Читаем Вежливый человек полностью

Еще издали он заметил карету скорой помощи у скамейки, где вчера разговаривал с Сергеем, отчего в смутном предчувствии беды машинально ускорил шаг. Однако через мгновение дорогу ему перегородила сутулая фигура опухшего пьяницы, прошлым днем подносившего его приятелю пахучее «лекарство» в пластиковом стаканчике.

— Не советую туда лезть, братан, — предостерег он заговорщическим шепотом, хотя вокруг было безлюдно. — Серега кони двинул. Сейчас врачи по-любому ментов вызовут, а нам от них, сам понимаешь, лучше держаться подальше.

Ошарашенный Стас застыл столбом, пытаясь переварить услышанное, а когда вновь обрел дар речи, замогильным голосом попросил сутулого подробнее описать случившееся. Из последовавшего вполне обстоятельного рассказа выяснилось, что появившийся в компании около часа назад Сергей оказался при деньгах — продал или заложил свой профессиональный фотоаппарат. Пока самый молодой бегал за водкой, ему стало настолько плохо, что даже немного выпить не выходило, так как тут же выворачивало наизнанку. Он тяжело дышал, постоянно стонал и кашлял, его периодически рвало желчью. В конце концов Сергей был вынужден лечь на скамейку, подложив под голову свой сложенный пиджак. Поначалу казалось, будто ему чуть-чуть полегчало, так как кашель ослаб, рвота прекратилась, и он начал, тихо посапывая, дремать. Однако вскоре звуки дыхания совсем исчезли, голова безвольно свалилась набок, а разом свесившаяся рука коснулась земли. Серегу безуспешно пытались растормошить, били по побелевшим щекам. Один спившийся фельдшер, так и не нащупав у него пульс, принялся делать непрямой массаж сердца, но через несколько минут усилий безнадежно махнул ладонью, показал всем скрещенные перед собой руки, как бы говоря: «Все, кранты», после чего отошел в сторону и закурил. Ни у кого из алкашей телефона при себе не оказалось, поэтому пришлось просить проходящую мимо женщину вызвать скорую помощь и затем без промедления ретироваться подальше от покосившейся скамьи под развесистой липой.

Едва сутулый закончил рассказ, как с автомобилем скорой помощи поравнялся внедорожник полиции, по белоснежному борту которого пробегала синяя полоса.

— Вот и мусора пожаловали, — сказал он, поворачиваясь горбатой спиной к злосчастному месту. — Уходим. Через часок приползай к старым гаражам, там помянем. Бабки на это святое дело он все-таки успел нам сегодня подкинуть.

Однако Стасик уже практически не слышал встреченного пьяницу. В его сознании один за другим всплывали образы Сереги, поблескивающего стеклами очков на дружески улыбающемся лице, иногда вспоминались обрывки сказанных им во время хмельных бесед фраз. Чувствуя разгорающуюся душевную боль, он понуро пошел прочь от супермаркета и без всякой цели бродил по окрестным улицам, дворам и пустырям, пока накатившая слабость во всем теле не возвестила ему о жизненно важной необходимости срочно выпить. В первом же попавшемся по дороге продуктовом магазинчике Стас купил бутылку, апельсин и черный пакет, куда сразу же спрятал спиртное вместе с фруктом. Идти домой, чтобы оказаться в четырех стенах наедине с мрачными мыслями, ему хотелось меньше всего, поэтому при выходе из магазина, свинтив крышку, он жадно хлебнул из горлышка и медленно зашагал по тротуару вдоль проезжей части.

Поравнявшись с пустующим остановочным павильоном из оргстекла, Стасик сел на лавочку под его крышей, вновь отхлебнул прямо из бутылки и принялся сдирать плотную кожуру с апельсина. Когда первая долька тонизирующего фрукта оросила свежим соком рот, от которого за версту разило застарелым водочным смрадом, на остановке появился худосочный мужчина невзрачного вида в светлой рубашке с длинным рукавом и темных, подпоясанных ремешком брюках. Он стоял тихо, чуть вжав голову с аккуратно зачесанными набок жиденькими волосами в плечи, словно боясь шелохнуться и лишним движением спровоцировать закусывающего на лавке хмурого типа, каковым со стороны выглядел Стас. Через минуту он поднес близко к глазам находящийся в руке телефон, долго в нем копался, иногда что-то читал, беззвучно шевеля губами и щурясь, после чего приложил его к уху, видимо, найдя нужный контакт. Тут же в кармане легких полуспортивных штанов рингтоном популярного мессенджера напомнил о своем существовании смартфон Станислава, который он брал с собой, когда не забывал утром зарядить.

— Слушаю, — отозвался Стас, хотя после своего финансового краха зарекся не отвечать на вызовы скрытых номеров.

— Ой, извините великодушно… Вероятно, ошибся номером, — учтиво произнес мужской голос после краткой недоуменной паузы. — С моей невнимательностью одни проблемы! Еще раз прошу прощения!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Лира Орфея
Лира Орфея

Робертсон Дэвис — крупнейший канадский писатель, мастер сюжетных хитросплетений и загадок, один из лучших рассказчиков англоязычной литературы. Он попадал в шорт-лист Букера, под конец жизни чуть было не получил Нобелевскую премию, но, даже навеки оставшись в числе кандидатов, завоевал статус мирового классика. Его ставшая началом «канадского прорыва» в мировой литературе «Дептфордская трилогия» («Пятый персонаж», «Мантикора», «Мир чудес») уже хорошо известна российскому читателю, а теперь настал черед и «Корнишской трилогии». Открыли ее «Мятежные ангелы», продолжил роман «Что в костях заложено» (дошедший до букеровского короткого списка), а завершает «Лира Орфея».Под руководством Артура Корниша и его прекрасной жены Марии Магдалины Феотоки Фонд Корниша решается на небывало амбициозный проект: завершить неоконченную оперу Э. Т. А. Гофмана «Артур Британский, или Великодушный рогоносец». Великая сила искусства — или заложенных в самом сюжете архетипов — такова, что жизнь Марии, Артура и всех причастных к проекту начинает подражать событиям оперы. А из чистилища за всем этим наблюдает сам Гофман, в свое время написавший: «Лира Орфея открывает двери подземного мира», и наблюдает отнюдь не с праздным интересом…

Геннадий Николаевич Скобликов , Робертсон Дэвис

Проза / Классическая проза / Советская классическая проза