Читаем Убийство по переписке полностью

Согласно философии буддизма, каждая жизнь – это часть пути, который не заканчивается смертью. В мире, где мы живём, страдания неизбежны, а возможность избавления от них – одна из четырёх благородных истин. В этом я нашла надежду и смысл, для себя и своих пациентов.

Как только мы добрались до Пекина, к нам присоединился Ченг. Его отец Ву Бэй – давний друг Чжао Линя.

Путешествие по Китаю небезопасно, череда войн привели великое государство к упадку. Да и с языком у нас были большие проблемы: ни я, ни Ирвин его не знали. Выучить китайский непросто. Впоследствии мы его осилили, но в начале нашего пути нам был необходим проводник, переводчик и телохранитель, знакомый с местными обычаями. Им и стал Ченг.

Ву Бэй сделал всё, чтобы сына не поглотил хаос, царивший в стране. Ченг вырос в буддийском монастыре. Он владеет боевым искусством и практиками, которые мы собирались изучать. Отсюда – его потрясающее спокойствие. Ченга сложно вывести из себя, думаю, вы это заметили.

Он познакомил нас со своим учителем в миру. С его помощью мы освоили медитацию и другие практики осознанности и сосредоточения. Это продолжалось больше трёх месяцев. Затем нас пригласили в буддийский монастырь.

По дороге туда мы столкнулись с враждующими бандами и даже нарвались на гнев главаря одной из них. Его взбесила безудержная прямота Ирвина. Он выучил всего каких-то пару фраз, но этого хватило, чтобы нажить смертельных врагов. Не будь тогда рядом Ченга, мы бы с вами не встретились – меня бы просто убили. О том, что бы стало с Ирвином, мне даже думать не хочется.

Избежав этой участи, мы отправились дальше. Ченг вёл нас в монастырь крутыми тропами: без проводника проход по ним – верный способ покончить с жизнью. К тому же горный воздух лишает сил каждого, кто не дышал им ранее. Чтобы хоть как-то привыкнуть к нему, нам понадобилось не меньше недели.

В монастыре нас учили готовить эликсиры из целебных трав и правильно их применять. Их действие нас впечатлило. Один из них, вернее, даже два, вам довелось попробовать. Вы улыбаетесь? Надеюсь, это значит, что вы простили мне тот небольшой побочный эффект.

Не менее полезной наукой стали дыхательные упражнения и те приёмы, о которых я уже рассказывала. Они помогают одолеть боль, какой бы природы она ни была.

Покинув монастырь, мы вернулись в Австралию. Ченг мечтал увидеть мир: узнать, как живут люди за пределами Китая. Он отправился с нами в качестве моего помощника. И остаётся им до сих пор – я ни одной минуты об этом не жалела.

В Сиднее мы собрали группу из двадцати добровольцев. Некоторые из них австралийцы, другие специально приехали из Европы и Штатов. Все они во время войны были моими пациентами с тяжёлыми травмами: ампутациями, обширными ожогами, контузиями, сильнейшими повреждениями лица. Мы научили их расслабляться, пребывать в осознанном состоянии и медитировать. Эликсиры, которые готовил Ченг, облегчили нашу задачу.

Когда мы завершили эксперимент, все его участники достигли хороших результатов. У них улучшился сон и настроение. Каждому удалось в той или иной мере справиться с болью. Не убрать полностью, но сделать её терпимой. Они научились с ней жить.


На этом она остановилась. Её история захватила Кроу, как волшебная сказка. Голос Ады согрел его, словно зажёг внутри мирно горящее пламя.

– Я могу научить вас медитации, – сказала она. – Хотите попробовать?

– Сейчас?

– В ней нет ничего сложного. Вы справитесь.

Он перевёл взгляд в окно – за ним плыла темнота. Вдалеке пробегали неяркие огни. Наверное, какой-то городок, тихий и уютный, где каждый день наполнен покоем. Кроу прислушался: даже стук колёс сейчас звучит по-другому. Как будто часть памяти, связанная с войной, ушла на недоступную глубину. Вот только надолго ли?

– Что нужно делать? – спросил он.

– Сядьте прямо, не опирайтесь на стену. Постарайтесь расслабиться, руки положите на колени.

Сделав, как она сказала, Кроу взглянул на неё. Что будет, если он сейчас потянет её к себе? Коснётся губами её губ, дотронется до шеи, затем до груди…

– Не сбивайте меня, – улыбнулась Ада. – Глаза можете не закрывать, если не хотите. Прикройте, чтобы не мешал свет. Обратите внимание на вдохи и выдохи. На вдохе воздух проникает в нос, потом в горло, грудь поднимается. На выдохе – наоборот. Выберите ту часть тела, где легче ощутить это. Сконцентрируйтесь на ней и просто наблюдайте. Если появятся мысли, отмечайте их и возвращайтесь к дыханью.

Кроу закрыл глаза и попытался следовать её инструкциям. Дышать стало трудно, словно не хватало воздуха. Напряжение сковало тело.

– Нэт, вы дышите. – Ада коснулась его плеча.

Он удивлённо распахнул глаза.

– Вы сказали, дышать.

– Я сказала: наблюдать за дыханием. Следите за ним как бы со стороны.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза