Читаем Стойкость полностью

Лорна может называть его как угодно, но ей нравится, что Лейт объявил ее недоступной для братьев. Я вижу это каждый раз, когда она пытается скрыть улыбку. Прямо как сейчас.

- Ублюдок, который любит тебя настолько, чтобы выйти на сцену и стащить твою почти голую задницу со стриптизерского шеста. Между прочим, как и следовало бы.

Я знаю, что Лорна мстила Лейту после того, как он причинил ей боль, но я все еще не могу поверить, что она вышла на сцену, чтобы танцевать топлесс. Хорошо, что он вытащил ее оттуда всего через несколько минут после ее первого выступления.

- А теперь я безработная. Снова.

- Не потому, что так должно было быть. Лейт хочет, чтобы ты вернулась к Дункану.

- Я не хочу возвращаться. Это было бы похоже на то, что я сдаюсь. Или прощаю его, - Лорна делает глубокий вдох и вздыхает. - Но я приближаюсь к тому моменту, когда у меня, возможно, не будет выбора. Мой банковский счет скоро будет пуст.

- Ты должна вернуться и позволить ему пресмыкаться. Держу пари, он был бы очень любезен как в постели, так и вне ее.

- Я бы с удовольствием хорошенько потрахалась и поверьте мне, Лейт чертовски хороший любовник, но я не готова к этому. Я все еще слышу отголоски того, что он сказал обо мне Сину.

- Это печально, потому что все мы знаем, что Лейт пудрит всем мозги. Вы двое принадлежите друг другу.

Я никогда не понимала, почему Лейт назвал Лорну шлюхой, и боялась спросить ее об этом. Может быть Джейми знает, что произошло между ними.

Лорна пожимает плечами.

- Может быть когда-нибудь я и прощу его, но не сегодня.

- Вполне справедливо.

Уэстлин поворачивается в кресле и смотрит на меня.

- Тебя заинтересовал кто-нибудь из мужчин, высказывавших свои намерения на вечеринке?

Я не люблю находиться в центре внимания.

- Нет.

- Ни один?

Они обе ждут и хотят от меня подробностей. Кроме Блю, Уэстлин и Лорна - мои лучшие подруги. Они приняли меня в свой круг, когда я еще не была членом братства, и я уверена, что мы станем еще ближе, когда я стану одной из них. Они рассказали мне свои секреты. Я хочу рассказать им свои.

- Невозможно интересоваться кем-то из братьев, которые изъявили намерения заявить на меня права, когда я уже влюблена в другого.

Уэстлин вскидывает руки в воздух и кричит.

- Наконец-то!

Лорна наклоняется вперед, все ее внимание сосредоточено на мне.

- Мы хотим услышать это.

- Что услышать?

Они не могут знать, что я говорю о Джейми. Я так старалась все эти месяцы скрывать свои чувства.

- Сделай это. Признайся, что ты влюблена в моего брата, чтобы мы могли наконец поговорить об этом.

Вот дерьмо. Наверное, я скрывала это не так хорошо, как думала.

- Так и есть. Я влюблена в Джейми.

Уэстлин падает на диван и бьет рукой по подушке.

- Вот дерьмо. Моя мама тебя терпеть не может. Она так разозлится, когда он заявит на тебя права.

- Жаль разочаровывать тебя, Уэстлин, но Джейми не собирается предъявлять на меня права.

- Как! Почему эта задница не будет заявлять на тебя права? Он любит тебя. Я знаю это. Я видела это своими глазами.

- Он говорит, что я невестка лидера и нуждаюсь в дополнительной защите, которую он не может обеспечить.

- Что, черт возьми, это значит? Он родился и вырос в братстве. Сын мать-его-гребаного-Брекенриджа. С тех пор как он научился держать в руках оружие, его учили, что когда люди приходят убить нас, мы убиваем их первыми. Вот как мы варится в этом дерьме.

- Я сказала ему, что уверена, что он сможет защитить меня, но он говорит, что последние несколько лет он был либо на учёбе, либо в больнице, а не на поле боя. Он не чувствует, что способен защитить меня, и он предпочел бы, чтобы другой брат взял меня, чем рискнул бы моей безопасностью.

Лорна прижимает руку к груди.

- Это вроде как мило, но очень трагично и в то же время хреново.

- Он собирается отдать меня одному из братьев. В этом нет ничего милого.

Мысль о другом мужчине, касающийся меня, вызывает тошноту. Я чуть не задыхаюсь, когда представляю, каково это будет.

- Не знаю, смогу ли я пройти через это.

- Ты зашла слишком далеко, чтобы поворачивать назад. Уход из Братства - это не выход.

Потому что люди не покидают Братство живыми.

- Ты должна заставить его передумать, Эллисон.

Уэстлин говорит об этом как ни в чем не бывало. Как будто это так просто. Они думают, что я не пробовала?

- Я не буду умолять ни одного мужчину взять меня.

Я пожимаю плечами и качаю головой.

- Я ввязалась в это только ради хорошего секса.

- Тогда используй это, чтобы изменить его мнение.

Хотела бы я, чтобы все было так просто, но моя вагина не волшебная.

- Секс есть секс. Он не убедит его жениться на мне как бы хорошо это ни было.

- Может быть и нет, а вот ребенок да. Я знаю своего брата. Он никогда не позволит другому мужчине растить его ребенка.

- Я не беременна.

- Пока нет, но ты можешь забеременеть, если постараешься. Вы пользуетесь презервативами? А он...ну ты знаешь? - она понижает голос. - Внутри тебя?

Поверить не могу, что Уэстлин спрашивает меня о своем брате. И предлагает мне сделать такую ужасную вещь.

- Не получится. Я не собираюсь заставлять Джейми жениться на мне, забеременев.

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Принцип Дерипаски
Принцип Дерипаски

Перед вами первая системная попытка осмыслить опыт самого масштабного предпринимателя России и на сегодняшний день одного из богатейших людей мира, нашего соотечественника Олега Владимировича Дерипаски. В книге подробно рассмотрены его основные проекты, а также публичная деятельность и антикризисные программы.Дерипаска и экономика страны на данный момент неотделимы друг от друга: в России около десятка моногородов, тотально зависимых от предприятий олигарха, в более чем сорока регионах работают сотни предприятий и компаний, имеющих отношение к двум его системообразующим структурам – «Базовому элементу» и «Русалу». Это уникальный пример роли личности в экономической судьбе страны: такой социальной нагрузки не несет ни один другой бизнесмен в России, да и во всем мире людей с подобным уровнем личного влияния на национальную экономику – единицы. Кто этот человек, от которого зависит благополучие миллионов? РАЗРУШИТЕЛЬ или СОЗИДАТЕЛЬ? Ответ – в книге.Для широкого круга читателей.

Владислав Юрьевич Дорофеев , Татьяна Петровна Костылева

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Сталин: как это было? Феномен XX века
Сталин: как это было? Феномен XX века

Это был выдающийся государственный и политический деятель национального и мирового масштаба, и многие его деяния, совершенные им в первой половине XX столетия, оказывают существенное влияние на мир и в XXI веке. Тем не менее многие его действия следует оценивать как преступные по отношению к обществу и к людям. Практически единолично управляя в течение тридцати лет крупнейшим на планете государством, он последовательно завел Россию и её народ в исторический тупик, выход из которого оплачен и ещё долго будет оплачиваться не поддающимися исчислению человеческими жертвами. Но не менее верно и то, что во многих случаях противоречивое его поведение было вызвано тем, что исторические обстоятельства постоянно ставили его в такие условия, в каких нормальный человек не смог бы выжить ни в политическом, ни в физическом плане. Так как же следует оценивать этот, пожалуй, самый главный феномен XX века — Иосифа Виссарионовича Сталина?

Владимир Дмитриевич Кузнечевский

Публицистика / История / Образование и наука