Читаем Стеклянная улитка полностью

Над рекой ночь. Давид резко просыпается. Встает. Первое же, что он замечает, — это подарок в красивой коробке, завязанной бантом. Некоторое время стоит как зачарованный, уставившись на коробку. Потом направляется к входной двери. На пороге останавливается, колеблется. Возвращается, хватает со стола красную коробку с бантом. Быстро выходит из квартиры.


Сцена III

Кафе на первом этаже здания, где живет Женщина. За стойкой несколько человек. Официантки украшают кафе перед сочельником и Рождеством. Давид, сидя за стойкой, читает газету. В кафе входит человек, у которого спина и шляпа украшены цветами и маленькими рождественскими венками из листьев.

Человек с цветами. День добрый, люди добрые.

Бармен. Почем венки?

Человек с цветами. Есть дубовые, есть буковые.

Бармен. В чем разница?

Человек с цветами. Все хороши. Важно, чтобы ветка не была срезана.

Бармен. Ну ладно, срежь тогда цену.

Человек с цветами (перекрестившись). Тот у меня покупает, кто веру не забывает. Сочельник — это ночь бдения…

Бармен. Тогда у меня каждый день сочельник. Погляди на тот стол, этот парень здесь бдит со вчерашнего вечера.


Парень, который дремал за одним из столиков, словно услышав, о чем идет речь, встает и произносит заплетающимся языком:


Парень(официантке).

Глаза прекрасные, что взгляд наш услаждают,И в вашем зеркале не вечна красота —Пусть спит она и под подушкой волосы скрывает,Ей тоже никуда не деться от креста.Но так же как в вине всегда юна лоза,Хоть виноград и мертв, но молодость длится,Так радость мне несет твоя краса,Пусть даже и она к исчезновению стремится.

Официантка. У вас было двенадцать кружек пива.

Парень. Сегодня я не плачу.


Вытаскивает из кармана паспорт.


Бармен. Твой паспорт не стоит двенадцати кружек пива.

Парень. Прочитай мою фамилию.

Бармен. Люди, да у этого парня фамилия Сочельник.

Человек с цветами. Я плачу за его фамилию.

Парень. Тогда принесите Сочельнику еще одну кружку.

Человек с цветами. Принесите ему еще одну кружку пива!


Пока человек с цветами расплачивается, Давид незаметно вытаскивает у него из кармана кривой садовый нож.


Сцена IV

Роскошный бутик женского белья. Здесь работает продавщицей Девушка из первой сцены. Она достает из сумки какой-то предмет в желтом чехле и рассматривает его, но в этот момент замечает, что кто-то (а это Давид) стоит перед витриной и смотрит на нее через стекло. Девушка быстро прячет предмет в желтом чехле к себе в карман. Давид останавливает взгляд на ночных рубашках, разложенных по прилавку, и входит в бутик женского белья.

Давид. Добрый вечер (кладет свой плащ и красную коробку с бантом на столик рядом с прилавком). Я бы хотел купить ночную рубашку четвертого размера. Это размер моей жены.

Девушка. Те, что перед вами, на прилавке, все номер три. А четверка наверху, на полке.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Общежитие
Общежитие

"Хроника времён неразумного социализма" – так автор обозначил жанр двух книг "Муравейник Russia". В книгах рассказывается о жизни провинциальной России. Даже московские главы прежде всего о лимитчиках, так и не прижившихся в Москве. Общежитие, барак, движущийся железнодорожный вагон, забегаловка – не только фон, место действия, но и смыслообразующие метафоры неразумно устроенной жизни. В книгах десятки, если не сотни персонажей, и каждый имеет свой характер, своё лицо. Две части хроник – "Общежитие" и "Парус" – два смысловых центра: обывательское болото и движение жизни вопреки всему.Содержит нецензурную брань.

Владимир Макарович Шапко , Владимир Петрович Фролов , Владимир Яковлевич Зазубрин

Драматургия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Советская классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Роман