Читаем Стойкость полностью

Я не рассказывал Сину об инциденте с Логаном. Это случилось как раз перед тем, как Блю попала в больницу. Было неправильно поднимать этот вопрос, когда она была так больна.

Но пришло время признаться во всем.

- Возможно, повод для беспокойства уже есть. Это случилось, когда Логан пришел в лазарет, чтобы наложить швы.

- Это было несколько дней назад. Ты не упоминал об этом.

- Блю была в приоритете последние пару дней.

- Учитывая все, что произошло за последние пару дней, я могу понять, почему ты ничего не сказал об этом до сих пор. Что случилось?

Я помню прилив гнева-ревности-собственничества, когда я ворвался в дом и увидел его на кровати с Эллисон, стоящей между его ног и обрабатывающей его рану. Это был набор эмоций, которые я никогда не испытывал одновременно. Я ненавидел смесь неуверенности и недоверия, происходящая внутри меня в тот момент. Мне не хотелось думать, нравится ли ей быть с ним рядом.  Прикасаться к нему.

- Логан был там, когда я приехал. Это вывело меня из себя.

Син выглядит удивленным.

- Это не значит, что он знает.

Мы с Эллисон как огонь и бензин. Магнит и сталь. Земля и гравитация.

- Притяжение между Эллисон и мной нарастает уже почти год. Мы перешли от сокрытия наших чувств к полному траху, как будто завтра не наступит. Мы живем в одном доме, и у нас невероятно естественная, прочная и удобная связь. Это моя вторая натура - говорить с ней так, словно она моя пара. Логан заметил наши близкие отношения и позвал меня, когда Эллисон вышла из комнаты.

- И что ты ответил?

- Я ни в чем не признался, - я делаю паузу, прежде чем продолжить. - Но я также ничего не отрицал. И я нарочно ухмыльнулся, когда он спросил, трахаю ли я ее. Я хотел, чтобы он заподозрил, чтобы отвязался от Эллисон.

- Черт, Джейми, - рычит Син. - Если ты не претендуешь на Эллисон, ты устроил всё так, чтобы ни один другой брат тоже этого не сделал. Таков был твой план, когда ты пришел ко мне по поводу лазарета?

Я поверить не могу, что Син думает, что я мог сделать что-то подобное. Хотя, возможно, я дал ему справедливый повод в этой ситуации.

- Ни в коем случае. Меня убило бы, если бы я увидел женщину, которую люблю, с другим мужчиной, но я хочу для нее самого лучшего. Я никогда не хотел, чтобы Эллисон считали шлюхой, чтобы удержать брата от женитьбы на ней.

Син закрывает глаза и трет веки.

- Ее единственной надеждой на хорошую партию в данный момент было бы, если бы Логан держал это при себе. Он не из тех, кто создает проблемы. Возможно, он ничего не сказал.

- Я позволяю ревности управлять моими действиями. Это было глупо. Я признаю это.

- Я не слышал, чтобы в баре ходили разговоры об этом. Думаю, Логан пока молчит.

Если бы что-то происходило, бар был бы первым местом, где вы бы услышали об этом. В этом месте языки развязываются.

- Твоя задача уладить это с Логаном. Немедленно.

Я ненавижу саму мысль о том, чтобы сказать ему, что между мной и Эллисон ничего нет. Это только подогреет его желание заявить на нее права. Но я должен сделать то, что лучше для будущего Эллисон. Если мне придется унижаться, чтобы сделать это правильно для нее, то я это сделаю.

- Я позабочусь об этом сегодня вечером.

- Зачем вообще заботиться об этом дерьме? Ты уже признался, что любишь ее, так почему бы не назвать Эллисон своей парой? Она станет одной из нас, и ей все равно нужен муж, так что женись на ней, черт возьми.

Наверное, Лейту это кажется проще, чем кажется, но, как всегда, он не учел последствий. Он никогда этого не делает, и именно поэтому у него такая неразбериха с Лорной.

- Подумай об этом, Лейт. Она невестка нашего лидера. Что это значит для нее?

- Сестра жены твоего кузена.

- Нет, умник. Она - мишень для Ордена, огромная мишень, которую они хотели бы заполучить в свои руки. Я врач. Что я могу сделать для защиты, если они решат прийти за ней, пока я нахожусь на вызове, который не может быть обработан в лазарете? Она пострадает из-за меня. Она умрет из-за меня. Я не хочу этого для нее.

- Кто эта киска и что он сделал с Джейми Брекенриджем - крутым ублюдком, который не боится некоторых членов Ордена?

- Я люблю Эллисон и передам ее брату, который сможет защитить ее лучше, чем я, если это будет в интересах ее выживания. Если ты думаешь, что это делает меня слабаком, то пошел ты. Мое решение - нелегкий выход. Ты даже не представляешь, через какой ад я прохожу.

- Черт возьми, нет. Орден пришел на мою территорию и попытался похитить Лорну. Ты помнишь, что я сделал? Этот владелец бара убил двух из трех ублюдков здесь, а затем пошел за третьим, который сбежал. Я сделал это...я...а не рядовой сотрудник братства. Не стрелок и не десантник. Не какой-нибудь охранник, приставленный присматривать за Лорной. Я защищал ее. Когда они вернулись и попытались снова, кто получил пулю, чтобы помешать им добраться до нее? Я. Я не хочу слышать ни слова о том, что ты не можешь позаботиться об Эллисон. Это просто дерьмо.

Все, что только что сказал Лейт, правда. Он дважды спасал Лорну. И однажды Грир.

- Ну, это добавляет дерьмовый груз путаницы к тому, что я уже чувствую.

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Принцип Дерипаски
Принцип Дерипаски

Перед вами первая системная попытка осмыслить опыт самого масштабного предпринимателя России и на сегодняшний день одного из богатейших людей мира, нашего соотечественника Олега Владимировича Дерипаски. В книге подробно рассмотрены его основные проекты, а также публичная деятельность и антикризисные программы.Дерипаска и экономика страны на данный момент неотделимы друг от друга: в России около десятка моногородов, тотально зависимых от предприятий олигарха, в более чем сорока регионах работают сотни предприятий и компаний, имеющих отношение к двум его системообразующим структурам – «Базовому элементу» и «Русалу». Это уникальный пример роли личности в экономической судьбе страны: такой социальной нагрузки не несет ни один другой бизнесмен в России, да и во всем мире людей с подобным уровнем личного влияния на национальную экономику – единицы. Кто этот человек, от которого зависит благополучие миллионов? РАЗРУШИТЕЛЬ или СОЗИДАТЕЛЬ? Ответ – в книге.Для широкого круга читателей.

Владислав Юрьевич Дорофеев , Татьяна Петровна Костылева

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Сталин: как это было? Феномен XX века
Сталин: как это было? Феномен XX века

Это был выдающийся государственный и политический деятель национального и мирового масштаба, и многие его деяния, совершенные им в первой половине XX столетия, оказывают существенное влияние на мир и в XXI веке. Тем не менее многие его действия следует оценивать как преступные по отношению к обществу и к людям. Практически единолично управляя в течение тридцати лет крупнейшим на планете государством, он последовательно завел Россию и её народ в исторический тупик, выход из которого оплачен и ещё долго будет оплачиваться не поддающимися исчислению человеческими жертвами. Но не менее верно и то, что во многих случаях противоречивое его поведение было вызвано тем, что исторические обстоятельства постоянно ставили его в такие условия, в каких нормальный человек не смог бы выжить ни в политическом, ни в физическом плане. Так как же следует оценивать этот, пожалуй, самый главный феномен XX века — Иосифа Виссарионовича Сталина?

Владимир Дмитриевич Кузнечевский

Публицистика / История / Образование и наука