Мальчик тихонько прошел к первой дверке и толкнул ее вовнутрь. С негромким скрипом та представила взору небольшую спальню со скромной обстановкой. Комната за второй дверью практически ничем не отличалась от предыдущей, разве что была поменьше размером. Краем глаза Тим уловил не заправленную постель, на которой молчала миниатюрная укулеле, и сделал вывод, что это комната Джека. Следующий вход вел в просторную светлую кухню, с деревянными крашенными половицами и квадратным люком в полу, как правило, ведущим в погреб. Пригнувшись пониже, что бы его не было видно в окно, мальчик подкрался к люку и дернул крышку за массивное кольцо. Дверца легко поддалась и Тим откинул ее до конца, ощерив темный проем с уходящими вглубь ступенями. Тим напрягая глаза стал спускаться вниз, ища хоть какой-то включатель, ведя пальцами по стене. Наконец его рука коснулась пластмассового реле, и тусклый свет лампочки озарил прохладное тесное помещение. Мальчик внимательно обвел взглядом все вокруг. Сверху донизу были прилажены полки, на которых лежали в основном молочные продукты и стояли бутыли с вином. Никаких улик или следов пребывания преступников здесь не оказалось, впрочем, как и во всем доме.
Тим разочарованно вздохнул и вылез из подвала, не забыв погасить свет и захлопнуть за собой крышку. Выйдя из кухни, он застал Пэм у комода, разглядывающую фотографии.
– Я нашел в кухне небольшой подвал, но не обнаружил в нем ничего такого, – тихонько проговорил он, – а что у тебя?
– Тоже ровным счетом ничего, кроме того, что здесь живут порядочные люди, – ответила ему девочка. – Доказательства тому вот эти фото… На некоторых из них даже есть подписи сзади.
Пэм указала пальцем на несколько снимков. Тим подошел поближе, чтобы поближе их рассмотреть. На одном была изображена улыбающаяся молодая женщина с грамотой в руках в компании представительного господина в строгом костюме, с надписью: «На ветеринарной конференции 1977г.». На другом она же, в объятьях полного жизнерадостного мужчины с пышными усами, а рядом улыбающийся Джек, только помоложе. И еще множество различных семейных и рабочих фотографий, выставленных в аккуратном порядке.
– А вот здесь диплом об окончании Ветеринарного института, выданный Мелиссе Андреевне, – продолжила девочка, взглянув на висящую на стене над комодом рамку с документом. – Скорее всего, это мама Джека, а тот усатый мужчина на снимке – его отец, молочник…
– Ты права, они совсем не похожи на соучастников преступления, – согласился с ней мальчик. – Да и молочника все-таки половина города знает. Так что, искать нужно совсем в другом месте…
– Тсс! – прошептала Пэм, навострив уши, – кажется, я слышала голос Джека, должно быть, они уже возвращаются…
Ребята быстро пронырнули в коридор и выскочили на улицу, как раз в тот момент, когда на горизонте показались мальчики. Лицо Марка выражало некую рассеянность, и даже усталость, тогда как Джек, по-видимому, был очень увлечен этой экскурсией, без умолку выплескивая свои познания в животноводстве, что не замечал отсутствия интереса со стороны собеседника. Пэм махнула им рукой и, виновато улыбнувшись Джеку, сказала:
– Я только закончила с чисткой платья и, к сожалению, не смогла составить вам компанию… А Тим так и не решился познакомиться с вашими лошадьми, как я его не уговаривала. Зато он помог мне набрать еще одно ведро чистой воды.
– Все в порядке, не беспокойся за это, – успокоил ее юноша. – Марк прекрасный слушатель, и я был рад рассказать ему все, что знаю! А вы, если захотите, можете прийти еще!
– Обязательно придем, Джек, – скептически ответил Марк, – как только, так сразу. А сейчас нам, увы, пора.
И бросив на друзей короткий взгляд, он кивнул в сторону ворот, призывая их пройти к выходу. Попрощавшись с Джеком и задремавшим на пригорке Джерри, детективы выдвинулись в обратный путь. Когда они отошли на некоторое расстояние от фермы, Марк наконец изрек, вернувшись к привычному слогу:
– Итак, время близится к полудню. Что нам удалось узнать? Начну я.
– Вот же зануда, снова этот его тон… – прошептала Тиму Пэм, закатив глаза к небу, на что мальчик лишь тихонько толкнул локтем в бок, опасаясь реакции Марка на сестринскую колкость. К счастью, тот не обратил на нее внимание.
– При визуальном осмотре местности и хозяйственных построек я не обнаружил ничего привлекающего мое внимание, – по-босяцки сунув руки в карманы, сказал Марк. – Конечно, я не мог переворошить все сено в конюшне, выискивая потаенные места. Наоборот, все вокруг казалось естественным, и не вызвало во мне никаких подозрений. Далее, я расспросил Джека о минувших событиях, но, как я и ожидал, тот не смог мне предоставить никаких данных по заданным вопросам. Все-таки ферма располагается слишком далеко от шоссе. После, я скучал, пытаясь пропустить мимо ушей нескончаемый поток информации на тему ведения хозяйства, если это хоть кому-то интересно. А теперь, я готов выслушать отчет, касающийся осмотра дома.
И Тим поведал ему все, что удалось выяснить.