– Согласна, – сказала тетя Элиза. – Из-за этого я спустила целое состояние на психотерапевта. Но мы все слишком много потеряли, и я не могу злиться вечно. И раз уж между нами теперь нет секретов, я должна еще кое-что тебе рассказать. Когда Талли так резко уехала из Калифорнии, она заверила меня, что все хорошо, но я все равно очень за нее переживала. Я не знала, что делать. Много дней думала об этом, металась, хваталась за телефон, но не решалась позвонить. Опять брала, опять убирала. Наконец я все-таки позвонила твоему отцу.
– Стой, значит, ты общалась с ним до того, как Талли умерла?
– Разговор был короткий, – сказала она. – Я сказала ему, что мы с Талли виделись и что я за нее волнуюсь. Он не захотел об этом разговаривать.
– Я не удивлена, – сказала я. – Ему совсем не даются тяжелые разговоры, особенно те, которых нельзя избегать.
– Но после этого, – продолжила тетя Элиза, – когда он позвонил сообщить о ее смерти, он сказал, что после моего звонка пытался ей помочь.
– Он пытался заставить ее поступить в университет, – сказала я.
– И к психотерапевту сходить тоже. Причем не первый раз. Он сказал, что много лет периодически пытался убедить ее пойти к врачу.
– Правда?
– Так он сказал. Но Талли отказывалась.
– Наверняка, – закивала я. – В последний месяц она вообще ничего не хотела делать.
– Твой папа совершил много ошибок, – сказала тетя Элиза. – Как и мы все. Хотя я все же думаю, что он сделал все что мог.
Я глубоко вдохнула на три счета. Затем так же выдохнула. Вдох на раз, два, три – выдох на раз, два, три. Наконец я поднялась и подала тете Элизе руку, чтобы помочь ей встать.
– Спасибо.
– Мне надо умыться, – сказала я. – А потом… потом я позвоню папе и расскажу ему, где я и что тут делаю.
37
ДВА ДНЯ СПУСТЯ я в последний раз села на поезд до Пало-Альто, чтобы нормально попрощаться с Адамом. Он вызвался сам приехать за мной к тете Элизе в Редвуд-Сити. Но я не хотела, чтобы он так много времени провел в машине. Они с родителями восполняли потерянное время с Си-Джей и помогали ей восстановить силы.
Я: «Нам вообще необязательно встречаться, если тебе неудобно».
Адам: «Есть все равно нужно. А Си-Джей отдыхает. Вряд ли ей понравится, если я буду смотреть, как она спит».
Он предложил встретиться в пиццерии «Круглый стол», о которой говорил на прошлой неделе, когда мы решали, где пообедать. Судя по всему, в районе Залива их была целая сеть, и одна пиццерия – прямо на Юниверсити-авеню. Я приехала на полчаса раньше, чтобы поискать в «Ретро-планете» подарок для Джуно, а потом пошла в пиццерию. Адам уже ждал меня. Он встал в кабинке в конце зала и замахал руками, чтобы привлечь мое внимание. Мы вежливо обнялись, как обнимаются не друзья, а знакомые.
– Спасибо, что приехала, – путь не близкий.
– Ерунда, – ответила я. – Спасибо, что согласился встретиться.
– Что купила? – спросил он, кивком показывая на коричневый пакет у меня в руке.
– Подарок для Джуно. Старинная карта Залива.
– Ей понравится, – сказал он.
– Надеюсь, – улыбнулась я. – Мне надо искупить вину перед ней.
– А мне надо искупить вину перед тобой, – сказал Адам. – Начну с пиццы. Принцип тут такой: подходишь на кассу, делаешь заказ, платишь, и тебе на столик приносят пиццу.
– Ой, сразу целую пиццу?
– Боишься, что мы не справимся с целой пиццей?
– Ну нас же всего двое.
– Поверь мне, стоит ее только попробовать, и в тебя поместится больше пиццы, чем ты могла представить до настоящего момента.
– До настоящего момента, – повторила я. – Звучит серьезно.
– Я всегда серьезен насчет пиццы. Дальше: начинка. Я обычно беру грибы с перчиком, но ты выбирай сама, что хочешь.
– Не люблю начинку, – сказала я. – Но я могу ее просто убрать.
– Нет, пусть будет без начинки.
– Но я хочу, чтобы ты взял, что ты хочешь.
– А я хочу, чтобы ты взяла, что ты хочешь.
– Давай пополам? – предложила я.
– Идеальный компромисс, – сказал он. – Посторожи место. Я скоро вернусь.
– Подожди, – сказала я и потянулась в карман. – Хочу заплатить за свою половину.
Адам поднял руку вверх.
– Нет, Слоун, – заявил он. – Я угощаю. И не волнуйся. Это не доброжелательный сексизм. Деньги мне дала мама, когда я выходил из дома. Она страшно возмущалась, что я встречаюсь с тобой здесь, а не в каком-нибудь приличном ресторане.
– Да я люблю пиццу, – сказала я.
– Хорошо, потому что будет жаль, если ты уедешь в Миннесоту, не побывав в «Круглом столе». Пицца здесь главная еда. Но ты должна знать, как мои родители благодарны тебе за воссоединение с Си-Джей, и я тоже. Ты даже представить не можешь.
– Думаю, могу.
– Да, наверное, можешь. Сейчас сделаю заказ и вернусь.
Через несколько минут нам принесли огромную пиццу. Адам был прав насчет того, сколько мы сможем съесть. Тесто было достаточно тонкое. Но все же после третьего куска мне уже было трудно дышать, а я все равно потянулась за четвертым.
– Ты был абсолютно прав насчет этой пиццы. Я ем намного больше, чем до настоящего момента могла себе представить.
– Я хотел пригласить тебя сюда в прошлое воскресенье, но ты сказала, что накануне уже ела пиццу.
– Да, помню.