– Ага! И я говорю, не нужно, понимаешь, людям сломя голову по дорогам на иномарках гонять. Шоссе не космос. Да и там тоже с умом надо. Кстати, тут тебе земляки строго наказывают, чтоб тоже не лихачил. Да!.. И что самое странное, Палыч, слышишь, номера машин как раз совпадают с теми… Представляешь!
– Вот это да, и что?..
– А ничего. Участковый говорит, большое превышение скорости. А может и наркотики. Трупы на экспертизу увезли. Но это не всё. Там в горящих машинах что-то потом взрываться вдруг стало. Такой фейерверк, говорят, начался, как в кино. Ага! Когда всё сгорело – ни одна пожарная машина не успела – кроме трупов много оружия нашли, и два или три гранатомёта…
– Что ты говоришь!
– Да. На разборку что ли люди ехали, а может на учения какие… И так не повезло. Ты не знаешь, кто такие?
– Нет, не знаю, и знать таких не хочу.
– Вот и мы так участковому сказали… Мы-то, здесь, извините, причём? И не у нас это под носом, а чёрте где… Ты ж знаешь! И не армейское мы подразделение, а мирные крестьяне. Мало ли каких аварий на дорогах, и всё мы, что ли… Нет, конечно. Вот такие можно сказать пироги у нас. А у тебя – «абонент не доступен», и не доступен, понимаешь. Как это так? Наши уж решили, не свах ли там, на выносливость, наш председатель проверяет. Нет? Как там, кстати, они? С толком в любви-то хоть, нет, иностранки? У меня ни одной такой не было, если не считать одной якуточки – я тебе скажу! – и одной, то ли монголки, то ли казашки… тоже ничего. Но устают почему-то быстро… Малые народности… нет? Витаминов может…
– Ага, витаминов. Ты посмотри на себя, бугай племенной. Какая нормальная баба тебя выдержит.
– Раньше – никто… Ежели сейчас только.
– Вот именно. Ладно, если серьёзно, ты меня обрадовал, не знаю, что и сказать.
– И мы так… Но радуемся. Кто к нам, как говорится, с мечом придёт, тот… в кювете и очутится, – если по-современному. Так что, Палыч, спасибо тебе… – И переспросил, выправился. – Что ребятня там наша – спокойно отдыхает? Бегают, поди, шумят?
– Только что поели, носятся.
– И ладно. Отдыхайте, загорайте, как надоест – приезжайте. Да, ещё тут одна новость, Палыч, приключилась: Светланин муж вернулся, Макар. Ты его не знаешь. Хороший был мужик, пока из дома не уехал… Скажи ей, обрадуй. Говорит, всё, пить бросил, завязал, пора в семью возвращаться. Любит, говорит. Скажи ей это. Пусть живут. И нам хорошо, ещё одни руки в хозяйстве.
Ну вот, и ещё одна проблема в моей жизни решилась, мгновенно расстроившись, подумал я (Как холодным душем…). Но ответил спокойно:
– Конечно, передам. Безусловно. Но относительно аварии, Василий Кузьмич, вы там не расслабляйтесь, не всё известно.
– А мы и не расслабляемся. У нас сухой закон, ты ж знаешь. Кстати, у нас тут планчик один интересный наметился, приедешь – обсудим.
– Хорошо. Ну ладно, у меня не много отлегло. А то уж с ума сходить начал. Тяжело быть в неведении…
– Эт да. Мы и сами так. Косте и всем остальным нашим – привет. Не скучайте. Монашек, или как их, пощупай там, не то придётся приехать…
– Приезжай, кабачок тебя ждёт.
– Какой кабачок? А!.. Эта… Как её, Настя, да? И самое то, Палыч, просто цимус. Представляешь, что-то чёрное, потное, вот с такими губами и с тобой, со мной, то есть в обнимку на белой простыни… Я уже сейчас весь торчком… Уже завёлся.
– Ладно, торчок, торопись, я ей передам.
– Хорошо, друг, замётано. Да, Светке, не забудь, передай – пусть готовится.
– Обязательно. Ну, добро…
– Бывай.
Я отключил сотовый.
Вот так всё и разрешилось. Пусть и неожиданно совсем, но хоть так. И если с аварией я не всё понимал, то с приездом Макара, мужа Светланы, было всё ясно. Кончились мои ночные размышления, сомнения, самокопания, и вообще… А я уже было чуть… Муж вернулся…Её муж. Мда-а-а!
«Не зря, получается, ты всё время от неё увиливал…»
Я не увиливал…
«Увиливал-увиливал, чего там».
Ладно, пусть так. Только не увиливал, а уходил от ответа. Большая разница.
«Ха, одно и тоже».
Слушай, отстань, пожалуйста, без тебя тут… тошно.
«Ну, давай-давай, плачься в жилетку, оправдывайся. Осёл!»
Да пошёл ты…
Как он меня порой достаёт!.. Придушил бы просто!
Тем не менее…