Взрыв застиг его метрах в ста от перекрестка. Подобно легкоатлету, заслышавшему выстрел стартового пистолета, Бондарь перешел на бег. Ему предстояло преодолеть полуторакилометровую дистанцию, чтобы скрыться в сосновом бору, зеленеющем впереди. Поставив свой личный рекорд, он добрался туда, порядком измотанный. Пришлось отдышаться, прежде чем продолжить путь. Чтобы не терять время даром, Бондарь полистал атлас и открыл его на нужной странице.
Итак, до города восходящего солнца чуть более двадцати километров. Все улицы Каапсалу ведут к морю. Там, на пустынном мысе стоит полуразрушенный замок, где свили себе гнездо боевики «Лиги». В замок необходимо проникнуть, но сначала туда нужно добраться. Лучше всего это получится на попутной машине…
Об этом Бондарь размышлял уже на бегу, мелькая между рыжими стволами сосен. Дорогу он не выпускал из виду, хотя голосовать было опасно. Дымный шлейф, поднимающийся от догорающей «Ауди», заставит насторожиться любого эстонского водителя. Остановиться он, пожалуй, не остановится, зато не замедлит позвонить в полицию. Как же быть? Пешее путешествие займет не менее трех часов, а Веру за это время успеют выпотрошить и высушить.
Выход из затруднительной ситуации обнаружился метров через триста. Бондарь как раз собирался передохнуть, но напоследок заставил себя преодолеть пологую лощину и был вознагражден за это. Среди сосен показалось что-то ярко-красное. Перебегая от ствола к стволу, запыхавшийся Бондарь стал подбираться поближе.
Красный предмет оказался лихо скошенной кабиной грузовика с надписью «Вольво» на левой стороне радиатора. Грузовик стоял на специальной площадке для отдыха, разбитой на обочине шоссе. Бондарь находился шагах в тридцати, когда влажные блики на лакированной кабине дрогнули. Это распахнулась водительская дверца. По возможности сдерживая шумное дыхание, Бондарь притаился за толстым стволом сосны.
Из кабины выбрался грузный мужчина с объемистым волосатым брюхом, кое-как прикрытым майкой. Спрыгнув на землю, он потянулся, смачно высморкался и, что-то мурлыкая себе под нос, пристроился к переднему скату. Дятел, умолкший при его появлении, выдал очередную трескучую дробь, но тут же смолк, перепуганный не менее резким звуком, прозвучавшим в ответ. Это водитель бесцеремонно выпустил газы, прежде чем приступить к справлению малой нужды.
Ноздри Бондаря непроизвольно сузились, хотя до него не доносилось никаких запахов, кроме упоительного аромата хвои. Выскользнув из укрытия, он пошел на сближение, жалея, что не умеет продвигаться по лесу бесшумно, как индеец. Бежать Бондарь не рискнул, опасаясь выдать себя треском сучьев или шорохом потревоженных кустов. Он преодолел половину расстояния, когда водитель отставил зад, застегивая молнию мешковатых джинсов, напевая при этом:
– Укс, какс, колми, нели, хомме хилджа, вара эйле…
Никакой художественной ценности песенка водителя не представляла. Не дожидаясь продолжения и уже не таясь, Бондарь огромными прыжками понесся к грузовику.