АГУНЯ. Не беспокойся, у меня хорошее зрение. Ты помнишь Гулу?
ВОЖДЬ. Да.
АГУНЯ. Я видела ее сегодня. Иногда я вижу сны без твоих указаний, Гого. Она плакала.
ВОЖДЬ. Да. Я тоже вижу ее иногда.
АГУНЯ. Я не знала, что видишь сны.
ВОЖДЬ. Это не сны. Это — …
АГУНЯ. Я понимаю.
ВОЖДЬ
ЖЕНЩИНА. Дудо вырастет большой… Умный и сильный. Он никого не будет бояться. И всё вокруг будет его любить, и он будет любить — и лес, и реку, и небо… И духи болота его не тронут, и будет Дудо жить долго-долго… И найдет на болоте волшебную траву, и станет быстрым и невидимым, и съест всех карачуров…
ФЕМА. Мы не виноваты. Мы просто живем. Мы так живем.
АЛЬБЕРТ. Я понимаю.
ФЕМА. Вот стану взрослой — и всех их съем.
АЛЬБЕРТ. Не надо. Просто уходи отсюда.
ФЕМА. Не могу.
АЛЬБЕРТ. Почему?
ФЕМА. Здесь моя родина. Я лучше их съем.
Вот бы договориться с духами болота, чтобы рассвет вообще не наступал…
АЛЬБЕРТ. Ты веришь в духов болота?
ФЕМА. Они существуют. Когда живешь здесь, они существуют.
АЛЬБЕРТ. До рассвета пять часов.
ФЕМА. Что это?
АЛЬБЕРТ. А? Это часы. Они показывают время.
ФЕМА. А время — это что?
АЛЬБЕРТ. Это такая странная штука. Его очень много, а потом всегда не хватает самую малость… Пять часов. Триста минут.
ФЕМА. Угу.
ФЕМА. Я тоже хочу так.
АЛЬБЕРТ. Нельзя, Фема.
ФЕМА. Можно. Поцелуй меня!
Нет, по-настоящему!
АЛЬБЕРТ. Тебе надо еще немножко подрасти.
ФЕМА. Но тебя завтра съедят.
Значит, ты никогда не поцелуешь меня по-настоящему?
А ты хочешь?
АЛЬБЕРТ. Очень.
ФЕМА. И ты не можешь ради меня съесть немно-ожечко карачура?
АЛЬБЕРТ. Не могу.
ФЕМА. Почему?
АЛЬБЕРТ. Потому что он человек.
ФЕМА. Они не люди. Они нас едят!
АЛЬБЕРТ. Да, но если я съем кого-нибудь из них, это уже буду не я. А ведь ты любишь — меня, правда?
ФЕМА. Правда. Что же нам делать?
АЛЬБЕРТ. Не знаю.
КЕТЧУП
ход!
ГОЛОС ВУДУ. Кетчуп!
ВУДУ. Кетчуп! Я хочу вас обрадовать.
КЕТЧУП. Я готов принять радость, Вуду.
ВУДУ. Народу Цапли предстоит сегодня избавление от порчи, поразившей его.
КЕТЧУП. Я знаю.
ВУДУ. Но вы не знаете главного. Это предстоит сделать вам…
Так распорядились духи болота, и мы будем внимательно смотреть за тем, как вы исполните их волю.
КЕТЧУП. Вождь! Я попробую поговорить с ним еще раз.
ВОЖДЬ. Валяй.
КЕТЧУП. Здравствуйте, Альберт!
АЛЬБЕРТ. Здравствуйте, доктор. Я — небольшая мишень, но надеюсь, вы не промахнетесь.
КЕТЧУП. Не хочется тратить пулю на интеллигентного человека. Альберт, слушайте, давайте попробуем пристрелить хотя бы одного звероящера. Посмотрим, как разлетятся мозги, а там — как пойдет…
АЛЬБЕРТ. Не надо, Йохан!
КЕТЧУП. Как приятно, когда тебя зовут человеческим именем! Следите за моими руками, Альберт. Когда услышите выстрел, бегите.
ВОЖДЬ. Ну что?
КЕТЧУП. Вождь! Я должен вас расстроить: он не станет людоедом.
ВОЖДЬ. Это называется — человекоядение, Кетчуп!
КЕТЧУП. Вождь! Я должен вас расстроить: он не станет людоедом.
ВОЖДЬ. Это называется — человекоядение, Кетчуп!
КЕТЧУП. Доктор Йохан Кирш, с вашего позволения.
ВОЖДЬ. Что-о?
КЕТЧУП. Виноват, исправлюсь. Хотите, я съем его живьем?
ВОЖДЬ. Тебе надо меньше пить.
АЛЬБЕРТ. Делайте свое дело, Вождь.
ВОЖДЬ
ВУДУ. Может быть, как-то уже начнем?