Может, пустота внутри врага и напоминала чёрную дыру, зато внутри меня сверкала и кружилась целая галактика из звёзд-молитв.
Лучи из глаз и рта Габриэля постепенно меняли цвет. Из сине-фиолетовых они стали красными. Оранжевыми. Жёлтыми… и наконец белоснежными. Послышался тихий хруст. В жидком металле возле «Ночного неба» появилась трещинка. Затем ещё одна. И ещё. Из трещин тоже вырывался белый свет. Все три пары крыльев вспыхнули у основания. Отвалилась челюсть хохочущего рта, в плечах и груди зияли дыры. Из рвущегося по швам тела выстреливали длинные лучи света, а Габриэль всё продолжал хохотать.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-а-а-а-а-а-а-а-а…
Его голос становился всё выше, пока не превратился в высокочастотный шум.
Тело чёрного ангела покрылось сетью белоснежных трещин, на секунду сжалось…
И разорвалось.
Свет чудовищного взрыва взвился в небо по гигантской спирали.
— Ха-ха-ха-ха-ха!!!
Габриэль Миллер с хохотом вскочил на ноги. Перед ним была стена, обшитая панелями из серого металла покрытая кабелями, вентиляционными шахтами и предупреждениями на японском.
— Ха-ха-ха-ха…
Прекратив смеяться, Габриэль отдышался и заморгал. Придя в себя, он посмотрел по сторонам.
Очевидно, он оказался в первом зале STL на борту «Оушн Тёртл». Непредвиденные обстоятельства выбросили его из виртуального мира.
Какая жалость! Он так надеялся сначала впитать тот бурный поток света, а затем съесть душу мальчишки.
Может, он ещё успеет, если сейчас же погрузится обратно? Приняв деловой вид, Габриэль обернулся…
И увидел на койке STL высокого мужчину с закрытыми глазами.
«Кто это?» рассеянно подумал Габриэль. Кто-то из оперативного отряда? Но что он делает в командирской машине?
Наконец Габриэль догадался: «Это… моё лицо».
Это лежал Габриэль Миллер, главный тактик Glowgen Defense Systems.
Но кто тогда человек, который сейчас смотрит на него?
Габриэль поднял руки и посмотрел на них, но увидел лишь прозрачные сгустки тусклого света.
«Что это? Что происходит?»
Вдруг за спиной раздался тихий голос:
— Наконец-то ты пришёл ко мне, Гейб.
Он резко повернулся и увидел маленькую девочку в белой блузке и тёмно-синей плиссированной юбке. Она стояла, опустив голову, мягкие золотистые волосы скрывали ее лицо, но Габриэль сразу понял, кто это.
— Алисия… — обратился он к ней впервые за двадцать лет и расплылся в улыбке. — Алли… Так вот где ты была всё это время?
Алисия Клингерман. Подруга детства Габриэля Миллера и первая жертва его благородной миссии по поимке человеческой души. Он без конца сожалел о том, что в тот день увидел, но упустил душу Алисии. Оказывается, он не потерял её. Она всегда была рядом.
Габриэль протянул руку, совсем забыв о странных вещах, которые с ним творятся.
Рука Алисии метнулась с нечеловеческой скоростью, и её тонкие пальцы сжали ладонь Габриэля. Ужасно холодные, они впивались в кожу, словно ледяные иголки.
Габриэль машинально попытался стряхнуть руку Алисии, но маленькие пальцы держали его, словно клещи.
— Мне холодно, Алли, — тихо сказал он, перестав улыбаться. — Отпусти.
— Нет, Гейб. — Златовласая голова качнулась из стороны в сторону. — Теперь мы всегда будем вместе. Пойдём.
— «Пойдём»?.. Куда? Мне нельзя уходить, у меня куча дел, — возразил Габриэль, изо всех сил пытаясь освободить свою руку.
Но безуспешно. Более того, его постепенно затягивало в пол.
— Пусти, Алисия. Кому говорю, — строго сказал он ей.
Почти в ту же секунду Алисия подняла голову. И как только Габриэль увидел лицо под аккуратной чёлкой, он почувствовал, как у него сжалось сердце. Скрутило живот. Участилось дыхание. Побежали мурашки.
«Что это? Что со мной происходит? Что это за чувство?»
— А… а-а-а… — невнятно протянул Габриэль и медленно покачал головой. — Отпусти. Хватит. Отпусти.
Он не задумываясь попытался оттолкнуть Алисию, но та сразу же поймала его ладонь. Холодные, словно металл на морозе, пальцы впились почти до крови.
Алисия хихикнула:
— Это страх, Гейб. Ты ведь хотел знать, что такое настоящие эмоции? И как? Здорово, правда?
Страх.
Источник тех взглядов, которые видел Габриэль, когда убивал людей ради опытов и поисков.
Теперь он и сам ощутил это чувство, но оно оказалось не сладким, а наоборот крайне неприятным. Он не хотел с ним сталкиваться. Он хотел, чтобы оно прекратилось.
Однако…
— Нет, Гейб. Так будет всегда. Ты будешь чувствовать этот страх вечно.
Маленькие туфли Алисии исчезли в железном полу. Ноги Габриэля тоже начали проваливаться.
— А… нет… Не надо. Отпусти… Не надо, — бормотал Габриэль, словно в бреду, но продолжал тонуть.
Вдруг из пола выскочила бледная рука и вцепилась в его ногу. Затем ещё одна. И ещё. Много.
Габриэль понял, что это руки всех его жертв.
Страх усилился. Сердце колотилось как бешеное, со лба ручьями лился пот.
— Нет… Нет, нет-нет-нет-нет! — закричал Габриэль. — Помоги, Криттер! Вставай, Вассаго! Ганс! Бриг!
Но сколько он ни звал подчинённых, дверь в зал оставалась наглухо закрытой, а Вассаго лежал в соседнем STL и не собирался просыпаться.
Полупрозрачное тело Габриэля уже погрузилось в пол по пояс, а тянувшая его за руки Алисия — по плечи.