Её тоже ужасно искалечило. К счастью, большая часть урона пришлась на ожоги, которые почти не кровоточат, так что она уже не теряла Жизнь. Я обнял Алису левой рукой и поднял. Она не пришла в сознание, но её брови слегка вздрогнули, а губы испустили тихий вздох.
Я с трудом побрёл в северную часть зала, прижимая к себе Алису.
Кристаллический ноутбук, единственный не пострадавший предмет в комнате, встретил меня бездушным блеском.
Я уложил Алису на пол и щёлкнул по клавиатуре пальцем левой руки. Экран зажёгся, на нём появилась запутанная панель администрирования.
Интерфейс почти целиком был на священном, в смысле английском, но, сделав несколько щелчков по экрану, я нашёл искомое.
External observer call. Вызов внешнего наблюдателя.
Какое-то время я молча смотрел на эту кнопку.
Наблюдатель. Один из тех, кто создал этот мир, управляет им и наблюдает за ним.
Эти люди, сотрудники стартапа «Рэс», соврали мне лишь один раз, но чудовищной ложью.
Сейчас мне уже казался далёким прошлым июнь 2026 года реального мира и моё участие в эксперименте по длительному погружению в Soul Translator, или STL, — устройство полного погружения следующего поколения, разработанное силами «Рэс».
Эксперимент продлился трое суток. «Рэс» рассказали мне, что встроенная в STL функция ускорения флактлайта растянула это время в 3,3 раза и я провёл в тестовом виртуальном мире десять дней, после чего мне из-за секретности заблокировали все воспоминания об эксперименте.
Это была ложь. На самом деле я погружался не в какой-то тестовый мир, а в тот же Андерворлд, в котором нахожусь сейчас. К тому же я пробыл здесь не десять дней, а в триста раз дольше… около десяти лет.
За три дня эксперимента я прожил второе детство, от младенчества до одиннадцати лет, и провёл его в маленькой деревне на северной границе мира людей. У меня было два друга: мальчик с соломенными волосами и девочка с золотистыми. Мы каждый день играли вместе, а вечером чумазые возвращались вдоль берега в деревню.
Два года назад, вскоре после пробуждения в этом мире, я вышел к лесному ручью, и мне привиделся вечерний пейзаж. Когда я сражался с Юджио, мне вспомнились наши шуточные детские бои на мечах. А в тот момент, когда он расстался с жизнью, я увидел, как мы дарили ему кинжал из платинового дуба.
Всё это не иллюзии, а фрагменты стёртых воспоминаний о том, что я на самом деле пережил. До сего дня я не мог вспомнить, что мы с Алисой и Юджио вместе выросли в Рулиде.
Как и я, Юджио и Алиса жили со стёртыми воспоминаниями о нашей дружбе. Возможно, именно поэтому они, пройдя через ритуал синтеза, не потеряли до конца свободу воли, как другие рыцари единства.
Сейчас уже незачем думать о том, ради чего «Рэс» решили впустить в свой симулятор цивилизации аномалию, то есть меня. И всё же кое на что я просто не могу закрыть глаза.
Я тоже был там восемь лет назад.
Я тоже видел, как рыцарь единства Дюсольберт забирает с собой юную Алису.
Юджио долгие годы обвинял себя и жалел о том, что не смог спасти её. Я должен был поровну разделить с ним вину и досаду, но вместо этого забыл о прошлом и до самой смерти Юджио не догадывался о глубине его страданий…
— У… у-у… гх!.. — вырвались из моего горла странные звуки. Стиснутые зубы заскрипели.
Окаменевшая левая рука поднялась, и дрожащие пальцы коснулись кнопки вызова наблюдателя.
На экране появилось окно предупреждения с текстом по-японски:
«Это действие зафиксирует коэффициент ускорения флактлайта на уровне 1,0. Вы уверены?»
Я без малейших колебаний нажал на «ОК».
Вдруг воздух словно превратился в густую пасту.
Весь мир, включая свет и звуки, растянулся, ушёл куда-то вдаль и снова настиг меня. Возникло чувство, будто мои движения и даже мысли вдруг сильно замедлились. Мне стало не по себе, а в следующий миг это ощущение исчезло.
В самом центре экрана открылось чёрное окно. В центре красовался индикатор громкости, над ним мерцала надпись: «SOUND ONLY»[8].
Индикатор цвета радуги чуть подпрыгнул. Затем резко подскочил, и мне в уши ударил гул.
«Шум реального мира», — подумал я.
Внешнего мира, живущего в спокойствии и ничего не знающего о делах Андерворлда. Пресловутый «реал», в котором кровь, боль и смерть — исключения, а не правило.
Внутри меня разбушевались чувства, которые я столько времени подавлял.
Я нагнулся к экрану и во всё горло прокричал имя человека, который и привёл меня в Андерворлд:
— Кикуока… Ты слышишь меня, Кикуока?!
Если бы моя рука могла дотянуться до Сэйдзиро Кикуоки или других создателей этого мира, я бы, наверное, задушил их здесь и сейчас.
Ладонь сжалась в бессильном гневе и ударила по мраморному столу.
— Кикуока!!!
Ещё миг — и экран ответил мне звуками.
Но это был не человеческий голос, а ритмичный треск.
Он сразу напомнил звук стрельбы из пистолета-пулемёта, который я слышал много лет назад внутри VRMMO под названием GunGale Online. Но консоль должна была связать меня с лабораторией «Рэс», небольшим стартапом. Откуда там взяться этим звукам?
Я застыл в недоумении, и тут наконец послышались человеческие голоса… вернее, чьи-то нервные перекрикивания: