Читаем Словарь любовника полностью

Иногда во время секса я жалею, что у тебя где-нибудь на пояснице нет такой кнопочки, чтобы нажать на нее — и готово: для тебя все уже кончилось.


arrears, n.

отставание, сущ.


Моя верность была столь же бездумной, как и твоя измена. Я знал: что-то может случиться, что-то пойдет не так, — но что именно, мне и в голову не приходило.

— Это была ошибка, — говоришь ты.

Больнее всего оттого, что я понимаю: ошибка — моя. Не надо было тебе доверять.


autonomy, n.

автономия, сущ.


— Я хочу, чтобы мои книги стояли на отдельной полке, — говоришь ты.

В этот момент я понимаю, что жить с тобой будет хорошо.


avant-garde, adj.

авангардный, прил.


Это было после моноспектакля Алисы. Сам спектакль представлял собой мрачно-извращенное прочтение «Унесенных ветром» под аккомпанемент песен из саундтрека к фильму «Магазин „Империя“». В промежутках почему-то звучала немецкая поэзия девятнадцатого века, естественно — с придыханием и сюсюканьем.

— Слушай, а что значит «авангард»? — спрашиваю я.

— По-моему, это переводится как «дружеская услуга», — отвечаешь ты.


awhile, adv.

не сразу, нареч.


Нравится мне неопределенность слов, описывающих время.

Вернуться он смог не сразу. Это когда: через несколько минут, часов, дней? Или, может быть, лет?

Вот в моем случае ничего лучше и не придумаешь. Все узнать и понять мне действительно удалось далеко не сразу. Точнее я при всем желании сформулировать не смогу. Нет, конечно, иногда мне что-то казалось, мерещилось, что я начинаю о чем-то догадываться… В мгновение на меня снисходило какое-то спокойствие: да, наверное, так все и должно быть. Но когда именно надежда, требующая подтверждения, сменилась уверенностью, подвергаемой постоянным сомнениям? Такого поворотного момента в моей памяти не сохранилось.

Может быть, его и вправду не было. Может быть, это случилось со мной во сне. В любом случае — никаких вех, никаких знаковых событий, никаких знаменательных дат. Просто постепенно и последовательно накапливалось это «не сразу».

B

balk, v.

разочаровывать, гл.


Кто же первым изъявил желание жить вместе? Ты или я? Наверное, я. И уже тогда мне стало понятно: если что-то пойдет не так, если наши надежды не сбудутся, виноват окажется тот, кто предложил это вслух. То есть — я. Остается утешать себя тем, что если у нас с тобой что-то не так, то меньше всего на свете меня будет волновать, кто из нас решил съехаться, кто виноват в том, что мы стали жить вместе.


banal, adj. and bane, n.

банальный, прил. и бедствие, сущ.


Мне любопытно, какова связь между этими двумя словами. Одно из них обозначает бесконечную череду уже привычных духовных смертей, происходящих ежедневно и ежечасно. Другое — квинтэссенция гибели и разрушения, величайших несчастий и неизбывных страданий.

Я думаю, что мы привыкаем мириться с банальностями.

— Ну, и как тебе цыпленок? Вкусно?

— Устаю я что-то в последнее время.

— Господи, ну и холодно же сегодня!

— Где тебя носит?

— Куда пойдем?

— Давно ждешь?

И все это — ради того, чтобы избежать бедствия, что нас уже подстерегает.


barfly, n.

тусовщик, сущ.


Ты обладаешь способностью вести разговоры с кем угодно, у меня же этот дар отсутствует.


basis, n.

первооснова, сущ.


В самом начале неизбежно возникает вопрос: кого или что ты на самом деле любишь? Это любовь к человеку или влюбленность в собственную любовь?

Если долго не удается найти ответ — тогда все: пиши пропало.

Если же эта неопределенность и уходит, то недалеко. Она ошивается где-то поблизости на тот случай, если ты вдруг про нее вспомнишь. Только подумал о ней — и она уже тут как тут. Иногда на нее натыкаешься там, где не ждешь, там, где искал что-то другое… например, запасной выход или лицо любимого человека.


beguile, v.

притворяться, гл.


Я наблюдаю за тобой: ты ходишь по квартире в моих трусах и не подозреваешь, что я смотрю. А потом понимаешь, что я уже не сплю, и улыбаешься. По утрам ты тратишь уйму времени, чтобы привести себя в порядок, чтобы — волосок к волоску. А мне гораздо больше нравится, когда все вот так: со сна, волосы взъерошенные, торчат во все стороны.


belittle, v.

уязвлять, гл.


Нет, я не слушаю прогноз погоды по утрам. Нет, я не веду строгий учет потраченных денег. Нет, мне и вправду в голову не приходило, что если перейти на другую линию на этой станции, то получится гораздо быстрее. Но всякий раз, когда ты на меня так смотришь, мне еще меньше хочется жить по твоим правилам.


bemoan, v.

стенать, гл.


Посвящается Мэрилин, твоей коллеге по работе.

Мэрилин, пожалуйста, перестань всем вокруг рассказывать, как протекает беременность твоей сестры.

Да, и, пожалуйста, перестань опаздывать.

И прекрати «разводить» близкого мне человека на «выпить после работы».

И еще: пожалуйста, когда что-то печатаешь, не напевай себе под нос.

С меня хватит, надоело об этом слушать!


better, adj. and adv.

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-бестселлер

Нежность волков
Нежность волков

Впервые на русском — дебютный роман, ставший лауреатом нескольких престижных наград (в том числе премии Costa — бывшей Уитбредовской). Роман, поразивший читателей по обе стороны Атлантики достоверностью и глубиной описаний канадской природы и ушедшего быта, притом что автор, английская сценаристка, никогда не покидала пределов Британии, страдая агорафобией. Роман, переведенный на 23 языка и ставший бестселлером во многих странах мира.Крохотный городок Дав-Ривер, стоящий на одноименной («Голубиной») реке, потрясен убийством француза-охотника Лорана Жаме; в то же время пропадает один из его немногих друзей, семнадцатилетний Фрэнсис. По следам Фрэнсиса отправляется группа дознавателей из ближайшей фактории пушной Компании Гудзонова залива, а затем и его мать. Любовь ее окажется сильней и крепчающих морозов, и людской жестокости, и страха перед неведомым.

Стеф Пенни

Современная русская и зарубежная проза
Никто не выживет в одиночку
Никто не выживет в одиночку

Летний римский вечер. На террасе ресторана мужчина и женщина. Их связывает многое: любовь, всепоглощающее ощущение счастья, дом, маленькие сыновья, которым нужны они оба. Их многое разделяет: раздражение, длинный список взаимных упреков, глухая ненависть. Они развелись несколько недель назад. Угли семейного костра еще дымятся.Маргарет Мадзантини в своей новой книге «Никто не выживет в одиночку», мгновенно ставшей бестселлером, блестяще воссоздает сценарий извечной трагедии любви и нелюбви. Перед нами обычная история обычных мужчины и женщины. Но в чем они ошиблись? В чем причина болезни? И возможно ли возрождение?..«И опять все сначала. Именно так складываются отношения в семье, говорит Маргарет Мадзантини о своем следующем романе, где все неподдельно: откровенность, желчь, грубость. Потому что ей хотелось бы задеть читателей за живое».GraziaСемейный кризис, описанный с фотографической точностью.La Stampa«Точный, гиперреалистический портрет семейной пары».Il Messaggero

Маргарет Мадзантини

Современные любовные романы / Романы
Когда бог был кроликом
Когда бог был кроликом

Впервые на русском — самый трогательный литературный дебют последних лет, завораживающая, полная хрупкой красоты история о детстве и взрослении, о любви и дружбе во всех мыслимых формах, о тихом героизме перед лицом трагедии. Не зря Сару Уинман уже прозвали «английским Джоном Ирвингом», а этот ее роман сравнивали с «Отелем Нью-Гэмпшир». Роман о девочке Элли и ее брате Джо, об их родителях и ее подруге Дженни Пенни, о постояльцах, приезжающих в отель, затерянный в живописной глуши Уэльса, и становящихся членами семьи, о пределах необходимой самообороны и о кролике по кличке бог. Действие этой уникальной семейной хроники охватывает несколько десятилетий, и под занавес Элли вспоминает о том, что ушло: «О свидетеле моей души, о своей детской тени, о тех временах, когда мечты были маленькими и исполнимыми. Когда конфеты стоили пенни, а бог был кроликом».

Сара Уинман

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Самая прекрасная земля на свете
Самая прекрасная земля на свете

Впервые на русском — самый ошеломляющий дебют в современной британской литературе, самая трогательная и бескомпромиссно оригинальная книга нового века. В этом романе находят отзвуки и недавнего бестселлера Эммы Донохью «Комната» из «букеровского» шорт-листа, и такой нестареющей классики, как «Убить пересмешника» Харпер Ли, и даже «Осиной Фабрики» Иэна Бэнкса. Но с кем бы Грейс Макклин ни сравнивали, ее ни с кем не спутаешь.Итак, познакомьтесь с Джудит Макферсон. Ей десять лет. Она живет с отцом. Отец работает на заводе, а в свободное от работы время проповедует, с помощью Джудит, истинную веру: настали Последние Дни, скоро Армагеддон, и спасутся не все. В комнате у Джудит есть другой мир, сделанный из вещей, которые больше никому не нужны; с потолка на коротких веревочках свисают планеты и звезды, на веревочках подлиннее — Солнце и Луна, на самых длинных — облака и самолеты. Это самая прекрасная земля на свете, текущая молоком и медом, краса всех земель. Но в школе над Джудит издеваются, и однажды она устраивает в своей Красе Земель снегопад; а проснувшись утром, видит, что все вокруг и вправду замело и школа закрыта. Постепенно Джудит уверяется, что может творить чудеса; это подтверждает и звучащий в Красе Земель голос. Но каждое новое чудо не решает проблемы, а порождает новые…

Грейс Макклин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги