Читаем Вечный свет полностью

Но почему, окруженный такой красотой, Верн в глубине души чувствует себя несчастным? Откуда это легкое, но нарастающее ощущение того, что что-то не так. Почему, глядя на темный амфитеатр, полный сияющих восхищенных лиц, Верн чувствует, что это удовольствие, за которое он заплатил, над ним словно насмехается. И это не просто тревога. Не просто мысль. Он чувствует это. Чувствует спазм в животе, чувствует боль в шее, чувствует монотонное покалывание нервных окончаний в руке. На мгновение он даже задумывается, а не приступ ли у него, потому что на самом деле его боится. Но в груди ничего не болит, не колет, в левой части туловища, откуда, говорят, все начинается, ничего не беспокоит. Он невредим. Облачен в тяжелые доспехи. Так что же не так, со злостью думает он. Что не так, когда все так? Итак, инвентаризация. Все в порядке. Он богат. Мир таков, каким он хочет его видеть. На парковке стоит его «Бентли». Он может позволить себе любое удовольствие. Его окружают изысканные вещи, ему можно все. До смерти (определенно) еще далеко. И все же что-то не дает ему покоя; что-то, происходящее на сцене. Может, песня Керубино? Паж Керубино, которого играет девушка, чьи бедра, надо сказать, прекрасно выглядят в галифе, по большей части просто заигрывает, словно более веселая и юная версия графа, но во втором акте его голос становится заунывным и жалостным.

Ricerco un bene fuori di me,non so chi’l tiene, non so cos’è

Над авансценой вспыхивают субтитры.

Благословенье сердца ищу я у других,Не знаю, у кого оно и в чем же состоит

В этом дело? Мучения заканчиваются, как только кончается песня, и Моцарт снова соскальзывает в фарс. Керубино прячется в шкафу. Керубино выпрыгивает из окна. Фигаро прикидывается, что это был он, и ему это почти удается, входит веселый садовник. Все снова хорошо или, во всяком случае, получше. Но затем в конце акта врывается граф в разношерстной группой слуг, и в один момент Сюзанна, Фигаро и графиня оказываются в дальнем конце сцены напротив графа и его слуг, и все они поют по очереди, как две враждующие банды. Внутри у Верна снова сжимается загадочный комок, снова срабатывает загадочный сигнал тревоги. Там дерут глотки силы любви, здесь – музыкальная армия… чего? Злобы, мстительности, досады, а во главе всего этого – отчаянная зависть, звучащая в голосе графа, написанная на его лице. Может, было бы лучше, если бы Верн наблюдал эту сцену с другого конца, чтобы не было впечатления, будто армия влюбленных поет против него. Возможно, в этом все дело: он занял не ту ложу и теперь не на той стороне.

Во время антракта Верн ковыляет в сад к своему официанту, не обращая никакого внимания ни на бумажные фонарики на деревьях, ни на воодушевленных гуляк, и каждый, кто встречается с ним взглядом, спешит убраться с его пути. Он усаживается и ждет, пока его обслужат. В этот раз он ест так, словно пытается похоронить что-то внутри себя, орудуя ложкой и вилкой, точно лопатой. Пошел бы этот Моцарт со всеми своими изящными переходами на хер. Верн ест белокорого палтуса. Верн ест сливочный соус. Верн ест фазана. Верн ест сморчки. Верн ест рокфор. Верн ест виноград. Верн ест трюфели. Верн ест.

Джо

– Мисс, а правда, что вы были подружкой рок-звезды? – спрашивает Хэйли.

Двадцать восемь старшеклассников разной степени музыкальной одаренности бексфордской общеобразовательной школы, глядевшие на нее без всякой надежды, тут же оживляются в предвкушении возможной смачной истории. Джо понятия не имеет, как этот слушок о ее прошлой жизни мог просочиться к ученикам; разве что его разнес Маркус, но тот, будучи отпрыском двух учителей собственной школы, так старался откреститься от этой позорной участи, что, едва ступив за ворота, он задирал голову, нацеплял непроницаемое выражение лица и саркастично кривил губы, упорно делая вид, что Джо с Клодом не имеют к нему никакого отношения. Загадка.

– Эм-м, – начинает она.

– Не-а, – протягивает Тайрон, один из крутых ребят в заднем ряду, прежде чем она успевает сообразить, как ей обойти вопрос. – Такие в школах не преподают. Они же типа все такие гламурные, не? Без обид, мисс.

– Какие обиды, Тайрон, – отвечает Джо, выдавив смешок.

Тайрон ухмыляется.

В собственных глазах Джо выглядит вполне неплохо: она повидала жизнь, но все еще подтянута, одета и причесана так, как ей идет, и, очевидно, еще желанна, по крайней мере, для Клода. Но ничто из этого не добавляет ей привлекательности в понимании пятнадцатилетнего мальчишки. Она не из тех молодых учительниц, с чьих блузок подростки не сводят глаз. Для Тайрона она практически невидимка, за исключением тех случаев, когда вызывает его блеснуть знаниями; он воспринимает ее как мамочку, как кого-то, с кем можно скрестить мечи.

– Не очень похоже на правду, Хэйли, тебе не кажется? – спрашивает она.

– Наверное, нет, мисс, – удрученно отвечает Хэйли.

Перейти на страницу:

Все книги серии Loft. Букеровская коллекция

Неловкий вечер
Неловкий вечер

Шокирующий голландский бестселлер!Роман – лауреат Международной Букеровской премии 2020 года.И я попросила у Бога: «Пожалуйста, не забирай моего кролика, и, если можно, забери лучше вместо него моего брата Маттиса, аминь».Семья Мюлдеров – голландские фермеры из Северного Брабантае. Они живут в религиозной реформистской деревне, и их дни подчинены давно устоявшемуся ритму, который диктуют церковные службы, дойка коров, сбор урожая.Яс – странный ребенок, в ее фантазиях детская наивная жестокость схлестывается с набожностью, любовь с завистью, жизнь тела с судьбами близких. Когда по трагической случайности погибает, провалившись под лед, ее старший брат, жизнь Мюлдеров непоправимо меняется. О смерти не говорят, но, безмолвно поселившись на ферме, ее тень окрашивает воображение Яс пугающей темнотой.Холодность и молчание родителей смертельным холодом парализует жизнь детей, которые вынуждены справляться со смертью и взрослением сами. И пути, которыми их ведут собственные тела и страхи, осенены не божьей благодатью, но шокирующим, опасным язычеством.

Марике Лукас Рейневелд

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Новые Дебри
Новые Дебри

Нигде не обживаться. Не оставлять следов. Всегда быть в движении.Вот три правила-кита, которым нужно следовать, чтобы обитать в Новых Дебрях.Агнес всего пять, а она уже угасает. Загрязнение в Городе мешает ей дышать. Беа знает: есть лишь один способ спасти ей жизнь – убраться подальше от зараженного воздуха.Единственный нетронутый клочок земли в стране зовут штатом Новые Дебри. Можно назвать везением, что муж Беа, Глен, – один из ученых, что собирают группу для разведывательной экспедиции.Этот эксперимент должен показать, способен ли человек жить в полном симбиозе с природой. Но было невозможно предсказать, насколько сильна может стать эта связь.Эта история о матери, дочери, любви, будущем, свободе и жертвах.

Диана Кук

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Время ураганов
Время ураганов

«Время ураганов» – роман мексиканской писательницы Фернанды Мельчор, попавший в шорт-лист международной Букеровской премии. Страшный, но удивительно настоящий, этот роман начинается с убийства.Ведьму в маленькой мексиканской деревушке уже давно знали только под этим именем, и когда банда местных мальчишек обнаружило ее тело гниющим на дне канала, это взбаламутило и без того неспокойное население. Через несколько историй разных жителей, так или иначе связанных с убийством Ведьмы, читателю предстоит погрузиться в самую пучину этого пропитанного жестокостью, насилием и болью городка. Фернанда Мельчор создала настоящий поэтический шедевр, читать который без трепета невозможно.Книга содержит нецензурную брань.

Фернанда Мельчор

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература

Похожие книги

Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Далия Мейеровна Трускиновская , Ирина Николаевна Полянская

Фантастика / Фэнтези / Современная русская и зарубежная проза / Попаданцы