Чемпион Искан держался в стороне от кольца стоявших на коленях гладиаторов и орков. Он тоже смотрел на умирающую девушку в зелёных доспехах, охваченный невыразимыми чувствами.
В бою её ярость и мастерство были поистине божественными. Увидев силу этой девушки, Искан сразу понял, почему орки нарушили приказ и пришли на помощь гладиаторам. И Лилпилин, и остальные три тысячи орков считали её сильнее императора.
Но оказалось, что Искан ошибся.
Лилпилин рассказал ему, что орки подчинились… нет, покорились ей только потому, что она назвала их людьми. Вождь орков принял это звание с гордостью, в его единственном глазу уже не было прежней ненависти к людям.
— Слушай, женщина… то есть Шета, — обратился Искан к воительнице в серых доспехах возле себя. — Я не понимаю… Что такое «сила»? Что значит «быть сильным»?
Оставшаяся без оружия Шета кивнула, качнув длинными, собранными в хвост волосами. Сначала она невозмутимо оглянулась на дракона, потом посмотрела на здоровяка Дампу и наконец на Искана. На её губах появилась лёгкая улыбка.
— Нет, понимаешь. Ты уже давно понял, что есть нечто посильнее ярости и ненависти.
В следующий миг привычное кровавокрасное небо Дарк Территори погрузилось во тьму.
Затаив дыхание. Искан поднял взгляд и увидел, как в небе тихо зажглась зелёная звезда.
— Вот… — прошептала Шета, протягивая руку к звезде. — Вот настоящая сила и настоящий свет.
— Да… Это она, — пробормотал Искан, плохо видевший зелёную звезду из-за слезы в левом глазу.
Израненный кулак впервые сжался не для удара. Чемпион гладиаторов впервые молился не за победу.
Неподалёку от зелёной звезды вспыхнула огненно-рыжая. Рядышком тускло мерцала серая.
В следующую секунду послышались приглушённые звуки боевого танца выживших гладиаторов. Вокруг двух звёзд зажглись сотни новых. Три тысячи орков тоже посмотрели в ночное небо и начали молиться. Их примеру последовали чёрные рыцари, стоявшие за спиной Искана. В недавней битве часть из них помогла оркам защищать гладиаторов от неизвестной армии.
В небе быстро загорались тысячи новых звёзд.
Оставшиеся у Великих восточных врат защитники армии людей смотрели в небо, потрясённые неожиданно наступившей ночью. Дар речи потеряли и старшие рыцари единства Фанацио и Дюсольберт, и выжившие младшие, и ученицы Линель и Физель.
Ночное небо вызвало у них разные чувства, но их молитвы были одинаково сильными.
Фанацио молилась за мир, который защищал покойный командир рыцарей единства Беркули и в котором будет жить её ребёнок.
Дюсольберт гладил маленькое блестящее кольцо на пальце левой руки и молился за мир, в котором когда-то жил под одной крышей с хозяйкой такого же кольца.
Линель и Физель молились о том, чтобы ещё раз увидеть мечника, который показал им настоящее предназначение силы.
Остальные молились о том, чтобы война закончилась и наступил вечный мир.
Молились горные гоблины среди скал на северо-востоке Дарк Территори; молились равнинные гоблины на западных пустошах.
Молились орки, ждавшие мужей и отцов в центральных болотах; молились гиганты на юго-западном высокогорье.
Молились люди со смуглой кожей, живущие в городе под замком Обсидия, и огры юго-восточных равнин.
Покров ночи без труда пересёк Краевой хребет и в мгновение ока накрыл мир людей.
В деревне Рулид на границе Северной Империи Нолангарт ученица церковной настоятельницы Селька как раз набирала для стирки воду из колодца. Увидев, как на небесную синеву с юго-востока надвигается тьма, она застыла, не в силах оторвать взгляд. Верёвка выскользнула из рук, ведро упало в колодец, но Селька уже не обращала внимания на шум.
— Сестра… — обронили её дрожащие губы. — Кирито…
Ночной ветерок рассказал ей, что прямо сейчас два самых дорогих для неё человека сражаются в смертельном бою.
А это значит, что Кирито очнулся. Он смог выбраться из бездны скорби по Юджио.
Селька упала на колени в траву, сложила руки перед грудью, закрыла глаза и прошептала:
— Пожалуйста, Юджио… защити мою сестру и Кирито.
С этими словами она снова посмотрела в небо, в котором зажглась ещё одна голубая звёздочка. Вокруг неё вспыхнули новые разноцветные огоньки. Посмотрев по сторонам, Селька увидела, что игравшие во дворе дети тоже молча стояли на коленях, сложив ладошки.
Как и торговцы с семейными парами на площади перед церковью.
Как и крестьяне на полях и пастбищах.
Как и отец Алисы Гасуфт в своём рабочем кабинете и старина Гаритта в своём лесном домике.
Никто не испугался ночи. Всё небо над Рулидом блестело от звёзд.
Новые звёзды зажглись и в небе над Заккарией к югу от Рулида. На ферме Вольде неподалёку от города возле окна молилась вся семья: и глава семьи с женой, и близняшки Телин и Телур.
Молились все жители городов и деревень, раскиданных по четырём Империям.
Разумеется, молились горожане огромной Центории в самом центре мира людей. Молились ученики и учителя академии мечников.
Не стали исключением и священники Церкви Аксиом.