— Но болезни и травмы значительно уменьшают Жизнь. Серьёзная рана может даже убить. Поэтому людей лечат лекарствами и священными заклинаниями. С их помощью можно восстановить Жизнь, но нельзя сделать больше, чем было. Лекарства не вернут старику Жизнь молодости и не вылечат самые глубокие раны.
— Но это можно сделать заклинаниями?
— Алиса рассказывала, как нашла в церкви старую книгу и сильно удивилась, прочтя там об этих заклинаниях. Едва об этом услышав, сестра Азария жутко всполошилась, отобрала книгу и приказала Алисе немедленно забыть прочитанное. Так что подробностей я не знаю, но вроде бы лишь главные священники Церкви Аксиом владеют такими заклинаниями. Они якобы действуют не на раны и болезни, а прямо на Жизнь. Но я, разумеется, понятия не имею, о каких конкретно заклинаниях идёт речь.
— Надо же, главные священники, говоришь? То есть не все в Церкви их знают?
— Конечно нет. Источником силы заклинаний служит священная сила, которая милостями Солус и Террарии наполняет воздух и землю. Чем крупнее заклинание, тем больше священной силы оно тратит. Сильнейшим, вроде тех, что напрямую управляют Жизнью, может не хватить даже силы всего нашего леса. К тому же даже в Заккарии нет ни единого заклинателя, который смог бы подчинить себе столько силы, — Юджио сделал небольшую паузу и заговорил тише: — И вообще, если бы такими заклинаниями владела сестра Азария, она бы ни за что не позволила детям осиротеть, а родителям потерять своих детей.
— Ясно.
Другими словами, не стоит рассчитывать, что я после смерти воскресну на церковном алтаре под торжественную органную музыку. Скорее всего, после смерти я очнусь в реальном мире внутри STL, ведь в этой машине нет, не должно быть функции уничтожения флактлайта. В отличие от нейрошлема.
Тем не менее бегство через смерть — шаг, на который я пойду лишь в самом крайнем случае. У меня пока нет ни единого доказательства, что я нахожусь именно внутри Андерворлда, и к тому же голос в глубине души шепчет, что я не должен уходить, пока не разберусь, ради чего существует этот мир.
Мне очень хотелось сию же секунду оказаться в центральной столице, вломиться в самое главное здание Церкви Аксиом и обо всём расспросить главных священников, но возможности, увы, не было. Должен признать, отсутствие мгновенного перемещения между городами — сильнейший удар по играбельности. Даже в SAO почти в каждом городе стояли врата телепортации.
Будь я в обычной VRMMO, уже начал бы мысленно придумывать текст жалобы, которую отправлю администрации. Но раз такой возможности нет, остаётся выкручиваться в рамках разрешённого системой. Подобно тому как в Айнкраде я шёл на всяческие хитрости, чтобы побеждать боссов.
Когда я доел вторую булочку, Юджио снова протянул бурдюк. Отпивая из него, я ещё раз окинул взглядом высоченный ствол.
Если я хочу попасть в центральную столицу, мне потребуется помощь Юджио. Но он слишком серьёзный парень, чтобы предлагать ему махнуть рукой на Призвание; более того, наверняка отказ исполнять его запрещён Кодексом. И раз так, остаётся только один выход: я должен придумать, как нам расправиться с кедром-переростком.
Я опустил взгляд, как раз когда Юджио начал подниматься, стряхивая крошки со штанов.
— Ладно, пора возвращаться к работе. Я начну, подашь топор? — Юджио протянул руку.
— Ага.
Я взялся правой ладонью за середину рукояти прислонённого к стволу топора из драконьей кости.
И в голове словно лампочка зажглась. Наконец-то отыскалась та важная мысль, что ускользнула в прошлый раз. Я ухватил её за хвост и осторожно потянул.
Юджио сказал, что от удара по этому дереву обычные топоры сразу приходят в негодность. Именно поэтому они потратили огромные деньги, чтобы купить в центральной столице топор из кости дракона.
Почему бы не попробовать более мощный топор? Такой, у которого выше прочность, показатель атаки и требования к силе владельца.
— С-слушай-ка, Юджио, — взволнованно обратился я к нему. — А есть в деревне топор посильнее? Или даже не в деревне, а где-нибудь в Заккарии? Этот ведь ещё триста лет назад купили.
Но Юджио уверенно покачал головой:
— Нет и быть не может. Сильнее оружия из драконьей кости нет ничего. Этот материал крепче даже дамасской стали Южной Империи и алмазной стали Восточной. Выше только оружие рыцарей единства, другими словами — божественные артефакты.
Под конец голос Юджио дрогнул и затих. Я озадаченно склонил голову, ожидая, что будет дальше. Юджио молчал секунд пять и лишь затем продолжил заговорщическим шёпотом:
— Топора нет, но есть меч.
— Меч?!
— Помнишь, возле церкви я сказал, что «Возвещающие время колокола» не единственный артефакт нашей деревни?
— А-ага.
— Поблизости есть ещё один, но во всей деревне про него знаю только я. Я прятал его шесть лет. Хочешь посмотреть, Кирито?
— P-разумеется! Ещё как хочу! — воодушевлённо воскликнул я.
Юджио ещё какое-то время сомневался, но наконец кивнул и отдал мне топор.
— Хорошо, Кирито, тогда начинай ты. Я схожу за артефактом, но вернусь, возможно, не скоро.
— Он далеко?
— Нет, рядом, в сарайчике. Просто он… тяжёлый. Очень.