Окончив свою работу в банке, мистер Лоренц поехал за Джимом в школу. Но там его ждало разочарование: мальчик в этот день не приходил на занятия. Молодой человек отправился к миссис Дове. На свое счастье, он застал женщину дома, но та пребывала в большом беспокойстве: Джим рано утром вышел из дома и с тех пор не возвращался.
— Я думала, что он пошел к вам, — сказала миссис Дове, — ведь вы всегда были так добры к нему…
— Он говорил с вами обо мне, миссис Дове?
— Да, он часто говорил, что надеется когда-нибудь доказать вам свою благодарность.
Последние слова доброй женщины окончательно смутили мистера Лоренца. «И в таком мальчике мы подозревали вора!» — подумал он с горечью.
Расстроенный неудачей он сел в экипаж и велел кучеру ехать домой.
«Но, может быть, моя тетушка не вытерпела, — вдруг пришло ему в голову, — и сама утром поехала в школу, не застала его там, но потом встретила на улице и отвезла домой?! Ведь с нее станется!» Окрыленный этой мыслью, он быстро взбежал по лестнице в надежде застать Джима у тетки.
— Что ж ты не привез его, Чарльз? — спросила миссис Лоренц, удивившись, что племянник приехал один.
— Так вы не заезжали за Джимом в школу? — разочарованно спросил мистер Лоренц.
— Нет, конечно. Ведь ты обещал сам его привезти!
— Я нигде не смог найти его, тетя.
— Он исчез?
— Боюсь, что именно так.
— Где Джим, Чарли? — крикнул Реджинальд, вбегая в комнату.
— Пропал. Я объехал весь город, но безрезультатно. Его нигде нет.
— Я помогу тебе отыскать его, Чарли! — сказал мальчик. — Может быть, ему надоело ходить в школу и он снова принялся чистить сапоги?
— Это меня нисколько не удивило бы, — ответил мистер Лоренц.
Глава XXXI
Мистер Лоренц решил во что бы то ни стало отыскать мальчика и для начала еще раз отправился к полисмену Мерфи. Но тот наотрез отказался помогать ему в розысках, хотя, по-видимому, знал, где находится маленький беглец. От него мистер Лоренц отправился в банк, где, как он знал, находились сбережения Джима. Однако там выяснилось, что мальчик приходил накануне и забрал весь свой капитал.
Таким образом, стало понятно, что Джим не захотел более пользоваться щедростью своих благодетелей и скрылся намеренно, не оставив никаких следов.
Не теряя надежды, мистер Лоренц напечатал объявления во всех газетах, а также послал мальчику через полисмена Мерфи ласковое письмо с чеком на значительную сумму. На третий день чек вернулся по почте обратно. Конверт был надписан красивым деловым почерком, совсем не схожим с рукой Джима, и помечен обыкновенным почтовым штемпелем, не указывавшим, из какой части города он прислан.
Предположив, что мальчик вернулся к своему прежнему занятию, мистер Лоренц стал наведываться в ту часть города, где прежде работал Джим, и наводить о нем справки у чистильщиков обуви. Но никто не мог сказать, куда Джим подевался.
Видя тщетность поисков, миссис Лоренц стала мало-помалу уверять себя, что неблагодарный мальчик недостоин ее попечения. К тому же она была слишком поглощена заботами о счастье собственного сына, чтобы тревожиться о судьбе мальчика, который, как ей теперь казалось, никак не мог быть сыном ее школьной подруги.
— Элеонора была прелестная девушка, Чарльз, — заметила она как-то племяннику, — а мальчик совсем не похож на нее. Должно быть, он весь в отца, если только Джим и правда сын Элеоноры.
— Что же из того, тетя? Характер мальчика заслуживает исключительной похвалы! А разве вы знали его отца?
— О нет! Я только так сказала. Но мне кажется, что у мальчика нехороший нрав, иначе он не стал бы от нас скрываться. Впрочем, этого можно было от него ожидать!
— Но ведь Реджинальд тоже убегал из дома, и вы не порицали его за это.
— Реджинальд — ребенок, и это ты, Чарльз, виноват, что он тогда убежал! — воскликнула миссис Лоренц, вспыхнув от негодования. — Пожалуйста, не делай таких сравнений!
— А знаете, тетя, что заставило Джима скрыться? Он видел полисмена раньше меня, а тот, в свое оправдание, открыл мальчику, что его подозревали в воровстве и потому вскрыли ящик!
— О, Чарльз! Неужели полисмен сказал ему это? Но зачем же мальчик скрывается так упорно?
— Мне кажется, что он слишком честен и благороден, чтобы пользоваться покровительством людей, обвинивших его в таком гнусном пороке. И потому просто избегает дальнейшего общения с нами. Этот поступок внушает мне еще больше уважения к Джиму!
— О Боже! Я хотела сдержать перед ним свое обещание и теперь не могу этого сделать!..
— Мы поступили, тетя, слишком неосторожно, когда…
Внезапный громкий вскрик миссис Лоренц заставил ее племянника резко обернуться: на пороге стоял Реджинальд, весь в слезах и с бледным, искаженным от гнева лицом.
Миссис Лоренц бросилась к нему с распростертыми объятиями, но мальчик гневно оттолкнул ее.
— Почему вы назвали Джима вором? — спросил он, дрожа от негодования.