Его устами русский пел народ,Что в разудалости веселой пляса,Век горести для радостного часаПозабывая, шутит и поет.От непосильных изнурен работ,Чахоточный, от всей души пел прасол,И эту песнь подхватывала масса,Себя в ней слушая из рода в род.В его лице – черты родного края.Он оттого ушел не умирая,Что, может быть, и не было егоКак личности: страна в нем совместилаВсе, чем дышала, все, о чем грустила,Неумертвимая, как божество.
1926
Кузмин
В утонченных до плоскости стихах —Как бы хроническая инфлуэнца.В лице все очертанья вырожденца.Страсть к отрокам взлелеяна в мечтах.Запутавшись в эстетности сетях,Не без удач выкидывал коленца,А у него была душа младенца,Что в глиняных зачахла голубках.Он жалобен, он жалостлив и жалок.Но отчего от всех его фиалокИ пошлых роз волнует аромат?Не оттого ль, что у него, позера,Грустят глаза – осенние озера, —Что он, – и блудный, – все же божий брат?..
1926
Куприн
Писатель балаклавских рыбаков,Друг тишины, уюта, моря, селец,Тенистой Гатчины домовладелец,Он мил нам простотой сердечных слов...Песнь пенилась сиреневых садов —Пел соловей, весенний звонкотрелец,И, внемля ей, из армии пришелецВ душе убийц к любви расслышал зов...Он рассмотрел вселенность в деревеньке,Он вынес оправданье падшей Женьке,Живую душу отыскал в коне...И, чином офицер, душою инок,Он смело вызывал на поединокВсех тех, кто жить мешал его стране.
1925
Саженным – в нем посаженным – стихамСбыт находя в бродяжьем околотке,Где делает бездарь из них колодки,В господском смысле он, конечно, хам.Поет он гимны всем семи грехам,Непревзойденный в митинговой глотке.Историков о нем тоскуют плеткиПройтись по всем стихозопотрохам...В иных условиях и сам, пожалуй,Он стал иным, детина этот шалый,Кощунник, шут и пресненский апаш:В нем слишком много удали и мощи,Какой полны издревле наши рощи,Уж слишком он весь русский, слишком наш!
1926
Одоевцева
Все у нее прелестно – даже «ну»Извозчичье, с чем несовместна прелесть...Нежданнее, чем листопад в апреле,Стих, в ней открывший жуткую жену...Серпом небрежности я не сожнуПосевов, что взошли на акварели...Смущают иронические трелиНасторожившуюся вышину.Прелестна дружба с жуткими котами, —Что изредка к лицу неглупой даме, —Кому в самом раю разрешеноПрогуливаться запросто, в побывкуСвою в раю вносящей тонкий привкусОстрот, каких эдему не дано...