Читаем Стеклянный человек полностью

– Это называется индуктивный метод, – начал Херувим. – У нас есть специальные тетрадки. Мы туда записываем ссылки. Интертекстуальные. Я все объясню. Смотри, – он опустил палец в книгу и стал объяснять пометки. – На «Сыне» – крест, «хлеб» – черный треугольник, «верующий» – голубой овал, «Отец» – красный треугольник, «жизнь вечная» – коричневый овал, «свидетельствующий» – зеленый ромб, «Иоанн», который Креститель – волнистое подчеркивание.

Все эти слова и знаки были в пятой главе Евангелия от Иоанна. А в четвертой главе плясали красные флажки на слове «поклоняться», синие стрелки – на «уверовали», зеленый вертикальный овал – на «женщине»…

– У тебя есть девушка? – спросил я.

Я узнал, что Сережа влюблен в девочку Женю, а в него самого – девушка Мария. Даже, скорее, Мария Петровна. Но она очень хорошая, тоже прихожанка. Вдруг Сережа сказал, что благодарен мне. Правда? За что? За то, что я согласился быть его учеником. Ему было бы трудно учить девушку… Оставаться наедине… Поэтому он попросил Бога дать ему ученика из мужчин. И вот Бог послал ему меня. Вместе мы можем изучать священные тексты и «не распаляться плотью». Когда ему хочется отвлечься, он читает Библию или слушает Linkin Park. Но как только останется без музыки и Библии, так слышит голос плоти.

– Ты занимался когда-нибудь… этим? – спросил я Херувима.

– Нет. Моей первой женщиной будет моя жена.

Сережа пожаловался, что идти к этой цели трудно. Но Бог ему помогает. Перед сном он молится о том, чтобы «не проснуться в палатке». Я переспросил: где? Херувим сложил ладони над своим пахом. Бог помогает победить утреннюю эрекцию.

Я взял из его рук методичку, по которой он учил меня. На последних страницах были «советы руководителям». Среди них были такие слова: «Ваши студенты должны знать, что, если кто-то совершит по отношению к ним сексуальный грех, Бог накажет обидчика». Сережа сказал, что очень редко, но бывают случаи, когда наставник совращает ученика. Впрочем, это бывает у католиков, а не у баптистов. «А бывали случаи, когда ученик совращал наставника?» Сережа задумался. Не смог вспомнить.

В конце встречи он, как и обещал, подарил мне Библию. Правда, только Новый Завет. Я пообещал, что теперь сам буду раскрашивать священные тексты крестами, треугольниками и овалами. И еще пообещал купить для Сережи «Реквием» Моцарта. Пусть послушает, что было до Linkin Park.

После нашей первой встречи я стал ходить в церковь. На все собрания, где был Херувим. Как правило, он сидел в окружении разноцветных старух – кореянок, узбечек и русских. Среди них была, как помню, Алина Егоровна. Она писала стихи, которые читала в конце всех собраний. Старуха она была яркая, завитая под купидона, и очень впечатлительная. Одна из тех натур, у кого после чтения святых текстов появляются стигматы, а после детективов – пулевые ранения.

Из-за этой старухи я впервые крупно согрешил. И приблизил себя к катастрофе… В тот вечер Алина Егоровна снова вышла перед собранием. Херувим встал с ней рядом, чтобы держать микрофон. Старуха развернула тетрадь в глянцевой обложке, разломила ее посредине так, что хрустнула пружина. «Третьего дня, вдохновленная небом, я написала это стихотворенье». И началось:

…«расплата»

…«солдаты Пилата»

…«Сыну»

…«ветви маслины»

…«грех»

…«сатанинский смех»

Я хихикал. Мой смех передавался остальным. Возникло веселое настроение. Именно в таком настроении мы принялись смотреть фильм об устройстве Вселенной. На сцену выкатили плазменный телевизор, включили. На экране возникли картинки с Землей в космосе, она была безвидна и пуста. Потом появились динозавры, потом – пещерные люди. Вскоре мы узнали: общий возраст Земли насчитывает шесть тысяч лет. Конец фильма.

Я смеялся, как динозавр. Молодой пастор, который вел собрание, несколько раз сделал мне замечание. Это не помогло. Я предлагал принести из дома энциклопедию «Вселенная и Земля», чтобы еще раз обсудить доводы фильма. Земле шесть тысяч лет – они это серьезно? А как же окаменелые останки, которым миллионы и миллиарды лет? Динозавры жили в Эдемском саду вместе с Адамом и Евой?

Молодой пастор отвечал так. В Эдемском саду – до грехопадения Адама и Евы – животные не ели друг друга, поэтому Адаму с Евой бояться было нечего. Что касается останков возрастом в миллионы лет, то Господь также мог сотворить их шесть тысяч лет назад. Ведь для него нет ничего невозможного! Таким образом, Господь предлагает выбор: ты веришь ученым или Библии. Камням под музейными стеклами или вечной книге, которая спасет тебя и даст вечную жизнь.

Я хотел спорить дальше, но молодой пастор предложил обсудить мои идеи завтра. С ним лично, без публики. Самого настоятеля обычно привлекали для работы с хулиганами. Если кто-то напился или подрался. Настоятель, сам из бывших бандитов, разговаривал с хулиганами просто. «Понимаешь, брат, – говорил он. – Нельзя Богу задвигать такие костыли…» И его сразу понимали. Но я был другим случаем. Идеологическим. Такими прихожанами занимался молодой пастор.

Перейти на страницу:

Все книги серии Loft. Современный роман

Стеклянный отель
Стеклянный отель

Новинка от Эмили Сент-Джон Мандел вошла в список самых ожидаемых книг 2020 года и возглавила рейтинги мировых бестселлеров.«Стеклянный отель» – необыкновенный роман о современном мире, живущем на сумасшедших техногенных скоростях, оплетенном замысловатой паутиной финансовых потоков, биржевых котировок и теневых схем.Симуляцией здесь оказываются не только деньги, но и отношения, достижения и даже желания. Зато вездесущие призраки кажутся реальнее всего остального и выносят на поверхность единственно истинное – груз боли, вины и памяти, которые в конечном итоге определят судьбу героев и их выбор.На берегу острова Ванкувер, повернувшись лицом к океану, стоит фантазм из дерева и стекла – невероятный отель, запрятанный в канадской глуши. От него, словно от клубка, тянутся ниточки, из которых ткется запутанная реальность, в которой все не те, кем кажутся, и все не то, чем кажется. Здесь на панорамном окне сверкающего лобби появляется угрожающая надпись: «Почему бы тебе не поесть битого стекла?» Предназначена ли она Винсент – отстраненной молодой девушке, в прошлом которой тоже есть стекло с надписью, а скоро появятся и тайны посерьезнее? Или может, дело в Поле, брате Винсент, которого тянет вниз невысказанная вина и зависимость от наркотиков? Или же адресат Джонатан Алкайтис, таинственный владелец отеля и руководитель на редкость прибыльного инвестиционного фонда, у которого в руках так много денег и власти?Идеальное чтение для того, чтобы запереться с ним в бункере.WashingtonPostЭто идеально выстроенный и невероятно элегантный роман о том, как прекрасна жизнь, которую мы больше не проживем.Анастасия Завозова

Эмили Сент-Джон Мандел

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Высокая кровь
Высокая кровь

Гражданская война. Двадцатый год. Лавины всадников и лошадей в заснеженных донских степях — и юный чекист-одиночка, «романтик революции», который гонится за перекати-полем человеческих судеб, где невозможно отличить красных от белых, героев от чудовищ, жертв от палачей и даже будто бы живых от мертвых. Новый роман Сергея Самсонова — реанимированный «истерн», написанный на пределе исторической достоверности, масштабный эпос о корнях насилия и зла в русском характере и человеческой природе, о разрушительности власти и спасении в любви, об утопической мечте и крови, которой за нее приходится платить. Сергей Самсонов — лауреат премии «Дебют», «Ясная поляна», финалист премий «Национальный бестселлер» и «Большая книга»! «Теоретически доказано, что 25-летний человек может написать «Тихий Дон», но когда ты сам встречаешься с подобным феноменом…» — Лев Данилкин.

Сергей Анатольевич Самсонов

Проза о войне
Риф
Риф

В основе нового, по-европейски легкого и в то же время психологически глубокого романа Алексея Поляринова лежит исследование современных сект.Автор не дает однозначной оценки, предлагая самим делать выводы о природе Зла и Добра. История Юрия Гарина, профессора Миссурийского университета, высвечивает в главном герое и абьюзера, и жертву одновременно. А, обрастая подробностями, и вовсе восходит к мифологическим и мистическим измерениям.Честно, местами жестко, но так жизненно, что хочется, чтобы это было правдой.«Кира живет в закрытом северном городе Сулиме, где местные промышляют браконьерством. Ли – в университетском кампусе в США, занимается исследованием на стыке современного искусства и антропологии. Таня – в современной Москве, снимает документальное кино. Незаметно для них самих зло проникает в их жизни и грозит уничтожить. А может быть, оно всегда там было? Но почему, за счёт чего, как это произошло?«Риф» – это роман о вечной войне поколений, авторское исследование религиозных культов, где древние ритуалы смешиваются с современностью, а за остроактуальными сюжетами скрываются мифологические и мистические измерения. Каждый из нас может натолкнуться на РИФ, важнее то, как ты переживешь крушение».Алексей Поляринов вошел в литературу романом «Центр тяжести», который прозвучал в СМИ и был выдвинут на ряд премий («Большая книга», «Национальный бестселлер», «НОС»). Известен как сопереводчик популярного и скандального романа Дэвида Фостера Уоллеса «Бесконечная шутка».«Интеллектуальный роман о памяти и закрытых сообществах, которые корежат и уничтожают людей. Поразительно, как далеко Поляринов зашел, размышляя над этим.» Максим Мамлыга, Esquire

Алексей Валерьевич Поляринов

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза