / Романы
Когда бог был кроликом
Когда бог был кроликом

Впервые на русском — самый трогательный литературный дебют последних лет, завораживающая, полная хрупкой красоты история о детстве и взрослении, о любви и дружбе во всех мыслимых формах, о тихом героизме перед лицом трагедии. Не зря Сару Уинман уже прозвали «английским Джоном Ирвингом», а этот ее роман сравнивали с «Отелем Нью-Гэмпшир». Роман о девочке Элли и ее брате Джо, об их родителях и ее подруге Дженни Пенни, о постояльцах, приезжающих в отель, затерянный в живописной глуши Уэльса, и становящихся членами семьи, о пределах необходимой самообороны и о кролике по кличке бог. Действие этой уникальной семейной хроники охватывает несколько десятилетий, и под занавес Элли вспоминает о том, что ушло: «О свидетеле моей души, о своей детской тени, о тех временах, когда мечты были маленькими и исполнимыми. Когда конфеты стоили пенни, а бог был кроликом».

Сара Уинман

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Самая прекрасная земля на свете
Самая прекрасная земля на свете

Впервые на русском — самый ошеломляющий дебют в современной британской литературе, самая трогательная и бескомпромиссно оригинальная книга нового века. В этом романе находят отзвуки и недавнего бестселлера Эммы Донохью «Комната» из «букеровского» шорт-листа, и такой нестареющей классики, как «Убить пересмешника» Харпер Ли, и даже «Осиной Фабрики» Иэна Бэнкса. Но с кем бы Грейс Макклин ни сравнивали, ее ни с кем не спутаешь.Итак, познакомьтесь с Джудит Макферсон. Ей десять лет. Она живет с отцом. Отец работает на заводе, а в свободное от работы время проповедует, с помощью Джудит, истинную веру: настали Последние Дни, скоро Армагеддон, и спасутся не все. В комнате у Джудит есть другой мир, сделанный из вещей, которые больше никому не нужны; с потолка на коротких веревочках свисают планеты и звезды, на веревочках подлиннее — Солнце и Луна, на самых длинных — облака и самолеты. Это самая прекрасная земля на свете, текущая молоком и медом, краса всех земель. Но в школе над Джудит издеваются, и однажды она устраивает в своей Красе Земель снегопад; а проснувшись утром, видит, что все вокруг и вправду замело и школа закрыта. Постепенно Джудит уверяется, что может творить чудеса; это подтверждает и звучащий в Красе Земель голос. Но каждое новое чудо не решает проблемы, а порождает новые…

Грейс Макклин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги